Что в демонах особенно неприятно, так это их способность соблазнять мужчин и женщин, принимая облик инкуба или суккуба. В этих случаях они становятся плотскими до такой степени, что преспокойно забираются в постель к доверчивым жертвам… но подробности, приводимые Цезарием, здесь мы, пожалуй, опустим. Довольно с нас того, что дьявол способен производить потомство, и уродливые гунны — не больше не меньше как порождения инкубов. Такой же незавидной родословной обладал, по преданию, великий британский чародей Мерлин.
Уже в XII веке мы обнаруживаем нечистого и в зале суда — причем, как ни удивительно, в роли истца. Дьявол обвиняет человечество и Христа в разнообразных притеснениях. В средние века такое «юридическое» разрешение теологических проблем завоевало большую популярность и достигло поистине совершенной формы в трактате Якоба Терамского, написанном в 1382 году. Обитатели ада поручают демону Велиалу выступить обвинителем от имени сил тьмы, ибо Велиал, согласно традиции, более всех бесов сведущ в юриспруденции. Представ перед Богом, Велиал требует расследовать все деяния Христа. Бог назначает судьей царя Соломона, а обвиняемый Христос требует в защитники Моисея. На гравюре из «Книге Велиал» (Аугсбург, 1473 г.) показано, как адский обвинитель обсуждает ход процесса со своими инфернальными клиентами. Челюсти Ада широко раскрыты и удерживаются в этом положении толстой палкой. Черти, сидящие в его огненном зеве, жадно вслушиваются в рассуждения Велиала. Жест Велиала типичен для схоластов-проповедников той эпохи: демон пользуется одним из приемов мнемонической техники, разработанной Луллием. На другой гравюре Велиал в присутствии Моисея вручает свои верительные грамоты невозмутимому Соломону. Этот древнееврейский царь отлично подходил на роль судьи в таком процессе, ибо, как гласит легенда, ему довелось немало пообщаться с демонами. В жалобе Велиала значится, что «quidam dictus Jesus [некто, именуемый Иисусом] незаконно вторгается в сферу адских полномочий и узурпирует власть над сферами, ему не принадлежащими, а именно адом, морем, землей и всеми населяющими ее существами». Велиал лезет из кожи вон, чтобы склонить на свою сторону августейшего судью. Он даже принимается плясать перед Соломоном, на что царь взирает с явным удовольствием. Тем не менее, суд выносит решение в пользу Иисуса, и Велиалу приходится подать апелляцию.
Апелляцию рассматривает уже другой судья — Иосиф, наместник египетского фараона. Велиал и Моисей вступают в горячий диспут, но, в конце концов, приходят к компромиссному решению: следует создать комиссию, которая и вынесет окончательный вердикт. Дело представляют на рассмотрение императора Октавиана, Аристотеля, Иеремии и Исайи, которыми руководит все тот же Иосиф. Христа снова находят невиновным. В утешение Сатана получает лишь власть над всеми душами, которые будут осуждены на Страшном суде.
2. Инфернальные помощники
Обитая в недрах земли, демоны, естественно, более сведущи в земных делах, чем благие ангелы, которых заботят скорее духовные, нежели материальные вопросы. Дьявол — искусный ремесленник и усердный работник, но когда речь заходит об оплате труда, он не может за себя постоять и зачастую остается с носом. Если услугами дьявола пользуется праведный человек, то зло нередко оборачивается во благо. Епископ Олаф Магнуссен, подписавший свой трактат «Народы севера» латинизированным именем «Олаус Магнус», утверждает, что в Скандинавии бесы работают по ночам в конюшнях: они чистят стойла и кормят лошадей, которым все равно, кто за ними ухаживает — черти или люди. Трудятся демоны и на рудниках, по-видимому, чувствуя себя как дома в темных подземных лабиринтах. Как правило, чем усерднее они работают, тем громче шумят. Эти горные бесы совершенно безобидны — если, конечно, рудокопы не издеваются над ними. Какой-то горняк, работавший на серебряных копях близ швейцарского селения Давос, вздумал насмехаться над рудниковыми чертями, и это плохо кончилось: бедняге вывернули шею, и до конца своих дней он так и ходил затылком вперед.
Олаус Магнус утверждает также, что демоны — искуснейшие мореходы. Они властвуют над стихиями и могут вызывать нужные ветры по своему усмотрению. Грубоватая гравюра из базельского издания «Народов севера» изображает беса за штурвалом корабля: в левой руке он держит тучу, из которой дует попутный ветер. На той же гравюре люди сидят в тяжелой повозке, которую тащит по воздуху еще один демон. Такая услужливость со стороны инфернальных сил заставляет насторожиться: мы невольно задаемся вопросом, можно ли было расплатиться с чертями за подобные благодеяния менее ценной монетой, чем бессмертная душа. Свидетельство из первых рук успокаивает нас на сей счет. Мы узнаем, что знаменитый монастырь в Сито был битком набит веселыми и добродушными чертями.
