значит — пропал?
— На связь не выходит. Трупа нет. Задание не выполнено. Обычно так не бывает. Мой заместитель послал своих «шестёрок», но…
Мужчина с блокнотом поморщился.
Ему внушает отвращение блатной жаргон.
И сейчас, глядя на тени кабин, скользящих по реке, он в очередной раз задался вопросом: а где совершена ошибка? Убийцы, разделавшиеся с Володкевичами… к таким людям нельзя обращаться слишком часто. Во-первых, дорого. А во-вторых, они пользуются методами… на грани фола, мягко говоря. Нелегально добытый кремчуг, запрещённые артефакты… Всё это бросает тень на потенциального нанимателя. Поэтому мужчина с блокнотом прибегал к услугам тайного клана ассасинов два раза в жизни. Второй — под Туровом, когда ему понадобилось устранить чрезмерно независимых родовичей. Он сделал это из-за угрозы вступления Володкевичей в Дом Рыси.
А что теперь?
В игру могут вступить Фурсовы.
Неизвестно откуда выкопался изгнанный наследник. И этот дегенерат упорно не желает умирать. Везение? Существует, конечно, вероятность, но…
Мужчина не привык верить в случайности.
— Вот что, — человек сделал пометку в блокноте и повернулся к Немцу. Преступный авторитет терпеливо ждал, пока один из самых влиятельных аристократов Москвы не удостоит его взглядом. — Приложи усилия, чтобы решить проблему. Меня не интересуют отмазки. Если надо, отправь группу людей. Опытных, хорошо подготовленных. Любые расходы будут оплачены.
* * *
— Ваше Сиятельство?
Голос у стряпчего был неким… настороженным. Возникло ощущение плохих новостей.
— Да, Сергей Васильевич.
Уже не «Ростислав», а «Сиятельство». Попахивает официальщиной. В такие моменты я всегда думаю о том, что от меня чего-то хотят.
— Напоминаю, что по договору я получаю зарплату не позднее десятого числа каждого месяца.
— Так ещё август не кончился, — недоумённо произношу я.
— Верно. Только…
Я не выдерживаю:
— Ох, не томи, Василич. И давай уже без лишних церемоний, свои люди. Как говорится, сочтёмся.
На том конце провода облегчённо вздохнули.
— В общем, если я несу расходы, связанные с выполнением профессиональных обязанностей, их компенсирует наниматель. И, соответственно, сумма ежемесячной выплаты должна быть увеличена.
— И что за расходы такие?
— Моя незапланированная поездка в Никополь.
Ага, начинает проясняться.
Бенедиктов, я это помню со слов отца, был домоседом. Редко покидал границы Туровской губернии. Предпочитал разруливать вопросики по телефону. На крайняк — отправлял курьеров с документами в госучреждения и клановую администрацию. А тут — такое. Сел на самолёт, чтобы перехватить меня в столице северных земель. Жил в дорогом, по его меркам, отеле.
— А с чем связаны подобные расходы? — осторожно поинтересовался я. — Не проще ли было подождать меня в Турове и всё оформить здесь? Ну, радиограмму передать, чтобы я поспешил с возвращением…
— Проще, — согласился стряпчий. — Но я предпочёл действовать в твоих интересах.
— Ээээ… поясни.
— Гибель семьи при загадочных обстоятельствах, — начал перечислять Бенедиктов. — Нездоровый интерес всех и каждого к усадьбе и родовым землям. Отсутствие кланового покровительства. Потенциальный интерес Фурсовых. Думал, ты оценишь.
— Я оценил, — отвечаю вполне искренне. — А на сколько именно оценивается такое рвение?
— Оно бесценно, — хмыкнули в трубке. — Но вот мои дорожные расходы вполне осязаемы. Тысяча двести рублей за авиаперелёт в один конец. Семьдесят пять рублей в сутки за апарт. А я там провёл, на минуточку, четыре дня. Итого две тысячи семьсот имперских рубликов. Питание в счёт не включаю, я бы и так с голоду не пух. Плюс оклад пятьсот рублей и восемь сотен премиальных за форс-мажор. Сюда входит и оформление всех документов, и поиски наследника в Бескрайней Пустоши, и сражение с полицейскими за твой меч. Окончательная сумма — четыре тысячи ровно. Детализацию я подготовил, чеки и авиабилеты прикрепил.
— Верю-верю, — я малость прифигел от такого основательного подхода. Ну, и сумма мне, признаться… не понравилась. С другой стороны, раз уж я вступил на путь главы Рода, надо поставить крест на своём нищебродстве и взяться за ум. — До десятого сентября всё перечислю.
— Вот и отлично, — голос стряпчего потеплел. — На связи.
Повесив трубку, я призадумался.
Откуда достать деньги? Мне нужно привести в порядок свой дом, обзавестись слугами и личной гвардией, разобраться с неведомыми врагами. А любая война связана с повышенными расходами. Личный юрист тоже оказался недешёвым удовольствием. Неизвестно, что меня ждёт в семинарии. Соседи лезут, ушибленные экоманьяки… Да и Фурсовы рано или поздно попробуют наложить лапу на моё скромное имущество. У них с отцом явно были какие-то мутные схемы. Не удивлюсь, если имеются взаимные претензии.
Говорят, зарплаты у инквизиторов приличные.
А ещё говорят, что любые «сторонние» заработки под запретом, но это не точно. Ну, и вопрос, который меня терзает больше всего: когда я получу в своё распоряжение «святую крышу»? Я принят в число семинаристов, но это ещё не инквизиция. Позволяет ли мне нынешний статус претендовать на некую… неприкосновенность?
И да, учёба начинается в сентябре.
А пока я резервист.
У меня есть неделя с хвостиком, в течение которой надо выжить. Просто выжить, не претендуя на большее. Осмотреться, найти лазейки в системе, понять, как добраться до Разломов… Это потом. Будем решать задачи по мере их поступления.
Начну я, пожалуй, со своего вознаграждения за броню туннельщика.
Чтобы дозвониться, куда надо, мне пришлось набрать справочную и сформулировать запрос. Девушка предоставила на выбор несколько номеров. Министерство финансов Дома Волка, торговое представительство этого же клана в Турове и местное отделение банка «Полярис».
Выбор очевиден.
Деньги либо есть, либо их нет.
Поэтому я не стал заказывать межгород, а просто позвонил в банк, представился и попросил уточнить, нет ли перевода из Никополя на мою карту. Разумеется, меня вежливо послали. Дескать, подобные сведения не разглашаются по телефону, приходите лично. Назвали адрес. Тогда я не выдержал и набрал торговое представительство. Оттуда меня отфутболили в администрацию Архаикума, где я получил номерок отдела внешней добычи. В конечном итоге, через пять рукопожатий, я добрался до пункта сбыта внеземных ресурсов. Бухгалтерша долго ломалась, но в итоге попросила дать тридцать минут на обработку запроса. Через полчаса я выяснил, что на мой счёт капнуло четырнадцать тысяч рублей. И это, как мне намекнули, не вся броня ещё продана.
Что ж, туннельщики — выгодные твари.
Настроение заметно улучшилось.
Со стряпчим я расплачусь, но надо подумать над стабильными источниками дохода. И разобраться с тем, что отец припрятал в подвале.
— Мурр, — Вжух потёрся о мою ногу.
— Погуляй
