— Просто в первую нашу встречу, — повинилась я, — я надавала ей кучу разных советов. Вроде бы толковых, но не знаю, вдруг, что-то криво сработало?
Что случилось что-то непредвиденное, было заметно сразу по поведению Таты, которая почему-то не спешила посвящать нас в суть проблемы, несмотря на то, что сама только что, чуть не слёзно, умоляла приехать, помочь разобраться. Нет, она не бегала из угла в угол и руки картинно не заламывала, но выглядела обеспокоенной и удручённой, настолько, что даже живые цветы в причёске выглядели поникшими и погрустневшими. Лёгкие, белые, матово-прозрачные, крепящиеся тонкими стебельками к коже головы… Бр-р.
— Что-то не так? — Тата остро и внимательно посмотрела на меня. Так, а о чём я сейчас думала? Нет, упоминать о том, как когда-то с помощью такого же геномодифицированного украшения подставили меня саму, я не буду. Мутная была история и к тому же я совершенно не помню, что из того, что с нами тогда случилось можно упоминать, а что нет. А начни рассказывать одно, за ним и всё остальное вытянется.
— Почему у тебя нет крыльев? — брякнула я первое же, что пришло мне в голову. — Ты же типичный «ангел».
— Купировала, — она безразлично пожала плечами.
— Это как? — опешила я.
— Чик-чик, — она показала пальцами знак ножниц, улыбнулась, глядя на мою ошарашенную физиономию, и кажется впервые, с момента встречи чуть-чуть расслабилась. — Родители мне этого до сих пор простить не могут. Оперённые крылья — жуть какое неудобное украшение, а эстетический эффект от него сомнителен. Плавать мешают, мыть — трудно, сушить — долго, и нет бы на них можно было бы не летать, так хоть планировать!
— А что, нельзя? — где-то я слышала, о планеристах, пользующихся собственными крыльями.
— Если спрыгнуть с чего-нибудь высокого, да при подходящем ветре, можно опуститься на землю по относительно плавной дуге. Но это всё равно спорт для каскадёров, а нормальному человеку в обычной жизни они только мешают. Так что как только мне исполнилось восемнадцать, я от них избавилась.
Мда, а мне даже ни разу не пришла в голову идея избавиться от хвоста, хотя было время, когда он меня здорово раздражал. Видимо, не настолько.
По коридору прозвучал дробный стук приближающихся шагов, двери распахнулись и к нашему обществу присоединился ещё один занятный персонаж: сатир, молоденький, не старше Таты, и, похоже это и был тот самый её напарник, о котором она упоминала. Брякнул на ходу что-то типа: «Здрассь» — и бухнулся с размаха на стул.
— Я всё осмотрел и это может быть только он.
— Кого потеряли? — Мика приподнял одно ухо, которые как обычно, когда он находился в расслабленном состоянии нависали над глазами.
— Студента, — тяжело вздохнула Тата. — Единственный хох на всё наше отделение — зовут Яалин. Хохи вообще-то не слишком склонны к изобразительному искусству. Да и этот, насколько мне известно не блистал… Но в общем, учебный процесс нас не касается.
— Загулял, — пожала я плечами, — со студентами это бывает. Стоит ли по этому поводу беспокоиться?
— Система зарегистрировала вход в здание вчера после полудня. С тех пор он его не покидал. На занятиях не присутствовал. Никто из опрошенных его не видел. А самое главное, всё это случилось сразу после того, как мы поскандалили. Ему, видишь ли захотелось омаров, он о них слышал, он требует включить их в своё индивидуальное меню. Причём именно натуральных, не выращенного на гидропонике «рачьего» мяса.
— Попали вы, — оценила я масштабы происшествия.
— Классика жанра, — закатил глаза Мика. — Очередной потеряха. Везёт нам на них.
— А зачем ему омары? — меня заинтересовало другое. — Они же не употребляют в пищу морепродукты.
— Не знаю, — растерялась Тата. — Лило?
— Мы поначалу не слишком вникали в детали, — её напарник нервно дёрнул одним плечом, — просто доставали запрошенное и только смотрели, чтобы оно не было опасно для конкретной расы. На большее времени не оставалось.
— Кстати, в прошлый раз ему понадобились речные раки, — а в позапрошлый… не помню, — у Таты явно голова шла кругом. — Нужно, наверное, сделать запрос на выборку всех его заказав.
— Нужно, наверное, попросить местного искина сделать это, — поправила я. Не самим же заниматься такой ерундой, в самом-то деле?
— Так, давайте не будем соскакивать с темы, — повернул разговор в нужное русло Мика. — Система зарегистрировала вход Яалина в здание общежития, выхода не зарегистрировала, видеть его больше не видели. Какие-нибудь следы остались?
— Кокон, — коротко и совершенно неинформативно сообщил Лило. — Громадная такая, чёрная штука под потолком висит в его комнате. Мы предполагаем, что это он сам там закуклился. И что в связи с этим делать, мы не знаем.
— Вроде бы у хохов процесс закукливания и перехода к следующей стадии жизненного цикла связан с какими-то сложностями, — нерешительно начала Тата.
— А нам, прежде чем отсылать отчёт начальству нужно сформировать полное понимание происшествия, — обозначил Лило то, в чём понадобилась наша помощь.
— А пойти и самим посмотреть? — в свою очередь предложила я.
Не то, чтобы я не доверяла выводам ребят, просто, всегда лучше взглянуть самой. Ну и потом, хохи не входят в основной список разумных рас, изучению которых в ИПКиМД уделяется максимальное внимание (нельзя объять необъятное и всегда приходится жертвовать чем-то одним в пользу другого), так что придётся поднапрячь не только органическую, но и имплантную память. А это требует времени и не слишком похоже на обычные, родные воспоминания. Сначала находим какие-то ближайшие ассоциации: обложку книги, иллюстрацию, какую-нибудь особо запомнившуюся фразу, термин или название — годится что угодно и дальше информация начинает разворачиваться последовательно, слово за словом, со всеми схемами, сносками, иллюстрациями и приложениями, до тех пор, пока сама себе не скажешь: «Стоп!», найдя нужное, или пока обособленный фрагмент имплантной памяти не закончится. Программисты всю эту последовательность действий называют как-то по-другому, по-умному, но я не они, я только пользователь и мне этого хватает.
Данные, сведения, сухая статистика и коротки забавные заметки очевидца тонкой струйкой потекли в мой мозг. И даже результаты вскрытия какого-то особо невезучего хоха. Гадость какая! А ведь я всё это прочитывала перед тем, как записать на имплант, иначе и быть не может. Но совершенно ничего не помню.
Мика, судя по прикуренной самокрутке из очень хитрых травок, занимался примерно тем же — вспоминал некогда записанное на импланты, но до сих пор не бывшее востребованным.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
