а посередине лежал лист, исписанный незнакомым почерком.
Хика взял оставленный лист и начал читать.
Уэйд нервно ожидал нового взрыва возмущения. Наверняка ему снова достанется – за то, что была нарушена священная неприкосновенность рабочего места Хики.
– Это же…
Не дожидаясь продолжения, смотритель низко склонился и начал сочинять покаянную речь.
– …почти безупречно, – закончил Хика.
Уэйд выпрямился и изумленно уставился на жреца.
Словарный запас переводчика был не слишком богат, словно работал юный студент, однако текст был осмысленным и грамотным.
Кто мог это сделать? Хика хорошо знал почерки всех людей, владеющих древним пиллонским, и это не был один из них.
Верховный жрец почувствовал сильное волнение. Он и не подозревал, что в храме есть кто-то настолько одаренный. Если он, Хика, взрастит сей юный талант, их ждет небывалый духовный урожай. Великая богиня его услышала!
– Разыщи! – бросил он смотрителю.
– Кого? – недоуменно переспросил тот.
– До тебя хоть что-то доходит с первого раза? Найди мне того, кто это написал!
– Сию минуту!
Уэйд не осмелился задавать другие вопросы. Он деловито постучал кончиком указательного пальца по исписанному листу. Чудесная сила потекла через его палец на бумагу. Коснувшись каждой буквы, чудесная сила собралась в фигурку бабочки, и вскоре бабочка вспорхнула с листа.
Когда она затрепетала в воздухе, Хика сощурил глаза и тихо сказал:
– Милая штучка, не ожидал от тебя.
Уэйд решил не обращать внимания на очередной укол.
Бабочка подлетела к двери и выпорхнула в галерею.
Не говоря больше ни слова, Хика ринулся за ней.
Сначала бабочка летела прямо, но на первом же повороте свернула и зависла в воздухе над девушкой с русыми волосами.
Лериана, зашедшая в укромный уголок, чтобы отдохнуть и попить воды, как раз собиралась возвращаться в Палату очищения. Она удивленно смотрела на порхавшую вокруг нее бабочку, которая, сделав несколько кругов, уселась ей на плечо.
– Что за чудеса? – вслух спросила Лериана.
В этот момент Хика свернул за угол и увидел ту, кого искал столько времени.
– Ты!
Лериана обернулась на восклицание. Уже знакомый ей малолетний фаталист сверкал глазами и указывал на нее пальцем.
– Дикарка!
«Дикарка?»
Это ее он так называет? Лериана нахмурилась. Но прежде чем она успела что-то сказать, Хика заметил бабочку.
– Вот это да…
Словно поняв, что ее увидели, бабочка растаяла в воздухе.
– Так это ты переводила Третью священную книгу? Ну и ну, просвещенная дикарка!
Хика обошел Лериану, рассматривая со всех сторон, будто новогоднюю елку.
Лериана понятия не имела, почему этот ребенок так странно себя ведет, но ей это определенно не нравилось.
«Чего он от меня хочет? И почему называет дикаркой?..»
Не давая времени опомниться, мальчик обратился к ней на храмовом языке:
– Может, ты знаешь и храмовый язык?
Лериана изумленно захлопала ресницами.
Так, может, этот ребенок – иностранец? В Корее дети иностранцев на общем фоне выглядели невоспитанными, вдруг и в Чеймерсе есть такая проблема? Это многое объясняло, и, решив учитывать разницу культур, Лериана ласково обратилась к мальчишке на том же языке, на каком был задан вопрос:
– Ты не местный, верно? Поэтому не знаешь, как правильно разговаривать со взрослыми?
– Ого! – воскликнул Хика, услышав, как бегло девушка говорит на храмовом языке, и проигнорировав ее вопрос.
Храмовый язык был придуман для использования внутри религиозного ордена, и мало кто из молодых людей владел им свободно.
