города или опасность миновала. К середине мая вернулись 1,8 миллиона украинцев, причем примерно 30 000 человек в день пересекали украинскую границу в восточном, а не западном направлении. К концу августа 2022 года только 1,36 миллиона из 3,5 миллиона остались в Польше - остальные вернулись в Украину, как только продвижение российских войск было остановлено украинской армией.
У каждого беженца была своя история, одновременно уникальная и типичная. Все они бежали от разрушений, принесенных русским вторжением, бросив все свое имущество и пытаясь спасти свои жизни. Их гнал страх смерти, а не тяготы войны, и часто они рисковали своей жизнью. "Они разрушили все... каждое здание было повреждено, были пожары... Я боялся, что нас убьют при попытке покинуть город; мы видели машину с двумя мертвыми гражданскими", - свидетельствовал беженец из Украины по имени Александр 24 марта, выступая на пресс-конференции в Брюсселе. Вместе со своей семьей, в которой было двое маленьких детей, он бежал из города Буча, который на момент пресс-конференции был просто еще одним незнакомым названием на карте Украины. Не прошло и недели, как фотографии из Бучи взорвали Интернет, и все узнали, чего именно боялся и от чего бежал Александр.
"Мы чувствовали, как дрожит наша кожа от обстрелов и бомб. Первая ночь в бомбоубежище была самой холодной в моей жизни. Я не могла спать, не могла сомкнуть глаз... бомбы продолжали падать", - свидетельствовала Диана, студентка из Харькова, на той же пресс-конференции. "Мой коллега был внутри здания", - вспоминает Мария, беженка из Мариуполя, рассказывая о переживаниях своего друга-мужчины во время российской бомбардировки драматического театра в этом городе. По театру был нанесен удар, несмотря на огромную вывеску "Дети", нарисованную на площади перед зданием. В результате бомбардировки погибли шестьсот человек, включая детей. "Он рассказал мне о криках детей, погребенных под обломками", - вспоминает Мария. "Службы экстренной помощи не могли добраться до них, потому что бомбежка не прекращалась". Марии удалось бежать из окруженного Мариуполя, подкупив себя на российских блокпостах бутылками водки и пачками сигарет.
Для тех, кто избежал российской оккупации или обстрелов, впереди были мучительно длинные очереди на западных границах Украины с Польшей, Словакией, Венгрией, Румынией и Молдовой. "Мы стоим здесь очень долго, может быть, уже шесть или семь часов", - сказала Тамара Кульман, беженка из крупного города Житомир к западу от Киева, западному репортеру, когда ее интервьюировали на польской границе на второй день войны. "Я не знаю, как покинуть свою родную страну", - продолжала Тамара, по всей вероятности, отражая чувства всех, кто стоял в казавшейся бесконечной очереди. «Вообще-то я не хочу уезжать из родной страны, но из-за оккупантов я должна покинуть ее как можно быстрее».
В последующие дни и недели очереди росли, а время, проведенное беженцами на пограничных переходах, увеличилось с двадцати четырех часов до нескольких дней и ночей. Единственное, что компенсировало им это долгое ожидание, - радушный прием, который они получали на другой стороне от польских, румынских и других добровольцев. Восточная Европа, которая несколькими годами ранее превратилась в "Крепость Европа" в отношении сирийских беженцев, теперь становилась "Отелем Европа", Европой без границ. Если физические границы еще существовали, то культурные и эмоциональные границы исчезли. Жители Восточной Европы уже видели российские танки и лучше других знали, через что пришлось пройти украинцам. Они хотели, чтобы украинские мужчины воевали, и были готовы позаботиться об их женщинах и детях. Теперь все они были в одной лодке - флотилия кораблей, которым угрожает шторм российской агрессии.
В мае 2022 года ООН объявила, что украинские беженцы увеличили число перемещенных лиц во всем мире до более чем миллиарда. "Это рекорд, который никогда не должен был быть установлен", - заявил Верховный комиссар ООН по делам беженцев Филиппо Гранди. Редакция New York Times обратилась к мировому общественному мнению в статье под названием "Путин знает, что делает с беженцами Украины. Это большой тест для всего мира". Статья призывала к глобальной солидарности в поддержку стран, принявших беженцев. Редакторы были обеспокоены главным образом отсутствием единства среди западных стран, которые выступали против российской агрессии и поддерживали борьбу Украины за независимость. Они также беспокоились о сирийских и других беженцах, видя признаки грядущей глобальной нестабильности. «Поскольку мир вступает в период большей нестабильности, - говорилось в обращении, - его лидеры больше не могут игнорировать необходимость скоординированного и гуманного ответа всем тем, кто бежит от войны и других отчаянных обстоятельств».
Глава 9. Восточный фронт
Поскольку российские войска не смогли взять Киев, Москва перенаправила основное направление своего наступления на восток, готовясь к крупному сражению за захват высокоурбанизированного Донбасского региона Украины. Захват территорий Донецкой и Луганской областей был не только заявленной целью "специальной военной операции", но и вероятной причиной, по которой Москва отвергла призывы Киева к прекращению огня на переговорах в Стамбуле в конце марта. Это был шанс закончить войну на выгодных для Москвы условиях, которые Кремль уже никогда не получит.
Первые месяцы войны продемонстрировали несколько особенностей наступающего нового этапа войны России против Украины. Одной из них было то, что русские имели ограниченные воздушные ресурсы для бомбардировки военных целей и полагались на ракеты, многие из которых не отличались точностью и часто поражали гражданские объекты. Вопреки ожиданиям одних и опасениям других, российские ВВС так и не смогли установить превосходство в воздухе в Украине. Предупрежденные данными разведки, вполне возможно, предоставленными западными союзниками Украины, украинцы успели вывести большинство своих самолетов непосредственно перед российскими ракетными атаками на украинские аэродромы в ранние часы 24 февраля. Какими бы немногочисленными и устаревшими ни были имеющиеся украинские самолеты, они были спасены от уничтожения и могли противостоять россиянам в небе.
Украинская противовоздушная оборона также оказалась устойчивой. Переносные зенитные комплексы "Стингерс" американского производства, предоставленные западными партнерами в течение нескольких недель перед вторжением, увеличили ресурсы украинской противовоздушной обороны. Поскольку русские теряли все больше самолетов и вертолетов, они полагались на ракеты, некоторые из которых запускались с кораблей в Каспийском море. Ракеты часто не попадали в цель, поражая гражданские объекты вместо военных. Украинцы сбивали российские крылатые ракеты, как могли, пытаясь защитить свои города.
У российской армии были и другие причины для того, чтобы наносить такие неизбирательные удары по украинским городам. Они использовали артиллерию, чтобы разрушить городскую инфраструктуру и лишить украинскую армию оборонительных позиций - эту стратегию они в полной мере использовали при нападении на Мариуполь и несколько украинских городов на Донбассе. Они также использовали артиллерию и ракеты как оружие террора,
