— Реально? А у кого?
— Так у Полины, напарницы Евгена, — ответила девушка, — и нет, вышла она не за Евгена…
Кеган, пройдясь между столами, отметил, что еды на них и впрямь не было, но вот напитков — в избытке. Мало того, что на каждом столе, так ещё и в вёдрах со льдом рядом.
— Не пейте здесь ничего, — вспомнив разговор с Катрионой, музыкант перебил Нину. — Игристое может быть отравлено.
— А это мы сейчас проверим, — Эммерих достал из рюкзака портативный анализатор, которым до этого они проверяли водоёмы. — Посторонись!
Схватив из ведра одну из бутылок, странник откупорил её и, отлив немного в первый попавшийся бокал, окунул в него анализатор. Скорый тест выявил в напитке содержание литфиевой кислоты.
— На твоём месте я бы не рискнул брать что-то из бара, Эммерих, — проговорил Аматрис, взглянув на экран устройства.
— Ага, — хмуро откликнулся тот, — очень своевременный совет… Так значит, вам надо разыграть тут свадьбу? Ты типа в роли Айтверна, а Нина — та актриса? Лады, тогда заменю регистратора. Официальной речи не обещаю, но что-нибудь измыслю.
— Постой, серьёзно? Нам прямо при тебе… целоваться?! — Нина изумлённо посмотрела на Эммериха.
— А что такого? Не сказано же, что должен быть свидетель первой брачной ночи, — невозмутимо сказал Эммерих. — Хотя, если есть такие предложения, я готов их рассмотреть.
Услышав это, Аматрис утомлённо закатил глаза:
— Боюсь представить, какие ещё у тебя есть девиации, Ландони, — после чего повернулся к Нине. — Я сам не сторонник излишней публичности, но увы, это необходимо для дела.
— Говорит человек, который не один год отдал софитам, — заметила Нина.
Кеган подошёл к ней и пальцами коснулся её щеки, ненароком заправляя за ухо прядь волос.
— Но больше ничем я с ними делиться не готов, — ответил он полушёпотом и наклонился, целуя Нину.
Его руки уверенно легли ей на талию, придерживая её, когда Нойр встала на носочки.
— Вы поглядите, кто тут сама обходительность, — весело протянул Эммерих. — Вообще-то вы рано… Но репетиция — это правильно!
Нина отпрянула от Кегана — и тот плутовато ухмыльнулся:
— Репетиция никогда не бывает лишней, — он не выпускал её из объятий, — так что скоро… мы обязательно продолжим. Но пока, вероятно, нам стоит продолжить осмотр. Возможно, мы что-то упустили.
План торжества нашёлся в одном из кабинетов на первом этаже. Никаких красных лент не ожидалось, только свадебная церемония и присутствие журналиста из «Тризонийских времён». Вверху бумажной стопки на столе лежал лист с распорядком дня, а ниже — брачный договор и контракт на имя Катрионы Кэйвен.
— Похоже, обошлось без великой любви. Твой друг был бы разочарован, — читая последний, обратился к Нине Аматрис. — Госпожа Кэйвен должна была оставить свою карьеру после заключения брака, чтобы, цитирую, «не порочить добрый род мужа».
— А что, аристократы против искусства? — удивилась Нина, заглядывая в документ.
— Нет. Меценатство поощряется… и даже музыка, если не вспоминать об ортодоксах, — ответил музыкант и вернул бумаги на место. — Но театр — всякое лицедейство — даже сейчас не приветствуется многими знатными семьями. Тому же Стефану Айтверну пришлось отказаться от роли в сериале, хотя это и могло неплохо повысить его узнаваемость.
— Айтверн? Ещё один? — Ландони скрестил руки на груди. — Они что, почкованием размножаются?
— Иногда мне самому так кажется, — усмехнулся Аматрис. — Поверь, Эммерих, тебе лучше не знать, в скольких сферах жизни присутствуют потомки этой фамилии.
Повторный обход надземных этажей не выявил ничего подозрительного. Испускаемый кадильницей с аромолампами запах отпугивал немёртвых — однако то и дело где-то вдали показывались человеческие силуэты, нестабильные и дымчатые. Их рты выглядели разинутыми в крике, но вокруг сохранялась тишина. В остальном гостиница оставалась столь же безмолвной и покинутой, как и прежде. Тогда странник озвучил предложение, которое до этого лишь витало в воздухе:
— Проверим подвал?
