— Я знать, — раздался голос Иака.
Мы все трое повернулись туда, откуда этот голос донесся, и увидели, что туземец пристально смотрит на каменную голову. В выражении его лица чувствовались одновременно и страх, и благоговение.
— «Древние люди» делать, — убежденно заявил он. — Они делать этот каменный голова.
38
Несмотря на настойчивые возражения Кассандры, мы оставили в покое обнаруженную нами большую гранитную голову, так и не сумев придумать какое-либо более-менее правдоподобное объяснение тому, откуда она здесь взялась. Иак утверждал, что ее сделали «древние люди», однако это всего лишь добавляло нам еще одну неразгаданную загадку: а кто они были такие, эти пресловутые «древние люди»? Профессору пришлось взять Кассандру за плечи и напомнить ей, что мы представляем собой не археологическую, а спасательную экспедицию (пусть даже и не очень хорошо подготовленную), у которой имеется одна конкретная цель — найти Валерию. Все другие задачи следовало считать второстепенными, какими бы важными они ни казались.
По мере того как мы продвигались вперед, холмики и пригорки встречались все чаще и чаще, и все это более и более заинтриговывало нас. Кроме того, прямо перед собой мы увидели нечто такое, что поначалу приняли за своего рода плато и что в действительности оказалось, как мы заметили, подойдя поближе, вертикальным склоном очень длинного холма высотой в несколько этажей. Этот склон был расположен идеально перпендикулярно к дороге, по которой мы шли. Его покрывала густая растительность.
Дойдя до конца дороги, которая почему-то резко обрывалась перед этим вертикальным склоном, мы все четверо остановились, глазея по сторонам и пытаясь выяснить, а не сворачивает ли дорога в ту или иную сторону и не тянется ли она параллельно склону.
— Это тупик, — обескураженно констатировал я, уперев руки в бока. — Зачем кто-то стал бы строить дорогу, которая никуда не ведет?
— Мы, возможно, чего-то не заметили… — предположил профессор.
— А что мы могли не заметить?
— Ну, например, мы могли не заметить какое-нибудь ответвление, которое вообще не было видно и которое вело к руинам города Z, — стал рассуждать Кастильо, глядя по сторонам. — Нам казалось само собой разумеющимся, что эта дорога — главная, но мы, возможно, ошиблись. Мы сейчас, наверное, находимся в конце какой-нибудь второстепенной дороги.
Кассандра громко кашлянула в знак своего несогласия.
— Вы представляете себе, насколько сложно было построить каменную дорогу здесь, посреди сельвы? — сказала она, обводя рукой вокруг себя. — То, что вы заявили сейчас о какой-то там второстепенной дороге, это, простите за грубость, несусветная чушь.
— Неужели? — Профессор недовольно нахмурился. — А у вас есть более разумные предположения, сеньорита Брукс?
— Есть, — самоуверенно заявила Кассандра. — Мне пришло в голову одно предположение, причем довольно простое. А что, если мы… и так уже находимся в городе Z?
Профессор Кастильо прищурил глаза с таким видом, как будто он чего-то не расслышал, и, усмехнувшись, спросил:
— Что-что?
— А вы подумайте сами, — твердо произнесла мексиканка, показывая на дорогу, по которой мы только что прошли. — Мы протопали несколько километров по абсолютно прямой каменной дороге, с обеих сторон которой нам попадались холмики и пригорки, и они, судя по обнаруженной нами каменной голове, вполне могут быть скрытыми под слоем земли и растительности древними статуями или же небольшими зданиями. Лично мне кажется, что мы, сами того не замечая, шли по территории древнего города.
— А не слишком ли далеко все эти холмики находятся друг от друга, чтобы можно было предположить, что они — руины древнего города?.. — засомневался профессор. — Мне вся эта местность больше напоминает неухоженный парк, заваленный большими кучами земли. Я не заметил скоплений развалин, которые обычно встречаются в подобных случаях.
— В подобных случаях? — с иронией в голосе переспросила Кассандра. — Вы говорите серьезно? Уже одно то, что мы обнаружили в пятистах метрах отсюда, представляет собой нечто необыкновенное! Мы всего лишь поковырялись здесь в растительности и земле — и нам уже понятно, что в истории Южной Америки предстоит написать новую главу. У нас нет ни малейшего представления о тех, кто здесь жил. — Кассандра, тараторя, снова обвела рукой вокруг нас. — Откуда они сюда прибыли и почему они построили то, что мы видим сейчас, посреди этой сельвы? Возможно, им не нравилось возводить большие сооружения, у них не было храмов, и они создавали все — кроме статуй — из дерева и глиняных кирпичей, а потому от их построек ничего не осталось. В общем, мы не знаем о них ничегошеньки, профессор, а потому считать, что то, что мы видели, не является руинами города, потому что оно не похоже на руины Парфенона, было бы с нашей стороны недопустимым высокомерием… чтоб не сказать как-нибудь по-другому.
Касси, слегка подустав от своих разглагольствований, замолчала. Молчал и профессор: он, видимо, опасался снова вызвать негодование эмоциональной мексиканки.
— А что скажешь ты, Иак? — осведомился я у нашего проводника, решив узнать и его мнение. — Как, по-твоему, та местность, по которой мы только что шли, — это и есть Черный Город «древних людей»?
Голубоглазый индеец пожал плечами и фыркнул.
— Я не знать, — сказал он, — но легенда говорить про большой город, какой никогда никто не строить раньше. Легенда говорить, что вожди из все деревни приходить посмотреть большие храмы и поклоняться их боги в течение долгий время.
— Если это и в самом деле было так, — сказал профессор, косясь на Кассандру, — то вряд ли этот город был построен из дерева и глины.
— Я не стала бы делать столь поспешного вывода, — возразила Касси, не желая отказываться от своего мнения. — То, о чем говорит Иак, всего лишь примитивная местная легенда.
— Ну да, примитивная местная легенда, — улыбнулся я, взглянув на все это с юмористической точки зрения. — Но если разобраться, то как раз из-за этой легенды мы сейчас и находимся здесь, разве не так?
Прошло довольно много времени, а профессор и Касси все еще препирались относительно своих догадок и предположений, устроив бесконечно долгий, но малосодержательный спор об архитектуре зданий, воздвигнутых древними цивилизациями в Центральной Америке. Иак, сев на корточки у края каменной дороги, задумчиво смотрел куда-то в пустоту, а я внимательно разглядывал склон, который находился прямо перед нами, и каменную дорогу, заканчивающуюся у нижней границы этого склона. И тут мне пришло в голову бредовое предположение, навеянное, должно быть, каким-нибудь приключенческим фильмом, который я смотрел много лет назад. Тем не менее я решил проверить это предположение. Не говоря ни слова, я взял у Иака мачете, подошел к покрывавшим склон плотным ковром лианам и нанес сильный удар по одной из них, разрубая ее на две части. Из разреза тут же потекла тоненькая струйка жидкости.
