колючки, которыми всегда так богаты розовые кусты, и перешагнуть через обложенный керамической плиткой бордюр. Балконная дверь осталась открытой с вечера, так что…
Вот именно. Это самое «так что…» и побудило Константина остановить Алину, которая в своих девичьих мечтах уже нежилась под струями горячей воды, вдыхая аромат шампуня с оливковым маслом. Нахмурив брови, он жестом велел ей держаться за его спиной, а сам достал из внутреннего кармана куртки пистолет. Взвел курок. Левой рукой отдернул тюлевую занавеску и шагнул в номер.
Алина, затаив дыхание, стояла посреди цветника. Минуту спустя Константин появился в дверном проеме, глянул на стремительно светлеющее небо, снял пистолет с боевого взвода и убрал в тот же карман.
– Подарок Нестора?
– Да.
– Вещь, конечно, хорошая. Но вряд ли тебя пустят с ней в самолет.
– Я сдам его в багаж. О господи, это шутка… ШУТКА!
Только переступив через бордюр, она увидела на маленьком алюминиевом столике какой-то пакет.
– А это что еще такое? Не помню, чтобы я…
Заметив надпись «Лемони», она умолкла. Константин взял пакет, развернул, протянул ей, предлагая заглянуть внутрь.
Конфеты.
– Тоже подарок Нестора. На этот раз для тебя. Он признался, что подглядывал за нами, когда мы трахались на берегу, и поймал себя на мысли, что не прочь присоединиться.
Алина обомлела.
– Правда, что ли?
– Да. Он сказал мне это в кондитерской.
– Интересно, где он сейчас, – пробормотала Алина.
И неожиданно для себя разрыдалась, уткнувшись носом Константину в грудь.
Сытые и пьяные, разомлевшие от жары, они вяло препираются на тему чем занять себя после ужина, рвануть на руины храма Амона Зевса близ Каллифеи или побродить по улочкам деревни Афитос, знаменитой своей традиционной архитектурой. Константину осточертели сувенирные и прочие лавки, куда неизменно тянет Алину, ей же кажется бредовой идея таскаться в сумерках по древним камням. Ведь при таком освещении даже фотографий приличных не сделать, не говоря о…
Ее негодующую речь прерывает телефонный звонок. Взглянув на номер, Константин моментально трезвеет и начинает говорить по-английски. Алина настораживается. Перестает шуршать фольгой от конфеты. Обращает на него вопросительный взгляд. В качестве ответа Константин рисует пальцем на столе букву «Д». Звонит полицейский следователь Дусманис.
18
Дусманис оказался в точности таким же молодым и симпатичным, каким она запомнила его. Он выразил сожаление по поводу того, что пришлось побеспокоить российских экспертов во время каникул, и предложил посидеть в кофейне на набережной. Мужчины пили черный кофе без сахара и курили сигареты, Алина предпочла фраппе с ванильным мороженым.
Задав несколько дежурных вопросов типа «нравится ли вам на Кассандре?» и «какие достопримечательности вы успели осмотреть?», Дусманис перешел к главному.
– Вам известно о том, что произошло три дня назад на юге полуострова?
Он обращался к Константину.
– Да, – спокойно ответил тот. – В моем номере есть телевизор, и я смотрю местные новостные каналы.
– Вы говорите по-гречески?
– Не говорю. Но почти все понимаю. Собираюсь в ближайшее время заняться вплотную изучением греческого языка.
Кондиционера в кофейне не было, и впервые Алина тихо радовалась его отсутствию. Капли пота на лицах подозреваемых? Помилуйте, гражданин начальник, тут, в вашей Греции, такая жара!..
«Не прикасайся без надобности ни к лицу, ни к волосам, – предупредил ее по дороге Константин. – Вообще не делай лишних движений руками. Не кусай и не облизывай губы, не тереби серьги, не отводи взгляд. Сиди перед ним в открытой, расслабленной позе и, отвечая на вопросы, смотри ему прямо в глаза. Запомнила?»
«Да».
«И еще. Не задавай вопросов про Нестора».
Потягивая через соломинку свой любимый фраппе, Алина смотрела на лица мужчин и старалась придать собственному лицу выражение заинтересованное и дружелюбное. Не каждый день выпадает случай поболтать за чашечкой кофе с офицером полиции! Да и можно ли назвать это случаем? Ведь офицер нарочно прибыл на Кассандру, чтобы увидеться с ними. Значит, произошло что-то из ряда вон выходящее! При таких обстоятельствах любая девушка будет проявлять к разговору непритворный интерес.
– Стало быть, вы уже знаете, что в числе погибших во время пожара – трое работников завода, принадлежащего Антонису Цафтарису?
– В самом деле? Об этом в новостях не упоминалось.
– Один из них – Зенон Франгос.
– О!.. Царь горы.
– Простите?..
– Алина прозвала его так.
Дусманис не спускал глаз со своего собеседника.
– Больше вам нечего сказать, мистер Дрёмов?
Константин держался образцово, в полном соответствии со своими рекомендациями. Сидел, непринужденно откинувшись на спинку стула, и смотрел на Дусманиса непоколебимым взглядом человека, которому абсолютно нечего скрывать.
– Если вы желаете знать, расстроило ли меня известие о гибели мистера Франгоса, то я вам отвечу: нет, не расстроило. Мы были не очень дружны.
С глубоким вздохом, который мог означать все что угодно, Дусманис взял из пачки еще одну сигарету и попробовал зайти с другой стороны:
– Когда вы последний раз видели Нестора Беглитиса?
На лице Константина появилось выражение шутливого раскаяния.
– Вот я и попался, правда? Как раз три дня назад. Перед пожаром. В новостях сказали, возгорание произошло ночью, а мы с мистером Беглитисом встретились вечером, около десяти часов.
– Где?
– В кондитерской «Лемони» на въезде в Ханиоти.
– Любопытно. – Дусманис чуть не сломал сигарету. Видно было, что он раздосадован. – Кто был инициатором этой встречи?
– Мистер Беглитис. Дело в том, что у меня была его вещь. И он имел все основания полагать, что она у меня. Поэтому, закончив свои дела в полицейском участке… или как это у вас называется… он разыскал меня и потребовал ее назад.
– Как же он вас разыскал?
– Он знал, в каком отеле мистер Пангалос разместил нашу группу, приехал и просто дождался меня около ворот. Мы с Алиной возвращались с пляжа…
Дусманис покосился на Алину.
– Вы подтверждаете все это, мадемуазель Уланова?
– Да. – Сделав над собой усилие, она не отвернулась. Не начала поправлять прическу и теребить серьгу. – Константин сказал, что ему нужно принять душ, надеть приличную одежду и забрать эту вещь из сейфа, поэтому они договорились встретиться позже в кондитерской.
– Откуда он узнал, в каком отеле вы проживаете?
– Я задал ему этот вопрос, – сокрушенно вздохнул Константин, – но он на него не ответил.
– Хорошо. Допустим, вы говорите правду. Теперь расскажите что это за вещь, как она к вам попала, а главное, почему вы ни словом не обмолвились о ней в отделении полиции?
– Последнее объяснить труднее всего. Но я постараюсь. – Константин сделал паузу, чтобы прикурить. Пауза выглядела естественной. – Эта вещь – сотовый телефон, который мистер Беглитис выбросил из окна второго этажа старого заводского здания, когда
