Шеридан буквально наслаждалась лучами солнечного света. Всю жизнь, привыкшая к избытку солнца, по-настоящему страдала в те многие дождливые дни. Слава Богу, они остались позади, а впереди у неё ещё целое солнечное лето. Там и долгожданное совершеннолетие не за горами, а следом и дорога домой, в своё родное поместье, к родным людям. Одна только мысль об этом придавала ей оптимизма и казалось, никто и ничто не может её огорчить. Даже Его светлость герцог Ровендейл, может катиться, ко всем чертям и было бы не плохо, чтобы вместе со своей любовницей.
Прошло несколько дней после бала в Алмакке, не было и дня чтобы Шеридан не получила приглашение на бал, в оперу или на обычную прогулку по парку. Казалось всё складывается отлично, успех который ей все пророчили, набирает свои обороты. Всё время девушки расписано практически по минутам.
Наблюдая за феноменальным успехом Шеридан, вдовствующая герцогиня должна быть в восторге, ведь именно этого она и добивалась. Вот только радости было мало, замечая как девушка окуналась с головой в это «высшее общество», о котором раньше отзывалась не совсем дружелюбно. Элоиза прекрасно понимала, что это всего лишь обманный манёвр, помня последние слова, которыми её сын обмолвился со своей протеже, не могла оставаться равнодушной. Каждый раз, когда Шеридан уходила со счастливой улыбкой на губах, у герцогини сердце обливалось кровью. Потому что глаза девушки красноречивее слов говорили об обратном. Конечно, Элоиза не отметала тот факт что, Шеридан, возможно, просто скучает по дому, но что-то материнское ей всё же подсказывало, что герцог Ровендейл, замешан в этой глубокой но, хорошо скрываемой печали за маской радости.
— Какие планы на сегодня, дорогая? — поинтересовалась герцогиня у Шеридан за завтраком. Глядя на неё поверх утренней газеты.
— Ничего, — ответила девушка, откусила пирог и запила чаем, — вернее, на сегодня я всем отказала, никуда не пойду, надоело. — Она отпила ещё немного чая, — сегодня я целый день проведу у графини Хоксуорт. Мы давно не виделись, последнее время только переписывались. Потому что граф, так переживает за её сиятельство, что разрешает выходить ей, разве что только в сад.
— Его трудно в этом винить, — Элоиза отложила газету, — учитывая положение Каландры, излишняя опека не повредит.
— В каком таком положении? — внутри девушки боролось недовольство за подругу, запертую словно в клетке. — Она же не больна, а беременна. И ей просто необходимы положительные эмоции. Ну как их получить? — обратилась она к герцогине, — если всё время заниматься вышиванием.
— Можно заняться чем-нибудь другим, — предположила Элоиза.
— Чем? — Шеридан вопросительно на неё посмотрела.
Герцогиня задумалась, — хорошая книга, верный друг в такие моменты.
— Хорошо, чтение, — Шеридан загибала пальцы.
— Можно заняться домашними делами. — Девушка приподняла бровь, — Ладно, — согласилась Элоиза, — Хью не позволит. Но всегда можно гулять по саду, вышивать. — закончила довольная Элоиза.
— Вышивать, уже говорили, — она показала три пальца, — Всего три! Скажите, как долго можно выдержать, если изо дня в день единственным развлечением, является лишь чтение, вышивка и прогулки. Причём, я сомневаюсь, что его сиятельство разрешает гулять дольше положенного, а сколько положено, это только ему одному известно.
— Что поделаешь, ей нужно беречь себя.
— Я совершенно с вами согласна, — Шеридан встала, — но сегодня, беречь, её сиятельство графиню Хоксуорт, входит в мои обязанности. Поэтому к обеду меня не ждите, — она задержалась, — думаю и к ужину, скорее всего тоже, — Шеридан присела и довольная умчалась в свою комнату, побыстрее собраться и отправиться к подруге.
