увереннее. − С ним была пало. Она стала его проводницей, он забрал её с собой в Адро и...
Стайк замолчал, припоминая, кто именно ему это говорил. Он прокашлялся.
− Говорят, они поженились в конце Адроанско-Кезанской войны перед тем, как погибли.
Лицо Флинт было непроницаемым.
− Они никогда не были женаты, − сказала она.
− А. − Стайк не собирался настаивать.
− И она была не пало, − продолжала Флинт, глядя в сторону. − Она была дайнизка. Её звали Ка-Поэль, и она была всевидящей, достаточно сильной, чтобы... Невероятно сильной.
Стайк помнил её. Если честно, он помнил её лучше, чем Два Выстрела. Он чуял в ней магию крови и видел игривую уверенность, казавшуюся такой странной в глазах юной пало.
− Дайнизка, − эхом повторил он. − Не знал, что на болотах были дайнизы.
− Она была какой-то беженкой, − пояснила Флинт. − Её ещё ребёнком приняло племя пало. Таниэль рассказывал о ней в письмах, а позже я с ней познакомилась, когда он привёз её с собой и... когда между нами всё было кончено. Поначалу я её ненавидела. Думала, что она отобрала у меня Таниэля. Но потом поняла, что он всё ещё был моим, когда вернулся, и только после того, что я натворила, она забрала его себе.
Стайк взглянул на Олема, который всё это время молчал. Было очевидно, что они давние любовники и ему непросто жить в тени такого человека, как Таниэль Два Выстрела. Но Олем ответил Стайку слабой понимающей улыбкой и свернул себе сигарету.
− Ты пьяна, − негромко сказал он Флинт.
− Угу. Такое редко бывает. Неплохо было поболтать. − Она перевела взгляд на Стайка. − Вы мне нравитесь. Понятия не имею почему, но нравитесь.
− Потому что мы оба убийцы, − вырвалось у него.
Он задержал дыхание, но Флинт только печально улыбнулась.
− За убийц. − Она подняла бокал.
Стайк чокнулся с ней. Он почувствовал, что пора оставить их с Олемом вдвоём, и поднялся. Селина крепко спала у него на руках. Он перекинул её через плечо.
− Сегодня вечером я видел человека-дракона.
Туман в глазах Флинт рассеялся.
− Правда?
− Он не пало. Он дайниз.
Флинт как будто бы слегка протрезвела.
− Бездна, что дайнизский человек-дракон делает в Лэндфолле? − спросила она больше у самой себя, чем у Стайка.
− Он знал другого. Которого вы убили. Сказал, что того звали Себбит или что-то вроде того. Если они были знакомы, то, полагаю, они оба дайнизы. Но я не знаю, что они здесь делают.
− Разберитесь, − сказала Флинт.
Стайк вздохнул. Он поймал себя на том, что леди Флинт всё больше ему нравится, даже вызывает уважение. Если ему придётся её убить, это будет нелегко по многим причинам. Но пока что они на одной стороне.
− Я его притащу, − пообещал он.
Влора проводила взглядом Стайка, выходящего с девочкой за дверь. В окно она увидела, как он идёт по плацу, и её опять поразил контраст между мужчиной, который так ласково несёт неродного ребёнка, и убийцей, которого она видела в Гринфаэр-Депс.
− Ты видел, как он сегодня дрался? − спросила она Олема.
− Нет. Я был слишком занят, целясь в говнюков, которые шли на тебя.
Похоже, в его тоне сквозил упрёк, хотя Влора не знала, заслуживает ли его. Она сама настояла на том, чтобы пойти на праздник одной.
− Он возник за спиной одного пало, молча, как призрак. Воткнул нож в брюхо парня и швырнул его, как куклу.
− Все легенды утверждают, что Бен Стайк самый сильный человек в Фатрасте.
− До сих пор я не была уверена, что это Бен Стайк. Проклятье!
Она выпила ещё. Вино развязывало ей язык, может, даже слишком, но сердцебиение наконец пришло в норму. Она посмотрела на Олема, ощутив приступ раскаяния. Он солдат и привык терять друзей в бою, но она знала, что он всё равно беспокоится за неё. Внезапно она ощутила, что долгие годы во многом была с ним несправедлива.
Несправедливо уходить в одиночку на задание с неизвестной опасностью. Несправедливо использовать свой чин. Несправедливо отвергать предложения о замужестве, не намереваясь с ним расставаться. Несправедливо откладывать рождение детей, когда они оба их хотят.
Несправедливо лгать.
− Олем, − позвала она.
− Да?
− Помнишь, что было в конце войны? В крови и хаосе, когда трупы затерялись в Воздушном дворце?
− Да, прекрасно помню.
Голос Олема звучал ровно, выдержанно, губы крепко сжимали сигарету. Влора знала, какую боль вызывало у него это воспоминание, и не хотела её усугублять. В те последние месяцы никто не был так близок к фельдмаршалу Тамасу, как Олем.
Во рту у неё стало кисло. Она облизнула губы, раздумывая над секретом, который хранила десять лет. Всегда казалось, что нельзя раскрывать чужую тайну, и тем не менее она знала, что глупо не поделиться.
− Я десять лет твердила самой себе и всем другим, что Таниэль и Ка-Поэль погибли в том бою. Но это не так. Они пережили взрыв и ускользнули, воспользовавшись хаосом.
Олем затянулся сигаретой, глядя на Влору сквозь дым.
− Я догадался.
− Как?
− Ты не горевала.
Влора прочистила горло. Надёжный, достойный доверия Олем. Пройдоха всё знал. Во имя Адома, он лучший на свете подарок для командующего.
− Я люблю тебя, − сказала она.
− Об этом я тоже догадываюсь. − Он протянул ей свою сигарету. − Почему ты выложила это сейчас?
− Потому что они сказали, что отправляются в Фатрасту. Это было десять лет назад, но я беспокоюсь, что они ещё здесь. Беспокоюсь, что они участвуют во всем этом дерьме. Если бы они были в городе, я бы почувствовала магию Таниэля, но всё равно... я беспокоюсь. Если они участвуют, то вряд ли на стороне Линдет, и, Олем? Я не могу сражаться против Таниэля или Ка-Поэль. Когда они уехали, оба уже были не вполне людьми, они не в моей лиге.
«И я не хочу сражаться с ними».
− Что ж. − Олем зажёг новую сигарету. − Будем надеяться, что их здесь уже нет.
Глава 23
Микель промучился всё утро. Он не мог спать, не мог работать и всё пытался составить какой-нибудь план − как поймать двух врагов государства, которых так
