откажетесь помогать мне и выступите против.
Отпустив руку Аарона, я обошла его и ускорилась, оставляя парня позади себя. Внутри кипело разочарование. Мне хотелось бы получить союзников, но если никто не желал помогать, то пока я могла рассчитывать лишь на свои силы.
Я уже почти дошла до камня, под которым прятала свой браслет, когда Аарон нагнал меня, схватил за руку и резко развернул в свою сторону. Потеряв равновесие, я едва не врезалась в парня, однако левой рукой успела коснуться его груди, притормозив своё движение, но всё равно оказалась слишком близко от него.
– Если ты так сильно хочешь получить ответы на свои вопросы, то просто подожди немного. Мы всё тебе расскажем, но пока лучше залечь на дно. Адмирал будет следить за каждым твоим шагом, поэтому постарайся слиться с тенью и не вызывать у него подозрения. Как только всё успокоится, я отвечу. Даю тебе слово.
Я кивнула, не сводя глаз с сияющего под холодным звёздным светом лица старшего капитана. Его волосы, словно золото, переливались на свету, а черты лица смягчались.
– От кого, от кого, а от вас я не ожидал столь грубого нарушения устава, командир Блейк, – послышался раскатистый голос за спиной. Я резко развернулась, но оказалась спиной прижата к груди Аарона. Перед нами стоял адмирал. Он держал наши с командиром браслеты, а вторая его рука была сжата… наверняка он нашёл и жемчужинку. Нас с Аароном ждало серьёзное наказание, и единственное, что я могла сделать – взять всю вину на себя.
Глава 18
– Не могли они дать нам хотя бы один день отдохнуть после такого коварного испытания?! – не переставала ворчать Меллани, шагая рядом со мной.
– Брось. Не всё так плохо. Сама говорила, что день без тренировки равносилен смерти.
Меллани толкнула меня, но пошатнулась сама, навалившись на Кэгана. Далиец быстро подхватил её, словно опасаясь, что она на самом деле упадёт. Краем глаза я заметила, как его щёк коснулся румянец, а сама Мел буквально вспыхнула, спеша отстраниться.
– Тебе легко говорить: тебя полностью пролечили, а у меня все бока до сих пор болят.
Мне нечего было ответить на слова девушки, поэтому я просто пожала плечами. Вчерашняя ситуация никак не отпускала меня и не давала покоя. Во время теоретического занятия я всё пыталась обдумать и разобраться, но события смешались в голове. Пока оставалось непонятным, кому нужно было оставить меня внутри испытания, чтобы не сдала, хотя догадки у меня и появились, а ещё разговор с адмиралом… Вечернее столкновение снова пронеслось перед глазами.
– Это ваше? – спросил адмирал спокойным голосом, показывая браслеты.
– Я могу всё объяснить, – выступил вперёд Аарон, заслоняя меня собой.
– Здесь нечего объяснять, командир Блейк. Вы устроили тайное свидание с кадетом своего курса. За это должно последовать справедливое наказание. Временно я смещаю вас с должности командира и назначаю капитана Рейгана новым командиром первокурсников. Вы будете помогать ему, замещая и приглядывая за кадетами. Если я увижу искреннее раскаяние, я верну вас на должность.
Адмирал вернул нам браслеты. Я всё не сводила взгляда с его сжатой в кулак руки. Почему он ни слова не сказал о жемчужине? Она ведь тоже была там… Неужели не заметил? Или решил закрыть на это глаза? Недосказанность сводила с ума, но спросить прямо я не могла.
– Приглядите за кадетом Тавертон, ведь теперь будете куда ближе к ней, чем раньше! – кивнул в мою сторону адмирал, развернулся и быстрым шагом покинул нас.
Мы с Аароном переглянулись: его наказывали или нарочно позволяли нам сблизиться?
До сих пор в голове пульсировал этот вопрос. Адмирал мог наказать нас гораздо строже, но не сделал этого. Однако он не мог и оставить Аарона совсем без наказания. Это было самое мягкое из всех возможных…
– Кстати, слышала, что капитан Рейган теперь наш новый командир. Ты в курсе, почему так сделали? – спросила Меллани.
– Я? Нет… – пришлось солгать, потому что я не знала, как объяснить поступок адмирала. Да и в целом не могла подставить старшего капитана, рассказав о жемчужине, которую он мне дал.
Мы уже подошли к тренировочному центру, но входить не хотелось. Каждый раз мы кого-то теряли. Вчерашнее испытание лишило двадцать процентов кадетов возможности продвинуться дальше. Около пятнадцати бесславно погибли, поддавшись иллюзиям, а остальные получили серьёзные травмы. Возможно, кто-то вернётся домой, а кому-то придётся снова повторить весь пройденный материал и встретиться со своими кошмарами во второй раз. Будут ли они готовы? Во время тренировок каждый второй уходил с травмами. Умершие тоже были… Сердце сдавило. Почему нас стравливали друг с другом? Не проще ли было направить нашу силу против врага? Разве не лучше погибнуть в бою и забрать с собой тех, кто покушается на чужую жизнь? К чему столько сложных испытаний, если всё вело к одному – неминуемой гибели. Как много палачей могли похвастаться высокой продолжительностью жизни? Именно по этой причине нам нельзя влюбляться и создавать семью. Но почему разрешено вести себя настолько агрессивно на тренировках? Зачем нам убивать друг друга? Заранее терять чувство жалости? Чтобы рука не дрогнула впоследствии? Отточить мастерство машин для убийств?
– Чего стоишь? – помахала рукой перед моим лицом Меллани.
– Прости. Я задумалась. Всё хорошо.
– Да уж… вижу я как тебе хорошо. Ты после вчерашнего сама не своя. Закрылась будто бы от нас. И не я одна это заметила. Кэган тоже переживает.
– Не следует. Я испытала сильный стресс, но это ничего… Главное, что все мы выжили. Если бы не капитан Рейган…
Мне вспомнился поцелуй ксенийца, и губы закололо. Передёрнув плечами от неожиданно нахлынувшего волнения, я улыбнулась.
– Никто не ожидал, что он отреагирует настолько быстро. Мне кажется, что ты ему небезразлична, но теперь вам ничего не светит. Даже слухи о том, что вы любовники, должны прекратиться, ведь он стал командиром.
Слухи… всего лишь слухи? Вновь вспомнился поцелуй, но я поджала губы и поспешила войти в здание, где в ближайшее время следовало сосредоточиться и сконцентрироваться на бое.
Все кадеты собрались, и учитель решил рассказать о новом приёме, который до этого мы ещё ни разу не применяли. Я пробовала его во время тренировки вместе с Каем: именно он научил меня и помог отточить этот приём. Стоило вспомнить парня, как он приблизился, тесно прижимаясь ко мне.
– Эй! Тебе места мало? – спросила я, шикнув на парня.
– Всегда мало, если рядом оказываешься ты. Хочу быть ближе к тебе и ничего не могу с