Кеган, обменявшись с Ниной чуть нервным взглядом, вздохнул.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Для гласности — мы же все понимаем, что это рискованно? Обычно, если апеллировать к классическим ужасам, это заканчивается пробуждением зла.
— А ты не читай вслух всякие древние книги, — посоветовала ему Нина, — и вообще ничего не трогай там.
— Хорошо, — с готовностью кивнул Кеган. — Тогда буду трогать тебя.
— Что?
— Что?
— Если вы закончили, — устало продолжил Эммерих, — может, уже пойдём?
Входов в подвал на территории гостиничного комплекса было несколько, но лишь один находился внутри главного здания — за стойкой регистратуры. Ведущая вниз дверь оказалась закрыта, и Эммериху пришлось прикладом сбивать замок. Когда тот упал оземь, странник сказал:
— Кто-то должен остаться здесь. На случай, если гостиница опять изменится, — и повернулся к Аматрису. — Кто-то останется?
— Почему сразу я? — недовольно поглядел на него музыкант.
— Учитывая, что ловят мои сканеры, внизу станет очень небезопасно, если кто-то решит вспомнить о пирокинезе, опять, — ответил Ландони. — Я бы Нине предложил остаться, но лучше бы того, кому в момент чего хватит сил сбить замок.
— Эй! — Нина насупилась.
— Пока не начнёшь делать силовые в зале, не возмущайся, — отбрил её Эммерих. — Так что стой настороже, Кег.
Нехотя, но Аматрис согласился, оставшись плечом подпирать дверь. Он напряжённо всматривался в коридор, ожидая появления андеров, но стоящая рядом аромолампа и впрямь отпугивала их.
Вдруг изо рта вырвался пар — воздух похолодел. На стенах проступила плесень, и потянуло сыростью. Кеган крепче перехватил рукоять пистолета, но вскоре признаки странного Воздействия исчезли.
Тем временем Нина и Эммерих по узкой лестнице спустились в не менее узкий коридор. Высота бетонных стен едва достигала двух метров, и нередко, чтобы не задеть головой лампы, Ландони приходилось пригибаться.
Нойр, держа в одной руке чадящую кадильницу, а в другой — фонарик, шла впереди. Тишина, что обволокла пару друзей, нарушалась лишь их дыханием и звуком шагов. Воздух пропитался холодом, темнота клубилась в углах. Девушке вновь показалось, что она видит впереди мерцающие фигуры, но вскоре они пропали.
В какой-то момент Ландони огляделся — взгляд его зацепился за стену. По бетону протянулась глубокая трещина. Заприметив её, странник небрежно стукнул по покрытию и усмехнулся:
— Ты смотри, Нани, здесь выход лучше не искать — эти стены точно не…
Он осёкся, когда от незначительного удара трещина, углубившись, разошлась во все стороны. Подвал затрещал — вдруг часть стены обрушилась, и в коридор выпали мумифицированные останки.
От неожиданности Нина закричала, выронив фонарик. Луч его скользнул по телу женщины в истлевшем платье. Пергамент её кожи покрывали размытые ныне литеры. Лицо смотрело тёмными провалами глаз, а руки недвижно раскинулись.
— [Междом], — Эммерих нехотя склонился над трупами. — А вот и гости…
Нина с ужасом глядела на высохшие губы усопшей и обнажённые в оскале зубы. Особо не церемонясь, Эммерих схватил подругу и забросил её себе на плечо, после чего понёс в сторону выхода.
— Я слышал… — заговорил Кеган, когда компаньоны поднялись. Ландони, передав девушку ему на руки, его перебил:
— Гостиница буквально стоит на костях. Похоже, после рокового бокальчика все останки замуровали в стенах.
Аматрис, бросив обеспокоенный взгляд на Нину, напряжённо кивнул.
— Они прямо посыпались на нас, — вымолвила она. — Это… было ужасно.
— Могу себе представить. Ты, наверное, натерпелась, — его голос был полон сочувствия, Кеган перехватил девушку поудобнее.
— Не уверен, что Нисхождение здесь поможет, — продолжил странник, — как бы не вышло так, что какие-то тела не закопали глубже фундамента…
— Значит, будем пробовать через церемонию, — решил Кеган, — во всяком случае, этот вариант кажется более безопасным… для психики. К тому же, если сказывается влияние Обрыва, возможно, мы всё равно не сумели бы его устранить.
