относящиеся к III и IV векам, что служит убедительным доказательством проникновения римлян далеко на юг.
К сожалению, наши сведения о внутренней торговле очень ограничены. Надпись из Зарая (Зрайи), датированная 202 годом, дает нам перечень товаров, подлежавших обложению пошлинами; и на основании этого мы можем составить себе некоторое представление о местном товарообороте. В надписи фигурируют рабы, скот, одежда, кожи, губка, вина, рыбный соус, фрукты (финики и фиги) и др.
Гидротехнические сооружения. Трудно выяснить значимость гидротехнических работ, предпринятых Римом в Африке. Карфагеняне, да и сами берберы, безусловно, строили гидротехнические сооружения еще до римлян. Заслугой последних было по крайней мере то, что они поддерживали созданные ранее сооружения и непрестанно строили новые. Римляне строили главным образом акведуки для снабжения водой городов и цистерны для отдельных имений и хозяйств. Они вырыли сотни колодцев, особенно в Северном Оресе, и пробурили артезианские колодцы в оазисах. Аэрофотоснимки показывают, что они умели предотвращать действия эрозии и регулировать поступление воды.
Как правило, центры колонизации создавались поблизости от источников, которые тщательно благоустраивали: Ламбез располагал прекрасным нимфеем (общественным фонтаном), сейчас разрушенным. Водонапорная башня в Типасе, где оканчивался акведук, имела форму полукруга, передняя сторона которого достигала 24 м. При выходе из нимфея некоторые источники проходили под триумфальной аркой, как в Булла Регии (Хаммам-Деррадж) и в Феради Майусе (Хеншир Сиди-Халифа в районе Энфидавиля).
Но ни местные источники, ни большие колодцы не могли обеспечить снабжение водой развивавшиеся центры. Приходилось отводить воду из источников, находившихся по соседству и даже в отдаленных горах. Разрешение этой проблемы представляло тем большие трудности, что римские инженеры умели применять систему сифона только в небольших свинцовых трубах и были вынуждены придавать уклон своим акведукам на всем их протяжении. Поэтому, чтобы проложить воде-провод через горы и долины, им приходилось прибегать к крупным строительным работам.
Они достигли высокой степени совершенства в строительстве плотин. Плотина, перекрывавшая уэд Дерб и проходившая через Киллиум (Кассерин, между Сбейтлой и Телептой), имела форму сегмента, выпуклая часть которого подымалась вверх. Плотина достигала 10 м в высоту и 100–150 м в длину. На ее поверхности была проложена своего рода дорога шириной около 5 м, и только у самого основания было пробито двухметровое отверстие для пропуска воды. Огромное количество воды скоплялось в бассейне, где она перед поступлением в акведук фильтровалась.
Самым крупным был акведук, питавший Карфаген. Он брал воду из источника у подножия Мон-Зевгитаны (Джебель-Загуан в 132 км от столицы). Позади овального бассейна возвышался нимфей в форме полукруга шириной в 30 м построенный на платформе и упиравшийся в известковую стену. На протяжении 90 км акведук проходил по пересеченной местности. Закрытый канал, сводчатое «перекрытие которого было снабжено отверстиями для вентиляции и чистки, подавал до 400 литров воды в секунду или 32 млн. литров в день. Он заканчивался большим общественным резервуаром в квартале Карфагена Мегаре, из которого снабжались водой общественные бассейны, фонтаны, бани. В некоторых городах, например в Фисдрусе (аль-Джем), вода развозилась по домам, без сомнения, за плату.
Наиболее крупный акведук Алжира — акведук Шершеля — имел 40 км в длину и пересекал долину в виде огромного моста, состоявшего из трех рядов двухъярусных арок, общей высотой в 35 м. Его верхняя часть была из крупного щебня, арки — из кирпича, основание — из камня. Акведук и второстепенные водопроводы проходили над городом и впадали в большой овальный бассейн размером 20 на 15 м, откуда вода по большой галерее поступала в нимфей.
В большинстве случаев источники не могли удовлетворить все потребности городов. Поэтому дождевую воду с помощью водосточных желобов старательно собирали в общественные и частные цистерны. И те и другие находились под землей, под сводчатым перекрытием. Муниципальные цистерны Гиппона, очевидно, содержали 12 тысяч м³ воды, Цирты — 30 тысяч.
В засушливых областях с успехом использовали водонепроницаемость почвы в окрестностях городов. В Фисдрусе и большинстве городов Бизацены вода, которая, просочившись сквозь пески, протекала по глинистому слою, питала городские колодцы.
Ирригация. Ирригацию налаживали главным образом в предместьях городов. Там, где в низинах скапливалась вода, ее собирали в бетонированные кюветы, а оттуда через водослив направляли в ближайший уэд пли резервуар. Чтобы предотвратить стремительное стенание воды на крутых склонах, для ее задержания устраивали земляные насыпи, которые разбивали поток воды, покрывались растительным покровом и образовывали в конечном счете ровные площадки, использовавшиеся для земледелия. Их следы сохранились в горах, окружающих равнины Загуана и Энфиды в Тунисе. Аэрофотосъемка дала возможность распознать их, несмотря на всю их сложность в южной Нумидии (Ж. Барадес).
За текучими водами внимательно следили и старались максимально их использовать. Чтобы собрать воду мельчайших ручейков, даже в мелких ложбинах устраивались запруды. А в основной долине уэд, стремительное течение которого умерялось каналами и водохранилищами, выпрямлялось и сдерживалось каменной кладкой, не опустошал равнину своими паводками и, сохраняя воду, принятую им в дождливый сезон, отдавал ее во время засухи. Вокруг уэда существовала целая система ирригационных каналов, канав и канавок, позволявших распределять воду между землевладельцами в соответствии со строгими правилами, которые были высечены на каменных досках, выставленных на форуме. Знаменитая надпись, найденная в Ламасбе (около Батны), излагает условия распределения воды между владельцами пригородных садов и огородов и устанавливает причитавшуюся каждому из них долю. Вторая система циркуляции, действовавшая в противоположном направлении, не давала излишкам воды застаиваться, а собирала их в один общий поток и уносила обратно в уэд. Из трудов Плиния нам известно, что такая же система ирригации, как в Ламасбе, действовала в Такапах (Габес).
В византийскую эпоху Прокопий дал описание деятельности своего рода «товарищества по совместному орошению»: «Река Абигас стекает с гор Ореса; достигая равнины, она орошает землю в соответствии с желаниями жителей, ибо они регулируют движение воды так, как считают наиболее выгодным для себя; они прорыли множество каналов, по которым устремляются воды Абигаса; часть пути река проходит под землей, а затем вновь появляется на поверхности, сливая свои воды в единый поток. Таким образом, на большей части равнины эта река находится в распоряжении людей, которые то закрывают каналы, делая перемычки, то снова открывают их, используя воду по своему усмотрению».
Само государство непосредственно не занималось этими общественно полезными работами, а предоставляло заботы о них и материальные расходы общинам или специальным ассоциациям. Иногда легион предоставлял в их распоряжение своих инженеров. Один из них прорыл подземный канал, подводивший воду к Салдам (Бужи).
Дороги. Одним из важных факторов экономического развития римской Африки явилось расширение ее дорожной сети, отдельные части которой мы еще встречаем и теперь. Несколько дорог было проложено