– Где ты его выучила? В Международной школе теологии? Там преподавал старик Тхао, это он обучил тебя древнему пиллонскому? Он же едва дышит, разве он в силах вести уроки? Послушай, я намного лучше, чем он. Ты мне веришь?
«Да что он такое несет?!»
Лериана совсем растерялась от шквала вопросов. Ярко-голубые глаза мальчишки сверкали, щеки раскраснелись.
Не помня себя от радости, Хика схватил Лериану за руку и громко крикнул Уэйду, призывая того из библиотеки:
– Уэйд! Уэйд! Я нашел преемника!
Послышался топот ног – кто-то летел к ним на всех парах.
Запыхавшийся Уэйд уперся рукой в стену, чтобы не упасть.
– Вы… вы… меня… звали?..
Этого человека Лериана уже видела: он встречал прибывших с ней рыцарей. Если она правильно помнит, его звали Уэйд Дэвис, и он был здесь смотрителем.
– Ваше святейшество?.. – снова обратился тяжело дышавший Уэйд.
– Сия юная дева отныне моя ученица! – провозгласил Хика.
Лериана вопросительно уставилась на Уэйда, ожидая объяснений.
Почувствовав ее взгляд, тот задышал спокойнее, выпрямился и приосанился, как подобает человеку его положения.
– Ваше святейшество, подождите… Прошу прощения, мисс Макмиллан… Я смотритель храма Уэйд Дэвис, мы с вами уже встречались, если помните…
– Нашел время расшаркиваться! Быстро запиши ее в мои ученицы!
– Да, я помню, – ответила Лериана и озадаченно переспросила, глазами указав на мальчишку: – Ваше святейшество?..
– Это верховный жрец храма Хика Теминт, – пояснил смотритель.
Лериана уставилась на мальца, вцепившегося ей в руку.
«Ребенок?!»
Белые, как молоко, волосы, пухлые щечки. Сколько бы Лериана ни вглядывалась, мальчик казался всего лишь немногим старше ее сестры.
– Он отказался использовать свою волшебную силу и запечатал ее, а это неизбежно меняет облик… – правильно поняв ее замешательство, добавил Уэйд.
«Хика Теминт?..»
Конечно же, Лериана знала это имя. Оно встречалось во всех учебниках истории, которые ей пришлось изучать.
«Он же величайший из людей…»
Лериана помрачнела и опустила голову.
– Гордись, что я выбрал тебя! – заявил Хика, вскинув подбородок.
Но Лериана не испытывала гордости.
* * *
Почему никто ее не предупредил?
Неужели так трудно было сказать: «Увидишь в храме ребенка с белоснежными волосами – не подходи к нему. Это верховный жрец».
А лучше повесили бы ему на грудь ярлычок. Это уберегло бы от неприятностей многих посетителей храма, например – Лериану Макмиллан.
Теперь же она вляпалась по уши. Знала бы, что все так обернется, не притронулась бы к старинному тексту в библиотеке.
До сих пор Лериане казалось, что нет ничего хуже смердящей сине-зеленой отравы. Но изо дня в день переводить неинтересные древние тексты под присмотром бесноватого мальчишки – это гораздо хуже тошнотворной жижи.
Однако Хика был настроен серьезно, и, похоже, ее мнение его не интересовало.
А Лериане хотелось лишь одного – немедленно положить конец этому недоразумению, пока все не зашло слишком далеко.
– Да благословит вас богиня, ваше святейшество. Меня зовут Лериана Макмиллан, я старшая дочь барона Макмиллана.
Хика наконец понял, почему так долго не мог отыскать незнакомку с озера. Как ни странно, упоминание титула не вызвало в нем отвращения – он даже смог улыбнуться. Верховный жрец не чувствовал такого воодушевления много десятков лет.
– Рад знакомству, – ответил он.
Лериана сразу продолжила:
– Боюсь, я недостойна столь высокой чести, ваше святейшество. Прошу вас взять
