дразнят. Мерные секунды высасывающего энергию и ресурсы организма режима, столько раз выручавшего меня в прошлом. Гонка со временем и против времени. Я делаю выпады, отскакиваю от её длинных, но чрезвычайно быстрых тычков, успеваю следить за ногами, в которых тоже прячутся шипы. Но она не атакует, она забавляется, пугает, издевается и ждёт.
Не того, что я выдохнусь. А дирижабля, на котором куча прекраснодушных дураков летит помогать шерифу. Стелла, дура, хоть бы высоту набрала!
Мы продолжаем. Это напоминает бой пуделя и цапли, только ускоренный во много раз. Мы мечемся, уклоняемся, обозначаем атаки, отпрыгиваем… сколько? Секунды три уже? Четыре?
Я не могу её достать. Это тело, каким бы нелепым и некрасивым и… непрактичным бы не казалось, создано тем, кто знает меня в разы лучше, чем я сам знаю себя. Оно создано богом. Да, он не знал, насколько меня усилит объединение наших с ним сознаний, но увы, оно прошло не по тем Квадрам, которые сейчас бы пригодились.
Прыжок, уворот, уход, рывок с низкой позиции. Я атакую все отчаяннее и отчаяннее, в попытках достать врага, даже получив серьезные повреждения, но Авроре Аддамс плевать на мои старания. Она явно сменила планы и теперь просто-напросто выматывает меня. Отрезать всё лишнее она сможет и потом, когда выдохнусь.
Выпад, уход, взмах ножом, из-под лезвия которого почти лениво убирают тонкую руку, чтобы шипом второй аккуратно резануть меня по лицу. Пуленепробиваемая кожа с треском и хрустом расступается. Боли не чувствую. Пока.
Иду вперед, сменив тактику. Теперь цель — поймать её шипы своим телом, а затем сломать. Я помню, что они довольно хрупкие. Девушка отступает, вертится, даже успевает показать пару оскорбительных жестов…
…а затем обиженно взвизгивает, когда по ней попадает пара камней, попавшихся мне под ногу. Она досадливо кривится, а затем резко уклоняется влево, продолжая своё движение, когда я вновь пинаю еще один камушек, пытаясь по ней попасть.
Попалась!
Аврора Аддамс, известная в миру как Суматоха, когда-то прославилась как диверсант, умудряющийся устраивать хаос и бедлам там, где это нужно было её родителям. Затем она сменила амплуа на мага, попутно затерроризировав побережье целой страны. Величайшего мага, надо сказать. Затем, если уж не мелочиться, то какое-то время она была аватаром далеко не самого последнего бога. Теперь вот в её амплуа появилась запись о серьезнейшем бойце скоростного типа. Правда, ненадолго.
— Ты… что? — не знаю, как я сумел распознать паузу на тех скоростях, в которых мы сейчас существовали, но как-то вышло.
Вполне было бы уместно ответить что-то остроумное, только вот я при всем своем желании не мог это сделать. Просто потому, что у меня не было языка. Откусил его, чтобы глотнуть крови и получить еще немного скорости на этот маневр. Боль? Да, больно. Но это пройдет. В отличие от кое-чего другого.
Она не понимала долго, вплоть до момента, пока не вырвала из своего солнечного сплетения брошенный мной ранее черный старрх. Вплоть до момента, когда из раны хлынула кровь. Много крови. Может быть, даже протормозила несколько секунд еще, пытаясь понять, когда эта дырка закроется. Я же всё это время быстро-быстро семенил… назад.
Раны от «Черного», древнего орочьего старрха, не закрывались. А быстроживущее тело Авроры… Когда она всё поняла, времени у неё оставались считанные секунды. Нет, возможно и дольше, намного дольше, но Суматоха очень сильно захотела меня срочно убить.
Она догнала меня, кровоточа, яростно визжа и размахивая своими шипами. Одному из них я позволил надрубить свою ладонь, а затем сломал его резким её поворотом. Второй она поберегла, отшатываясь в сторону, но я успел пнуть её по длинной изящной ноге, ломая ту ниже колена. Она взвизгнула, тут же бросаясь на меня, но промахнулась по маленькой и низкой цели, дополнительно пригнувшейся к земле и пропускающей тело врага над собой, а затем ударившей сверху вниз кулаком. Прямиком в рану, пробивая туловище насквозь и останавливая тем самым полёт этого монстра.
«Здесь должны быть прощальные слова», — подумалось мне, вгрызающемуся в горло ошеломленной девушке, пойманной таким жестоким и необычным способом. Только их не будет. Просто секунда, которая требуется моим челюстям, чтобы отделить голову от тела, позволив ей упасть на камни и быть отпнутой в сторону. Суматоха никогда не была бойцом ближнего боя. Даже близко.
Да и вообще бойцом не была. Попалась ведь на элементарный финт…
Хотя, кто знает, может, еще и будет. Какие её годы, учитывая, где теперь её сознание?
Валяться на камнях и пожухлой траве дохлой говяшкой у меня получилось всего несколько минут. Уж больно жалобно и громко орала изо всех сил торопящаяся ко мне Элли, тащащая с собой здоровенный кригстанский пулемет. Не имея ни малейшего желания проверять, какое именно впечатление окажет на мою немертвую дочь моя окровавленная и оголенная рожа, я дополз до собственной маски, напялил её верхнюю часть, а потом, достав из кармана брюк наполовину уцелевшую пачку сигарилл, принялся курить, нездорово сидя жопой на вполне холодной земле. Где-то там должен лежать старрх… надо его найти.
Дочка, видимо, банально десантировавшаяся с «Неавроры» методом планирования, вид имела взволнованный и уставший, видимо, чересчур тяжелым оказалось оружие. Искренняя забота и страх на её лице кольнули сердце, причем дважды. Сначала так, как надо, а потом почему-то почувствовал себя самозванцем, не заслужившим таких эмоций. Впрочем, размышлять дальше не получилось, так как налетевший полупрозрачный зеленый ураганчик засыпал меня ворохом вопросов, отвечать на которые мне было… нечем. Ну да, там во рту зарубцевалось, конечно, но не выросло же.
— Папа!!
— Ммаэмммуэ…
— Что ты говоришь?!
— Маммамммм!
— Я не понимаю!
— Мммгммаммм…
— Ты в порядке?! Что с тобой?! Где она?! Поднимайся!!
Пришлось вставать, разыскивать старрх, затем ковылять, маша рукой, от «Неавроры», принявшейся тормозить. Наверху там, к счастью, не дураки сидели, поэтому вместо торжественной остановки просто скинули мне трап, на который мы с Элли и прицепились. На вопросы отвечать было нечем, поэтому, продемонстрировав нас с Волди друг другу в относительной жизнеспособности, мне выделили какую-то живую тварь, неведомо как оказавшуюся на борту судна, а когда с ней было покончено — уложили в одну каюту с бывшим котом и бледным до синевы архимагом, под охрану Базилиуса Энно.
Ахиол, щеголяя шрамом на пол-лица, но уже вполне рабочим, хоть и мутноватым глазом, приказал Стелле брать курс на Кригстан.
Нас ждала долгая, очень долгая дорога в новый дом.
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Глава 18
⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
