Союза — и разведка НКВД, и стратегическая разведка ГРУ. В свою очередь Разведывательным управлением Красной Армии к этой работе привлекались нелегалы (Жорж Коваль, Артур Адамс, Ян Черняк, Урсула Кучински), «крышевики» (Павел Мелкишев), военные атташе и их сотрудники (Николай Заботин, Иван Скляров, Павел Ангелов, Семен Кремер, Николай Аптекарь).
Первые сведения о работе британских ученых по атомной физике советская военная разведка получила в августе 1941 года. В сентябре такие же данные стали известны и разведчикам НКВД. Руководствуясь этими материалами, сотрудники Лубянки подготовили первый документ по атомной тематике. В нем сообщалось о деятельности уранового комитета Великобритании.
А началось все с обычного, казалось бы, знакомства. Агент советской военной разведки «Каро», он же профессор Юрген Кучински, представил своему куратору полковнику Семену Кремеру молодого человека, которому еще не исполнилось и 30 лет. Этого молодого человека звали Клаусом Фуксом.
Кучински до войны был профессором Берлинского университета. Клаус Фукс начинал свою научную карьеру, когда учился в Лейпцигском университете.
На момент встречи с Кремером Фукс уже защитил докторскую диссертацию, в научных кругах считался молодым, перспективным ученым, однако, несмотря на это, не имел работы и средств к существованию. Он только что вернулся в Лондон из лагеря для интернированных, куда отправило его английское правительство.
С 1933 года он работал на кафедре физики у профессора Нэвима Мотта в Бристольском университете. Здесь же защитился, стал доктором наук. А поскольку у Мотта на кафедре не было свободных должностей доцентов, он рекомендовал своего бывшего аспиранта профессору Эдинбургского университета Максу Борну, известному физику, кстати, выходцу из Германии.
Борн взял к себе Фукса. И, возможно, все бы было хорошо, но грянула Вторая мировая война. Клауса Фукса в числе других иностранцев интернировали и отправили в Канаду. Ведь он был немцем и, по мнению английского правительства, представлял угрозу для Британии.
Молодой ученый оказался в лагере для интернированных в Шербруке, запертым в старых армейских казармах, обнесенных несколькими рядами колючей проволоки.
Только в середине 1940 года узники Шербрука вышли на свободу и Клаус вновь оказался в Англии. Не было самого элементарного, чтобы выжить. И тогда Юрген Кучински посоветовал Фуксу обратиться к представителям посольства Советского Союза. Молодой ученый согласился.
На встречу с ним вышел секретарь аппарата военного атташе в Великобритании полковник Семен Кремер, оперативный псевдоним «Барч».
Кремер был уже достаточно опытным разведчиком. За спиной у него — Гражданская война, служба в войсках, учеба в академии. В лондонской резидентуре, которой руководил генерал-майор Иван Скляров, он считался лучшим офицером-оперативником. Завербовал нескольких ценных агентов, среди которых оказался и Юрген Кучински. Тот в свою очередь узнав, какой тематикой занимается Клаус Фукс, убедил молодого доктора наук обратиться к советским дипломатам.
Их первая встреча состоялась в конце декабря 1940 года. Фуксу, да и нашей военной разведке, откровенно говоря повезло, что на эту встречу вышел именно Кремер. Ведь на тот момент Клаус Фукс реально не представлял интереса для резидентуры. Да, молодой ученый, доктор наук, но безработный, не связанный ни с каким научным центром. Какой информацией он мог обладать, сидя в своей квартире в Эдинбурге? Тем более что работы по атомному проекту только начинались. И сам Кремер не имел даже минимума знаний по атомной тематике, да и не мог иметь. Все это было тогда не просто в новинку, но в диковинку. А может, вся атомная страшилка лишь пустые фантазии ученых? Мало ли таких мечтателей в науке? Тем не менее Кремер поверил Фуксу. Он попросил написать ему справку о возможностях использования атомной энергии.
Весной 1941 года профессор Рудольф Райерле пригласил Клауса в лабораторию Бирмингемского университета, где уже шли работы «по особому проекту». Клаусу Фуксу и советской военной разведке повезло во второй раз. Наш агент стал участником работ по созданию ядерного оружия.
Следующая встреча Кремера с Фуксом состоялась в августе 1941 года. Агент передал записку, в которой подробно изложил основные направления работы британских физиков.
Выслушав доклад Кремера, резидент генерал Скляров отправил в Центр радиограмму. В ней он докладывал, что Фукс работает в специальной группе в физической лаборатории университета в Бирмингеме над теоретической частью создания «ураниевой бомбы».
Группа при Оксфордском университете трудится над практической частью проекта.
Окончание работ предполагается через три месяца, и тогда все материалы будут направлены в Канаду для промышленного производства.
Получив радиограмму, начальник Разведуправления Красной Армии 11 августа ответил Склярову в Лондон: «Примите все меры для получения материалов по урановой бомбе. Директор».
Не забудем: шел август 1941 года. Три недели назад началась война. Армия находилась в тяжелейшем положении, как воздух нужны были военные разведданные, и тем не менее Директор не упустил этот важный момент.
Еще одну оперативную встречу с Фуксом полковник Кремер провел в марте 1942 года. На этот раз агент, которому был дан псевдоним «Отто», передал документы на 155 листах. Материал полностью посвящался проблемам создания атомной бомбы.
В общей сложности Кремер встречался с Фуксом четыре раза и получил от него более 200 страниц секретных научных материалов. Думается, их успешное сотрудничество продолжалось бы и в будущем, но летом 1942 года Семен Давыдович был вынужден подать рапорт руководству военной разведки с просьбой отозвать его из зарубежной командировки и послать на фронт. Ни резидент, ни Центр не хотели отпускать лучшего оперативника. Его пытались отговорить, предлагали более высокую должность в резидентуре, но Кремер стоял на своем. Полковник устал от настойчивого внимания со стороны «соседской» резидентуры. Чем-то не приглянулся он резиденту НКВД. Возможно, раздражала активность военного разведчика, его удачливость, наличие ценной агентуры.
Кремер был не из робкого десятка, но методы «соседей» знал хорошо. И потому он счел, что лучше на фронт, чем в подвал Лубянки.
После возвращения в Москву его уже «сдали» свои. На запрос командующего бронетанковыми войсками генерала Федоренко: «Кремер вам нужен?», начальник Разведуправления Ильичев ответил: «Нет, не нужен». Что ж, мавр сделал свое дело, мавр может уйти.
Ильичев просто струсил. Он знал, что ведомство Берии «не ровно дышит» к Кремеру и спихнул его подальше от себя.
Однако полковник Кремер не пропал и на фронте. Воевал храбро, умело командовал механизированной бригадой, стал Героем Советского Союза. После войны в 1956 году ему было присвоено высокое воинское звание генерал-майора.
После того как Кремер покинул Великобританию, Клауса Фукса на связь приняла сестра профессора Юргена Кучински, Урсула (оперативный псевдоним «Соня»). Она была одним из опытнейших агентов военной разведки. Работала еще с Рихардом Зорге. К 1942 году Урсула Кучински основательно осела в Британии, установила радиосвязь с Москвой.
В октябре
