обняв и заснул. Одна ночь с Марлоу оставила во мне жажду большего, что на меня не похоже.
После того как Мэдди ушла, я заблокировал эмоциональную сторону близости. Она разрушила мое доверие, и я отказался давать кому-либо еще такой рычаг влияния на меня.
В последние несколько лет секс сводился исключительно к акту. Он требовал отдачи удовольствия в обмен на его получение, и я относился к нему как к сделке. Все, кого я брал в постель, знали мои условия — никаких обязательств и никаких заблуждений по поводу обязательств. Не потому что мне были безразличны женщины, с которыми я встречался, а потому что я не хотел рисковать, чтобы мне причинили боль.
С Марлоу все по-другому. Нас связывает нечто большее, чем физическое влечение, и кажется, что нас притягивает друг к другу какая-то магнитная сила. Она принесла с собой возрожденное чувство надежды — эмоцию, которой давно не было в моей жизни.
Я отодвигаю в сторону надвигающуюся тревогу за наше будущее и сосредотачиваюсь на настоящем. В противном случае, я рискую поставить под угрозу нашу общую связь, прежде чем у нас появится реальный шанс исследовать ее.
Она шевелится рядом со мной, и когда ее глаза открываются, я встречаюсь с поразительным взглядом.
Я наклоняюсь, чтобы взять с тумбочки очки и надеть их, чтобы лучше видеть ее.
— Доброе утро, солнышко. — Говорю я, осыпая плечо Марлоу поцелуями.
— Доброе утро. — Отвечает она, ее голос хриплый от сна. — Который час? — Она смотрит на часы на тумбочке и видит, что сейчас 7:05 утра. — Тебе нужно идти?
— Нет, еще нет. Я гарантирую, что Лола еще спит, а когда она проснется, у нее будет полный дом людей, которые будут рады побаловать ее до моего возвращения.
Я крепче прижимаю Марлоу к груди.
Я хочу впитать каждую секунду, проведенную вместе, потому что неизвестно, когда у нас еще будет такое же позднее утро наедине.
— Если ты принесешь мне кофе перед уходом, то я буду счастлива. — Говорит Марлоу.
— Я не уйду, пока ты не выпьешь кофе, не позавтракаешь и не испытаешь еще хотя бы один оргазм. — Обещаю я.
— Мой герой.
Она ухмыляется, наклоняясь для поцелуя.
Марлоу улетает обратно в Аспен Гроув сегодня вечером, но я должен остаться в Нью-Йорке для дополнительных встреч завтра утром.
Я бросаю на нее нерешительный взгляд, и она нахмуривает брови.
— В чем дело?
Мне показалось необычным, что вчера вечером у нее не было ни одного члена семьи, который мог бы оказать ей поддержку. Если бы с кем-то из моих братьев и сестрой случилось подобное, вся моя семья была бы рядом, несмотря ни на что.
Когда Марлоу заболела, она пропустила мимо ушей мое замечание о том, что нужно позвать кого-то еще, чтобы позаботиться о ней, и теперь я задаюсь вопросом, почему так произошло.
— Мне интересно, почему твоя семья не была на твоей выставке вчера вечером? — Марлоу застывает в моих объятиях. — Прости, если мой вопрос перешел черту. — Отступаю я. — Ты не часто говоришь о них, и я полагаю, что это неспроста.
— Мои родители не плохие люди, если ты об этом думаешь. — Она легонько проводит пальцем по моей груди. — Я единственный ребенок. Они родили меня в сорок лет, а мои бабушка и дедушка умерли, когда я была еще ребенком. Мои мама и папа — профессора, и они не приняли мое решение не учиться в колледже. Они были потрясены, когда я сказала им, что хочу стать художницей. — В ее голосе звучит нотка грусти. — В раннем возрасте мне было трудно сосредоточиться в школе, и подготовка к экзаменам была сложной. Я не могла сосредоточиться более чем на несколько минут, и часто мне было трудно удержать материал, который я выучила, достаточно долго, чтобы вспомнить его во время теста. — Во время разговора она нервно заправляет за ухо прядь волос. — Живопись и путешествия стали моим спасением, и я отказалась ставить свое счастье в зависимость от ожиданий родителей или кого-либо еще.
Я нежно целую ее в макушку, нуждаясь в том, чтобы выразить свое сочувствие физически.
— Мне жаль, что тебе пришлось пройти через это, солнышко. — Произношу я. — Твои родители должны были найти способы сделать ситуацию более управляемой для тебя, а не создавать впечатление, что с тобой что-то не так.
— Мой мозг обрабатывал информацию иначе, чем у других детей, с которыми я ходила в школу, и я была легкой мишенью для дразнилок. Мои родители не могли изменить поведение других детей, но они могли попытаться скорректировать мое, что заставляло меня чувствовать себя неполноценной. Я считаю, что они сделали все возможное, учитывая обстоятельства. — Ее тон защитный. — По мере того, как я становилась старше, они все меньше интересовались мной, и я отдалилась от них, пока не смогла переехать после окончания школы. Мы не часто общаемся, но я приглашаю их на все свои выставки, которые они не посещают. Но я никогда не теряю надежды, что когда-нибудь они приедут. — Убежденно говорит она.
Я восхищаюсь Марлоу еще больше, когда узнаю, с какими трудностями ей пришлось столкнуться. Даже справляясь с ними, она не теряет из виду положительные моменты.
— Ты не должна ждать. Ты заслуживаешь того, чтобы тебе каждый день напоминали о том, какая ты необыкновенная.
Я хочу потребовать, чтобы она назвала мне имена всех людей, которые когда-либо плохо обращались с ней или заставляли ее чувствовать себя неполноценной, чтобы я мог отчитать их за то, что они обидели мою девочку. Хотя это маловероятно, я могу сделать так, чтобы, пока она будет частью моей жизни, я каждый день показывал ей, какая она необыкновенная.
— Вот почему так важно, что ты был на моей выставке. — Марлоу поглаживает мою заросшую щетиной щеку. — Неважно, что ты появился нечаянно. Было очень приятно получить дополнительную поддержку, поскольку мои друзья не смогли приехать.
— Отныне ты можешь рассчитывать на поддержку всего клана Стаффордов, включая моих родителей и Лолу. — Клянусь я.
Она улыбается.
— Спасибо, Дилан.
Ее рука скользит по моему животу, и мой член возбуждается от ее соблазнительного прикосновения.
— Солнышко, что ты делаешь?
— Думаю, ты в долгу передо мной за то, что начал утро на трезвой ноте, не так ли?
Она одаривает меня язвительной улыбкой.
Эта женщина ненасытна, и мне это чертовски нравится.
Без предупреждения я переворачиваю Марлоу на спину, устраиваюсь над ней, расставив ноги по обе стороны, и фиксирую ее руки над головой.
— Я собираюсь трахать тебя медленно и приятно, а потом отведу тебя
