расплывающуюся под ним лужу.
— Фу, — сказал я. — У тебя странная реакция на ток.
Встав из-за стола, я исполнил обещанное — сломал наглецу мизинец.
Дружки орущего на полу недоноска попятились в проход между столиками. Каждый из них, судя по повадкам, был из непростого семейства. Либо благородные Рода, либо сынки финансистов-простолюдинов. Вот только к драке со мной они не были готовы. Я читал это по глазам.
— Забирайте и выметайтесь, — предложил я.
Один из парней всё же решил, что у него есть яйца. То ли за друга стало обидно, то ли ещё что, но он выхватил из ножен танто и шагнул ко мне. В ту же секунду с потолка сорвалась крылатая тень. Я пропустил момент трансформации. Свист, удар, фонтан крови. Парнишка недоумённо уставился на обрубок и побледнел. Затем меня накрыло воплем.
Двое уцелевших парней метнулись к выходу.
А Троглодит уселся ко мне на плечо, убрал крылья, втянул перья и невинно мяукнул. Дескать, доволен? Я справился с задачей, хозяин?
— Молодец, — похвалил я. — С меня соус.
— Что-то у меня аппетит пропал, — вздохнула Карина.
Расплатившись, мы покинули заведение.
К месту дуэли был вызван целитель. Карета «скорой» остановилась прямо у входа, оттуда выбежало несколько людей в белых халатах. Чуть поодаль, на парковке, я заметил патрульную полицейскую машину. Копы не спешили вылезать из салона, переговариваясь с начальством по рации. Нас никто не задерживал.
— Извини за испорченный обед, — сказал я. — Кто это был?
— Пашка Смолин, — ответила девушка. — Мы в одном байкерском клубе.
— Благородный?
— Виконт.
— А его дружки?
— Дети корпоратов. Высшее звено одного государственного концерна.
Что ж, тогда всё становится на свои места. Смолин пострадал в ходе дуэли, полицейских это не касается. Его спутники — мимо кассы. Никто из них не имел права поднимать руку на аристократа.
Троглодит спрыгнул на тротуар и превратился в прикольную лохматую собачку.
Извращенец.
— Слушай, он у тебя такой классный, — умилилась Карина. — Погладить можно?
Я задумался.
— Ну, попробуй, — посылаю мысленный приказ Троглодиту, чтобы он не трогал мою новую знакомую. Меня накрыло недовольством, пришлось надавить посильнее. — Только осторожно.
Посылаю питомцу образ роллов и соевого соуса.
Дескать, терпи — и получишь угощение.
Карина почесала «милую собачонку» за ухом. Её никак не смутило, что мой питомец ведёт себя очень странно для земного пса. Не виляет хвостом, не тявкает, не крутится на месте и лапу не подаёт. Просто смотрит на потенциальную жертву немигающим взглядом. Зрачки у пса сиреневые.
— И как ты его назвал? — Карина выпрямилась.
Мы почти добрались до парковки, где девушка оставила аэробайк.
— Троглодит.
— Такое себе. Он быстрый и резкий… имя должно быть достойное для полиморфа… Вжух — и нет руки! Я такого никогда не видела.
Троглодит неожиданно подобрел.
Его никогда прежде не хвалили, наверное.
— Назовём его Вжухом.
Я от неожиданности встал как вкопанный.
— Вжух?
— Согласись, круто звучит, — девушка была довольна собой. — Коротко и не так обидно.
Открываю рот, чтобы возразить, но тут до меня доходит одна вещь. Троглодит тащится от ситуации. Новое имя нравится ему больше старого! На эмпатическом уровне — восторг, надежда, запрос на утверждение. Мой питомец хочет сменить имя!
Через несколько секунд я отвис.
— Ладно. Уговорили.
Волна благодарности.
— Уговорили? — подловила меня Карина.
— Ну… я чувствую его желания, если что.
— Ты эмпат?
— Никогда себя им не считал. Просто мы связаны. Объяснить не могу, но он не просто так за мной ходит. И ещё он может потреблять мою ки.
— Шутишь.
— Вовсе нет.
— Я слышала о котоморфах такие вещи, но… Ты же знаешь, если читать Бестиарий, там почти нифига не найдёшь. То не доказано, это не подтверждено…
Разговаривая таким образом, мы приблизились к парковке.
Получаю шанс хорошенько рассмотреть аэробайк Карины. Устройство, насколько я понял, могло не только летать, но и ездить — сейчас оно стояло на колёсах. Вот только колёс было три, как у трицикла, и втягивались они в некую овальную базу, испещрённую цепочками Знаков. Или не втягивались? Насколько я помню, эти кольцевые структуры выдвигались из корпуса, ворочались под разными углами и создавали дополнительную тягу. Как лопасти квадрокоптеров.
— Это артефакт? — уточнил я.
Девушка открыла кофр, достала оттуда кожаную куртку и шлем. Начала одеваться и просвещать меня по теме аэробайков.
— Не совсем. Там артефакторная начинка, да. Генератор антигравитации. Остальное на каббалистике. Винтовые колёса, смена конфигурации. Подзарядка.
— И на чём он ездит?
Карина захлопнула кофр. Теперь её лицо закрывал шлем, только одни глаза виднелись из прорези. Красивые глаза, василькового цвета.
— Гибрид, — подножки-фиксаторы втянулись в корпус байка. — Бензин плюс энергия ки.
— Сложно.
— По другому никак. Бензин нужен движку, чтобы вращать лопасти. Или колёса, когда едешь по земле. А ки превращается в антигравитацию.
— И много жрёт?
Байк заурчал, готовясь к рывку.
— Ты знаешь, прилично. Поэтому на этих штуках не рекомендуется гонять тем, кто не достиг второго ранга.
— А ты на втором?
— Как бы да. Но я каббалист, не забыл? У нас каналы заточены на повышенный расход ки, мы её в Знаки вливаем. Это наследственное.
— Понятно.
— Ну, до встречи, — девушка махнула рукой на прощание. — Приятно было поболтать.
Аэробайк завис над асфальтом, втянул и развернул колёса, а затем выдвинул их из корпуса, стабилизируя несущую базу. Взвыли винты, разгоняя воздух.
Карина лихо развернулась над землёй, чуть не царапнув дорожное покрытие, потянула на себя руль, утопила какие-то гашетки и рванулась вперёд.
Я аж засмотрелся.
Уж больно круто моя новая знакомая лавировала в транспортном потоке.
— Ну что, — бросаю взгляд на новоиспечённого Вжуха. — Пойдём искать твои роллы?
По дороге я заприметил нечто, напоминающее японский ресторанчик.
* * *
Я потратил несколько часов, чтобы найти двести тридцать шестое почтовое отделение. Пришлось заехать на Главпочтамт, спросить там, а уж затем отправиться за обещанными «приблудами».
Машина перевезла меня по мосту через Припять, углубилась в район, забитый представительствами транснациональных концернов, вывезла в фешенебельный спальный район, а потом — в небольшой оазис частных вилл посреди железобетонных джунглей. Несколько раз мы пересекали трамвайные пути и монорельсы, по которым скользили бесшумные и запредельно быстрые экспрессы.
Почта в «оазисе» тоже была элитной. Дизайнерской,
