Уинни понимающе проговорила:
– Папа просто все драматизирует.
– И не только он.
Взявшись за руки, они пошли на звук доносившихся голосов.
– А что ты такая хмурая, Мэдди? Типтон становится невыносим?
Сэр Томас был не единственным в семье, кто обладал актерским талантом. Девочка довела свои способности до совершенства, чем ужасно раздражала брата. Стычки между братом и сестрой Уайман уже стали семейной легендой. Хотя Уинни думалось, что таким образом они восполняют годы разлуки.
– Решила попутешествовать и остаться учиться в Италии, – сказала Маделина и, нахмурившись, надула губы.
– Да, ну что ты, – пожалела ее Уинни, понимая ее желание добиться большего, чем выгодное замужество.
– Не трать сил, Мэдди, не стоит подговаривать Уинни. Никакая оппозиция не изменит моего мнения, – заявил Типтон по-братски самодовольно, отчего Уинни захотелось по-сестрински наступить ему на ногу. Виконт, должно быть, распознал ее намерение и добавил: – За своенравными сестрами нужен глаз да глаз! Я не собираюсь гоняться за этой девчонкой по всей Италии.
– Не будь занудой, Типтон. Женившись на моей сестре, ты давно должен был привыкнуть…
Не обращая внимания на ухмылку Маделины, Уинни чмокнула Типтона в щеку, смягчая свою колкость.
– Меня беспокоит не только Мэдди, – ненароком заметил он.
Обед выдался на славу. Долгие годы лишенный собственной семьи, Типтон любил баловать свою новую семью. Было приготовлено по крайней мере шестнадцать блюд – первое, второе и десерт. Уинни погладила живот и тяжело вздохнула, пожалев, что съела еще и пирог, политый клубничным вареньем, и мороженое. Больше всего сейчас ей хотелось попросить служанку ослабить корсет.
Девона предложила подождать мужчин в музыкальной гостиной, пока те пьют портвейн и говорят о делах. Мэдди села за фортепьяно и, морща лоб, пыталась сыграть простую музыкальную композицию. Сестрам стоило усилий сдержать свои эмоции, когда она путала ноты.
– Думаю, Мэдди делает успехи, – улыбнулась Девона. – Ты не согласна, Уинни?
– Ее настойчивость достойна похвалы. Типтон слушает, как она играет?
Мэдди фыркнула и ускорила темп, чтобы быстрее закончить мучения.
– Ах, единственное, что приятно в это жуткое время, – то, что мою игру приходится слушать моему дорогому братцу.
Девона только пожала плечами:
– Что это они с папой засиделись за своим портвейном?
– Типтон, – отозвался сэр Томас, обнаружив свое присутствие. – Твоя жена жалуется на нас? – И сел на диван с Уинни. Типтон устроился поближе к жене.
– Просто признает вслух тот неопровержимый факт, что вряд ли у Мэдди когда-нибудь появится поклонник ее музыкальных способностей.
– Кто говорит, что я хочу замуж? – усмехнулась Мэдди, Ударами по клавишам подтверждая свое недовольство. – С вполне достаточно занудливого брата!
– Что за чушь, моя девочка, – сказал сэр Томас, бросив взгляд на незамужнюю дочь. – У тебя будет уйма поклонников. Уинни, поговори с деткой.
– Поговорю, папа, как только смогу посоветовать что-то дельное.
Уинни встретилась с сестрой взглядом и подняла бровь, подумав обо всех непристойных предложениях, которые ей сделали за эти годы. По наклону головы Девоны Уинни увидела: сестра поняла, где витали ее мысли. Обе улыбнулись, вспомнив, как раньше делились друг с другом историями. После стольких лет доверия они могли говорить без слов.
Задетый ее отказом, сэр Томас сердито посмотрел на младшую дочь.
– Типтон, вверяю тебе управлять своей женой. Я человек старый и потяну лишь одну дерзкую дочь.
Уинни вздохнула:
– Ох, папа. Давайте не будем возвращаться к старым болячкам. Это только расстроит вас.
«И меня», – про себя добавила она. Она так надеялась, что отец будет занят другими мыслями и не станет снова докучать ей.
– К старым болячкам? Тебе двадцать три, и ты не замужем. Что ты на это скажешь?
– К сожалению, у Типтона нет ни брата, ни кузена. Сэр Томас стукнул по подлокотнику дивана.
– А когда-то была такой послушной, умненькой девочкой. Ну, что ты привередничаешь?
Типтон лениво наматывал на палец локон жены.
– На ее взаимность претендовали слишком много кавалеров.
– Большинство из них – зануды.
Девона крепче прижалась к мужу.
– А как насчет лорда Невина? – спросила она. Уинни пристально посмотрела на нее.
Отец тут же отмел предложение:
– Из него, конечно, получился бы уважаемый муж. Приятный, титулованный, при деньгах, насколько мне известно. Но Рекстер все портит. Знаете, он говорил со мной.
Вздрогнув от новости, Уинни не удержалась:
– И вы молчите? Что он хотел?
– Сядь на место и успокойся, – сказал сэр Томас. – Что-то ты мне не нравишься: очень уж бледная. Рекстер приходил ко мне, чтобы уладить кое-что, вокруг чего вы с Невином все пляшете.
Уинни показалось, что в комнате невыносимо душно. Ее раздражение увеличивалось с каждой ошибкой, которую делала Мэдди за фортепьяно.
– Мы с лордом Невином так и не нашли общего языка, – проговорила она сквозь стиснутые зубы.
– Но…
Что-то в ее выражении лица не дало Девоне договорить. В животе Уинни заурчало, ей было не по себе. Если она ничего не предпримет, ее выдадут за лорда Невина. Он казался порядочным человеком, однако… этот человек был не для нее.
– А что с этим Милроем? Ходят слухи, что он пытается ухаживать за Уинни. – И Типтон пристально посмотрел на свояченицу.
Сомнений не было: он знал, что Кенан проявляет к ней интерес.
Девона задумалась.
– Райен, это не тот мистер Милрой, которого нам представила на маскараде тетушка Молли?
От упоминания имени молодого человека сэр Томас весь побагровел.
– Кенан Милрой, – проговорил он. – Странно, ни ты, ни твоя тетушка не говорили мне об этой встрече. Надеюсь, он не осмелился приблизиться к тебе?
Осмелился, и не только приблизиться. Если отец был вне себя от гнева из-за случайной встречи с Кенаном на многолюдном балу, то он просто-напросто убьет его, узнав, что он лишил дочь девственности. Придется лгать. Возможно, ложь будет звучать убедительно, ведь тетушка Молли сама представила Кенана сестре и зятю.
Думая, что хуже не станет, Уинни начала выгораживать его:
– Тетушка Молли считает мистера Милроя добрым знакомым. По отношению ко мне он ведет себя безупречно.
– Жалкий, самонадеянный наглец! Я предупредил его, чтобы он держался от тебя подальше. Боже, да я бы таких нахалов… Типтон, подскажешь, где найти пару людей, которые хорошенько проучили бы его?
Ужаснувшись такому повороту в разговоре, Уинни вскочила с дивана.
– Никто и пальцем не дотронется до мистера Милроя. А с тобой, Типтон, я вообще не стану разговаривать, если ты поспособствуешь безрассудству отца!