Как только Шеридан оказалась в поместье Хоксуорт, буквально перевернула всё с ног на голову. Было решено проводить пикник, подругу она усадила в мягкое, удобное кресло в саду, которое по её же указке и доставили туда, а также различные покрывала, подушки, корзинки с разными вкусностями. Даже соорудили специальный настил, чтобы была возможность укрыться от солнца. Шеридан подготовилась основательно, продумав всё до мелочей. Она запланировала несколько игр, затем чай с пирожными. Основным правилом был запрет на шитьё, по крайней мере, до тех пор, пока она не отправиться домой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В первую очередь, подруги просто болтали, Шеридан поведала, как прошёл бал в Алмакке. Естественно не всё, часть разговора с герцогом она опустила.
— Ты сильно волновалась? — спросила графиня, интересуясь всеми подробностями первого бала подруги. — Расскажи мне, пожалуйста, как всё прошло, — пригрозила пальцем, — только смотри ничего не упусти.
Шеридан вздохнула, ещё дома она предвидела, что Каландра устроит ей колоссальный допрос.
— Что тут рассказывать, бал как бал, ты не раз на таких и сама бывала, знаешь как там всё проходит.
— Ну уж нет, — графиня от нетерпения заерзала на подушках. — На таком балу, где присутствовал сам герцог Ровендейл, я ещё ни разу не была. Так что, словами ничего особенного, ты не отделаешься. Мне нужны подробности! И будь уверена, я от тебя не отстану.
— Хорошо, хорошо, — Шеридан жестом успокаивала подругу, — Дело в том, что там действительно не было ничего особенного, — Она задумалась, с чего начать. — Одной у стены мне стоять не пришлось, — начала она свой рассказ, — поначалу, именно на это я и рассчитывала, — она взглянула на Каландру, та с неподдельным интересом её слушала, Шеридан не удержалась от улыбки. — Но, судя по всему, у её светлости были на всё свои планы. Это, я поняла, в первые минуты своего появления на балу.
Графиня довольная закивала головой, «Молодец Элоиза» подумала она. Но вслух произнесла,
— А что дальше?
— А дальше, первое удивление я испытала, — девушка улыбнулась воспоминаниям, — При появлении барона Фарклайна. Собственно с ним, я и танцевала свой первый танец.
Шеридан пододвинула корзинку с фруктами, «Что бы мне хотелось съесть?» заговорила она с собой. Взяла грушу, покрутила в руках «нет, грушу я не хочу, а вот яблоко», она поочередно откладывала, то одно яблоко, то другое словно придираясь к невидимому изъяну, «Вот!» Шеридан достала из корзины зелёное яблоко.
— Шеридан! Ты издеваешься надо мной? — с толикой обиды произнесла графиня.
— И в мыслях не было, — спокойно ответила девушка и откусила яблоко. — Как я могу так поступить, со своей подругой, к тому же ещё и беременной. Просто, это была самая приятная часть вечера.
— Как, самая приятная!? — не скрывая своего разочарования спросила Каландра, — А появление Викториана?
Шеридан хмыкнула, «как раз его светлость, лучше бы и не появлялся там» подумала девушка, а вслух произнесла, — Это было второе удивление и не только моё, судя по шепоту, пронесшемуся по залу, никто из присутствующих не ожидал появления его светлости.
— О! Как жаль, что я это пропустила, — графиня также взяла яблоко, откусила немного и скривилась, — Кислое!
Шеридан, которая уже практически доела своё, пожала плечами, — яблоко как яблоко.
Каландра отложила яблоко и взяла грушу, — И? — она вопросительно посмотрела на подругу.
— И мы с ним танцевали.
Каландре трудно было сдержать восторг и Шеридан решила подыграть, дабы не расстраивать её и немного приукрасила. Если быть точнее поведала совершенно иную историю. По её рассказу, его светлость был галантен, мил и они прекрасно прогулялись по саду, много болтали, смеялись, после чего завершили всё прекрасным вальсом, по окончании которого он отвёл её к Элоизе, поцеловал руку и покинул зал. Самое главное, что практически всё именно так и было, за исключением галантности и любезного отношения к ней, как собственно и её к нему. В общем, в итоге рассказ получился забавный, главное Каландра в это поверила и искренне радовалась за подругу.
— Я так тебе завидую, — мечтательно произнесла графиня, — Как бы я хотела сейчас потанцевать.
Шеридан вскочила с покрывала, — Значит, мы будем танцевать! — она заговорщически улыбнулась.
