нашли.
Ну да, кого тут увидишь ночью? Правда, сейчас, когда верховой пожар частично локализован, можно попробовать пустить спасателей. Рискнуть.
В лесу проложены просеки. Надо идти для дотушивания. Но, скорее всего, те, в лесу, уже погорели.
А потом послышались крики. От ребят, работавших на первой линии. Удивленные крики.
— Чего это там? — спросил Холодов. Поднял голову, вгляделся. И не поверил глазам.
По дымящейся просеке из леса выбежал человек, с двумя детьми на руках. За ним, спотыкаясь, шли трое взрослых.
Это было так неожиданно, что пожарные и добровольцы сначала замерли на месте. И только потом бросились к вышедшим из леса людям.
Человек с детьми на руках оказался парнем. Совсем молоденьким. Правда, весь в саже и копоти. Из одежды только остатки штанов.
Холодов и не такое видел. Во время пожара, бывает, вся одежда сгорает. Да и вообще, лучше избавиться от всего, что может загореться на теле.
Передав детей и взрослых пожарным и медикам, парень хотел броситься обратно в лес. Начальник караула схватил его за руку.
— Ты куда? С ума сошел?
Парень легко высвободился. Хотя начальник караула здоровенный мужик, любит тягать гири во время смены.
— Там еще люди. Надо помочь.
Начальник вылупился на парня.
— Ты же сгоришь, идиот!
Парень улыбнулся. Холодов заметил, что телосложение у него, как у атлета. Волосы грязные и спутанные.
— Нет, не сгорю. Лес мне помогает, — он прислушался к чему-то, указал на северо-восток. — Основной пожар туда сместился. Здесь уже почти прошел. Бросайте силы туда.
Намочил рукав рубашки, обмотал нос и рот. Убежал обратно в дымящийся лес.
— Кто это такой, черт возьми? — спросил потрясенный начальник караула.
Через полчаса пожарные получили подтверждение от авиаразведки. Основной фронт огня сместился к северо-востоку.
* * *
Я вернулся в город. Через два дня после того, как участвовал в тушении лесного пожара. В лесу сейчас оставаться невозможно. Надо идти в люди. Большой мир все-таки настиг меня.
Навестил Савву в больнице. Бедолага получил ожоги рук. Пытался потушить кусты. Когда мы пробивались обратно вместе с Мурашкиными.
Потом съездил в универ. Отвез бумаги с подтверждением о прохождении практики. Липовая практика, конечно. Но что поделать?
Кстати, узнал, что там с общагой. Мне все-таки выделили место. Можно заселяться. Ближе к началу учебы.
Сначала, правда, надо помочь с ремонтом. С подготовкой к заселению. Таскать кровати, стулья, шкафы, побелить стены. Большая часть ремонта уже сделана за лето. Но надо помочь по мелочам. Я договорился прийти на днях.
Кстати, декан сначала меня не узнала.
— Ермолов, ты ли это? — спросила она. — Ты откуда такой бронзовый? На практике голышом ходил, что ли?
После универа я поехал к дядьке. Мне надо было оставить у него часть вещей. Чтобы потом забрать в общагу.
Тетя Маша все также дома. Живот уже вырос.
Она тоже удивилась, какой я загорелый и обросший. Дала адрес и телефон знакомой парикмахерши. Чтобы привела мои волосы в порядок.
Накормила супом и котлетами. Что-что, а готовить она умеет.
После этого я зашел к Роме. Узнать, как дела. Что-то мой приятель в последнее время вообще пропал с радаров.
Он сам открыл дверь. Увидел меня, не удивился.
— А, явился, — хмуро пробормотал он. — Чего это ты выбрался обратно? Чего в лесу не остался?
Я заметил у него здоровенный фингал под глазом. Разбитую губу. А когда он впустил меня в квартиру, увидел, что приятель ходит, прихрамывая.
— Там пожары, — ответил я кратко. — Поэтому я не мог там остаться. А у тебя что стряслось? Ты подрался?
Рома устало сел на стул. Покачал головой.
— Нет, конечно. Мне в очередной раз дали по башке. Нокин вконец разбушевался. Кстати, он ищет тебя, хочет избить. Всех пацанов на районе загонял. Требует бабки на подогрев. Строит из себя авторитета.
Ах да, Нокин. Вероломный воспитанник детдома. Я про него забыл, признаться. Вылетел из головы.
— Разве он такой сильный? — спросил я задумчиво. — Почему он не хочет оставить вас в покое? Это у него такая извращенная потребность? Мучить и издеваться над людьми?
Рома усмехнулся.
— Потребность. Ты как профессор выражаешься. Сучий потрох Нокин, вот и все. Чего еще? Трясет бабки, показывает, что главный здесь. У них в детдоме еще есть Ржавый. Молодой пацан. Они с ним недавно схлестнулись. Вот теперь Нокин и показывает свою круть всем. Типа он самый-самый.
Дома никого, кроме Ромы. Родители на работе. Он сам выздоравливает. Нокин и его парни сломали пару ребер.
— Чай будешь? — спросил Рома. — С печеньками. Давай, выпей. Я как раз подогрел.
Чай я не хотел, сладости тем более. Но не стал отказываться. Друг все-таки.
А ведь мне уже надо ехать на тренировку. Сегодня утром я провел обычную тренировку на даче. Теперь хочу вернуться и сделать еще две до ночи.
— Вот суки, — сказал Рома, глянув в окно кухни. — Слышь, Витька, ты посиди у меня. Не выходи пока. Там Нокин как раз шастает. С дружками. Приперся. Вспомнишь о дерьме, оно всплывает.
Я подошел к окну. Оно выходило во двор. Да, и вправду Нокин. И с ним еще трое.
Сидят на низкой изгороди, курят. О чем-то болтают.
— О, это очень кстати, — сказал я. — Пойду, поговорю с ним. Чтобы он отстал от тебя.
Рома удивился.
— Ты шутишь, что ли? Тебя Нокин вообще ненавидит. На куски порвет. Забыл, что в прошлый раз за гаражами было?
Нет, не забыл. Но тогда все было по-другому. Я сам был другой.
— Ничего, может, обойдется, — я покачал головой и направился к выходу. — Рома, давай, выздоравливай. Чай потом попьем.
— Подожди, какой же ты идиот, — Рома хотел остановить меня. Но не успевал за мной со своими переломами. — Они же из тебя фарш сделают.
Потом увидел, что я все-таки ухожу. И тоже начал обуваться. С собой взял палку для битья ковров.
— Я тебя просто так не отпущу, — заявил он. — Хоть одному, но голову проломлю.
Я улыбнулся.
— В этом нет необходимости. Просто побудь в сторонке. И обещай не вмешиваться.
Мы вышли из квартиры и спустились вниз по лестнице.
Глава 21. Возвращение
Мы вышли из дома. Нокин с друзьями сидел на противоположной стороне двора. На изгороди. И на бордюре.
— Слушай,
