Ладно, хватит приятных воспоминаний, давай к маскараду готовиться, будь он неладен. Зови сыскарей, обсудим всё сразу с ними.* * *
Как обычно, мужчины вовсе на заморачивались костюмами. А король с приближенными и подавно погрузились в более насущные для них проблемы. К счастью, Её Величество позаботилась о нарядах для себя и супруга. Принц по малолетству пока не участвовал в подобных увеселениях, что и к лучшему, забот у охраны и без того хватало.
А генерал даже не вспомнил про такие мелочи, как тщательно продуманный образ. Он собирался всего лишь надеть первую попавшуюся в лавке маску. Перед ежегодным событием такого товара хватало у всех окрестных торговцев. Но Гранвин, зная командира, уже подобрал костюм древнего воина, явно скопированный с гравюр на тему первых магов.
— Да как я в этом в люди выйду?! — обернулся от зеркала Арвендус. — Это ж просто неприлично!
— И чего неприличного в подвигах наших спасителей? — не сдавался денщик. — Ведь какие люди… То есть маги носили подобные одежды? Легендарные! И вовсе не конфузились по этому поводу.
— А я вот стесняюсь без штанов идти!
— Ой, не вам переживать надо! А всем остальным мужчинам, которые не могут похвастаться прекрасной фигурой и мускулистыми ногами, — окончательно осмелел Гранвин.
— Ну, мне есть чем похвастаться ещё, — развеселился генерал. — И что задрать юбочку повыше?
— Во-первых, это не юбка, а хитон. А во-вторых, у вас под ним и бельё имеется, чтобы от зависти никто не умер, — рассмеялся денщик.
— Ладно, уговорил, — сдался Венд. — В такую жару как-то больше понимаешь древних магов с их странными одёжками. Ветерок обдувает приятно. Да и движения не сковывает.
— Вот! Сейчас ещё и ножны для меча на поясе разместим, замечательно получится, — хлопотал вокруг командира Гранвин. — И смешная маска вам не понадобится, я тут удобный шлем, прикрывающий почти всё лицо, соорудил.
— Шлем?! Да я ж с этой тяжестью к концу вечера…
— Из бумаги склеил, в несколько слоёв, ну как для представлений в театрах делают, — поторопился успокоить генерала денщик.
— Может тебе в театр и пойти? — пробурчал Арвендус, всё-таки недовольный самоуправством подчиненного. — Будешь там костюмы придумывать, из бумаги клеить.
— Ага, вот выйду в отставку лет через двадцать, сразу в театр и подамся, — Гранвин поправлял на голове командира легкий шлем, выкрашенный золотой краской.
Сквозь прорези сверкнули смеющиеся глаза, генерал попробовал сделать выпад, поправил на себе непривычную амуницию и, позволив денщику зашнуровать позолоченные же сандалии, направился в дворцовый парк, где сегодня были накрыты столы в открытых беседках, а на ступенях дворца уже расселись музыканты.
Глава 29
Первые гости заглядывали в шатры, где на высоких столиках стояли подносы с фруктами и маленькими закусками. Проворные слуги вовремя восполняли пустеющие бокалы. Шутливые разговоры становились всё громче, особенно когда оркестр приступил к своим обязанностям.
Арвендус, слишком узнаваемый из-за высокого даже по меркам лордов роста, вскоре устал раскланиваться со всеми, кто поспешил поприветствовать героя. Кокетливые женские взгляды из-под блистающих каменьями масок тоже утомили своей нарочитой любезностью.
Он постарался незаметно улизнуть от последней группы лордов, подошедших к нему с поздравлениями по поводу недавней помолвки, решив подождать Эрленда в засаде, которую легко устроил в ближайших к шатрам зарослях декоративных кустарников. А для этого утащил одну из садовых скамеек с пока ещё малолюдной аллеи. К счастью, эти манёвры удалось провести скрытно, а потому маскировку пока никто не разоблачил.
Хотя очень скоро у выбранной диспозиции обнаружились неожиданные неудобства. Как-то неудобно показалось подслушивать чужие разговоры. Особенно, когда они касаются твоей особы. О генерале с придыханием шушукались барышни, сожалеющие о выбывании такой кандидатуры с рынка женихов. Как ни странно, но и молодые люди не обходили стороной его особу, выражавшие притворные соболезнования несчастному малому, которому ради титула приходится жениться на навязанной невесте. Внимательный наблюдатель наверняка заметил бы явную зависть, мелькавшую в глазах этих неудачников, каждый из которых с удовольствием женился бы хоть на вдовой старушке, приписывая свою мечту обсуждаемому военачальнику.
В какой-то момент Венд чуть не выскочил из своего укрытия, готовясь отхлестать позолоченным деревянным мечом наглецов, что крови не видали, а смеют… Но подвыпившая группа юнцов успела удалиться, подзываемая товарищами. Замешкавшийся генерал, отводящий густые ветви кустарника, залюбовался тонкой фигуркой изящной девушки, что закружилась птичкой под долетающие и сюда звуки весёлых танцев, ради которых и любили этот праздник многие горожане.
Почему птичкой? Ну, одна только украшенная перьями маска уже могла бы послужить причиной подобного сравнения. Хотя и остальной наряд не оставлял ни малейших сомнений, что за костюм был выбран барышней. Длинные рукава её платья были стилизованы под крылья, тоже украшенные перьями. И всё это было выкрашено в ярко-алый цвет, чтобы усилить сходство со сказочной птицей, что возрождается из пепла. И хрупкость тоненьких рук, высокой шеи, тонкого стана лишь подчёркивали воздушность девушки в красном. Казалось, взмахни она крыльями, и правда полетит.
Барышня махнула рукой кому-то, оставшемуся в шатре, а сама легко побежала в сторону дворца, где не затихал оркестр, где веселилась молодёжь, пока более почтенная публика гуляла по подсвеченному парку или отдавала должное закускам и напиткам.
Арвендус шагнул вслед за “птичкой” и поспешил в том же направлении, неожиданно для себя решив сегодня сделать исключение и даже потанцевать. Не зря же их с Эрлендом в своё время обучали и этой премудрости.
Настигнутая им девушка почему-то смутилась, принимая его приглашение, потом почему-то удивилась, но вскоре уже улыбалась, кружась среди других пар. Ещё одной странностью оказалось её нежелание говорить. Она лишь кивала или отрицательно мотала головой, но так и не сказала генералу ни слова. Раньше Венд решил бы, что это какая-то разновидность глупого кокетства, вызывающего лишь раздражение… Но сейчас безмолвие пойманной им “птицы” ничуть не отталкивало. Да и не было в девушке, одетой в алое платье, кокетства, только почти детское веселье и радость от танца, от быстрой музыки, от долгих взглядов, когда она сменялась медленной.
— Вот ты где! — к генералу подошёл король, хоть и надевший положенную всем маску, но не особо старавшийся сохранить инкогнито, а потому перед монаршей особой танцующие расступались, словно отхлынувшая волна.