Один из них был немного проказлив и явился какому-то послушнику в облике телячьего хвоста; стегнув юношу по лицу, он тут же исчез. Позже он показался еще раз — в виде огромного глаза. А в 1221 году адский гость оказал услугу одному крепостному мальчику. Монастырь славился своим вином, и виноградник следовало сторожить от непрошеных визитеров днем и ночью. Мальчика, стоявшего на страже, потянуло в сон, и он позвал на помощь черта, пообещав нечистому корзину спелого винограда, если тот подменит его на посту. Добрый бес не устоял перед такой изобретательностью и караулил виноградник всю ночь за это скромное вознаграждение.
В 1130 году некий черт посетил саксонский городок Хильдесхайм. Он оставался бы там и по сей день, когда б не людская злоба, пробудившая в нем поистине дьявольский гнев. Этот бес получил доступ во дворец самого епископа и вскоре своими полезными советами и кулинарным искусством заслужил полное доверие прелата. В те времена не сыскать было епископа, равнодушного к сочным бифштексам; и черт катался как сыр в масле между кухней и залом заседаний, пока какой-то зловредный поваренок не оскорбил и не избил его. Черт пожаловался на причиненные ему обиды, но никто за него не вступился. Тогда он вернулся на кухню, придушил дюжину поварят и был таков.
В типичной для него роли покровителя путников дьявол однажды явился некому ученому, шедшему из Гваделупы в Гранаду. В облике всадника, одетого в черное, дьявол нагнал этого ученого и усадил за собою верхом на черную кобылу. Всю ночь они мчались, как ветер, и на рассвете достигли Гранады, хотя обычно такое путешествие заняло бы несколько дней. Адский всадник исчез, не причинив своему спутнику никакого вреда и даже не оставив после себя характерного запаха, о котором пишут все демонологи. А из «Деяний святых» Болланда мы узнаем, что дьявола порой может растрогать чистота и непорочность. Однажды юная девица по имени Агнесса по неведению хотела войти в некий дом, имевший дурную славу. Но только она подошла к открытой двери, как Сатана со товарищи в облике воронов слетелись к порогу и оттеснили Агнессу прочь. Жители нехорошего дома были весьма удивлены, равно как и Агнесса. Впрочем, она тут же истолковала все происшедшее… как небесное знамение. Позже она выкупила этот дом, открыла в нем монастырь и сама стала его первой обитательницей.
Дьявол «творит добро, желая зла», когда с ним имеет дело святой или праведник. Сколько мостов он построил на своем веку, неизменно получая в награду вместо человека какую-нибудь кошку, собаку или козла, — а все потому, что, не учась на собственных ошибках, упрямо предъявлял права на первого, кто перейдет через мост. Популярная в народе картинка прошлого века изображает величественного святого Кадо, вручающего кошку разочарованному дьяволу. Оба стоят на мосту, превосходная кладка которого свидетельствует, что к нему приложил руку искуснейший мастер. «Дьявольские мосты» встречаются по всей Европе. Во многих местах люди уже почти забыли, кому обязаны своим мостом. Человеку вообще свойственно забывать об оказанных ему услугах и приписывать себе чужие таланты. Люди нередко обходятся с дьяволом точь-в-точь, как иные художники — со своими коллегами: бессовестно воруют у него идеи, да впридачу еще и поливают грязью.
Так и парижане наверняка бы совсем забыли, что мост Сен-Клод построил не кто иной как дьявол, — не напомни им об этом неоспоримом факте Грийо де Живри. «Кто бы мог поверить, — пишет он, — что мост, ведущий к знаменитому парку и к веселой Парижской ярмарке, мост, по которому теперь разъезжают электрические троллейбусы, славный мост Святого Клода, — дело рук Сатаны?» Но и за этот прекрасный мост дьявол получил ничуть не больше, чем за все прочие труды: ему пришлось довольствоваться тощей черной кошкой, которая и без того скоро бы сдохла. Примерно так же вознаградили и черта, построившего знаменитый мост над ущельем Шёлленен в Швейцарии, который до сих пор горделиво красуется над рекой Рёс. Для современных инженеров перекрыть это ущелье мостом не составило бы труда, но в те времена задача представлялась неимоверно сложной. По одну стороны пропасти возвышается почти отвесная скала, и дорогу, ведущую к мосту, предстояло высечь из гранита и укрепить каменной кладкой. Легенда гласит, что некий пастух пообещал отдать дьяволу первое живое существо, которое пересечет мост, столь необходимый на этом перевале, соединяющем юг и север Европы. Когда дело было сделано, пастух загнал на мост серну — и дьяволу пришлось принять ее в уплату.
