Шторм продвигался короткими перебежками, через каждые пять шагов останавливаясь и слушая. Пока не было слышно, чтобы Сурра на кого-нибудь напала. Дорога резко повернула, почти назад и вниз. Землянин засомневался, куда этот поворот выведет. Не собрался ли он вступить в схватку с теми, кто идёт позади? Может, все эти стычки с завоевателями, обострившие, конечно же, его воинскую сноровку, вперемежку с его ранами и усталостью заставили его выдумать несуществующего врага?
Новый поворот — тропа стала шире. Слева открылся тёмный провал. Внезапно оттуда блеснул луч света, и из темноты выхватился кусочек жёлто-коричневого хвоста. Больше ничего, принадлежащего Сурре, увидеть не удалось.
— А-а-ху-у-у! — заорал Шторм, бросаясь влево и вжимаясь в камень скалы. Огонь зажёгся вновь, поймав то место, где только что стоял индеец.
Отвлекающий маневр удался, как раз в это время стало слышно, как на незнакомца налетела Сурра. Луч света заплясал по стене, затем фонарь упал наземь, отбрасывая пятно, которое Шторм не мог не пересечь, если хотел прийти на помощь Сурре.
А потом из темноты в лунный блик выступила фигура, потирающая оцарапанные руки. Поселенец? Или завоеватель с Ксика, замаскированный под человека? Шторм бросился к фонарику, надеясь с его помощью лучше разглядеть уворачивающуюся от Сурры тень. Песчаная кошка не могла убить, она только наводила смятение в стане врага, подгоняя его к землянину. Шторм подобрал фонарик и направил его на фигуру. Ошибки быть не могло: объёмистая, грузная фигура была никем иным как Коллом Бистером.
— Са-а-а-а!
Сурра распласталась почти вдоль обрыва — уши прижаты, хвост взъерошен, клыки оскалены — полная готовность вести борьбу. Она могла скрыться, потому что хотя с одной стороны и стоял Бистер, позади неё путь был свободен. Но она не двигалась. Рука Бистера потянулась к оружию на поясе.
— Стой, где стоишь! — приказал Шторм Бистеру.
Лицо Бистера исказила ярость, столь же неистовая, как ярость Сурры. Он наклонился, не без колебания разжимая ладони, и медленно поднял руки.
— Землянин! — Бистер вложил в это слово и ненависть, и вызов, и оскорбление. — Скотовод проклятый!
— Повелитель зверей, — мягко поправил Шторм. Эта тихая нотка в его голосе была признаком крайнего бешенства. Продолжая освещать Бистера, Шторм двинулся вперёд, держа в руках нож. Подойдя на расстояние вытянутой руки, индеец прыгнул вперёд, в прыжке вырывая станнер из-за пояса Бистера. И сбросил оружие с обрыва. Но Бистер тоже не медлил. Выхваченный нож сверкнул голубым лезвием в лунном свете. Бистер встал в стойку, показывающую, что он опытный боец. Экс-коммандо понял: независимо оттого, человек перед ним или псевдочеловек, враг не отдаст свою жизнь легко.
— Убери свою кошку, ты, скотовод! — Бистер ухмыльнулся, обнажая такие же острые клыки, как у Сурры. — Я располосую ей всё брюхо, после того, как разделаюсь с тобой.
Шторм положил фонарик на маленький выступ скалы. Глупо сейчас вступать в схватку с Бистером. Но он должен дать этот бой — какой-то внутренний порыв заставлял землянина не уступать. Между двумя врагами, один из которых был человеком, а другой — неизвестно кем, осталась только холодная мощь стальных клинков. Это был честный поединок, как в старые времена варваров, когда воюющие подтверждали правоту мощью собственного тела.
— Сурра, — позвал Шторм. Но кошка не шевельнулась, наблюдая схватку. Она не уйдёт, понял Шторм, пока не услышит приказа.
С ножом в руке индеец позабыл усталость и был готов к броску. Мир сузился до размеров двух скрещенных лезвий. Он не слышал, как сверху закричали подошедшие Горгол и Куэйды. Большое тело ринулось на него. Бистер решил оставить за собой преимущество нападения первым. Он рассчитывал закончить наступление прежде, чем товарищи Шторма подоспеют на подмогу.
Однако землянин уклонился, хотя и сетуя на собственную медлительность. Но, как это уже произошло у Нитра, его упрямство превозмогло физическую усталость. Правда, на этот раз тело слушалось не так быстро, как это было нужно, чтобы уцелеть. Бистер знал это, он видел, что Шторм не так полон сил, как в их первую стычку, по дороге между Портом и Кроссином. И Бистер ударил, точно и быстро.
Глава 18
Шторм отбил удар — сталь зазвенела по стали. Но Бистер нападал дальше, каждым движением заставляя юношу отступать. Тогда индеец провёл серию взмахов и выпадов, удерживая позицию так, чтобы лицо противника находилось в луче фонарика. Бистер оценил ситуацию и не дал Шторму продвинуться, чтобы сохранить преимущество.
Землянин мог дать сигнал Сурре — и с Бистером было бы покончено. Но Шторм должен был сделать это сам, один на один с врагом. Иначе он не смог бы потом управлять командой.
Теперь в луч фонарика попал сам индеец. Бистер, пользуясь тем, что землянина слепил свет, мог пригвоздить его к скале одним ударом. Шторм судорожно вспоминал всё, что знал о псевдолюдях. Они обладали телами, сходными с человеческими, их обучали реагировать на происходящее по человечьи. Но внутри они оставались жителями Ксика! Неважно, годились их тела для дальнейшей службы своим хозяевам или нет, внутри всё равно это были не люди, А чем можно поразить жителя Ксика? В чём он уязвим? Каковы его сокровенные страхи? В чём заключалась непримиримая зависть жителей Ксика к землянам?
Шторм уворачивался, отражая удары, проходившие в сантиметрах от его тела. Почему на Ксике так боятся и так ненавидят землян? Если он поймёт, откуда появился этот страх, он обретёт преимущество.
Стальной клинок снова столкнулся со стальным клинком — и нож Шторма подался под нажимом, почти коснувшись груди землянина. На мгновение рука юноши занемела под чудовищным усилием. Шестым чувством, отработанным во время его взаимодействия с командой, Шторм понял, что тактику надо менять.
И тут догадка вспыхнула в нём. Теперь он знал, в чём слабость завоевателей. Это была слабость, уходящая корнями в его собственную слабость, слабость человека, утратившего корни, род, племя. Эта слабость оборачивалась силой, когда человек хотел отстоять себя как представителя человеческой общности.
И Шторм заговорил на общегалактическом:
— Ты остался один, Бистер. Твоих соплеменников больше не существует. И никакой корабль не дожидается тебя, чтобы забрать с Арзора. Ты один, один. И окружён людьми, которые тебя ненавидят. Ты больше никогда не увидишь своего дома. Он для тебя потерян, это теперь всего лишь безымянная звезда.
Говоря это, Шторм понимал, зачем завоеватели уничтожили Землю. Они хотели нанести удар в самое сердце Конфедерации, покончив с нею одним махом. Но на Земле жили несколько рас, эти расы расселились по всей галактике. И замысел завоевателей провалился.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
