Грег быстро отошел от удара Лилиана, в мгновение залечив рану. Его внутренняя энергия сейчас билась настоящим штормом внутри, и в изобилии выплескивалась вовне. Пол и камни вокруг Грега трещали по швам. Но большая часть извергалась на Лилиану.
Лилиана вдруг превратилась в молнию и буквально выстрелила собой в направлении Грега. Каким образом он увернулся, я не понял, движения его были резкими и нечеловечески быстрыми.
Под непрестанными вспышками света эти двое кружились друг вокруг друга размазанными силуэтами. В пещере продолжало истерично мигать белым светом, и едва различимая за ним картина псиэфира рисовала бурю из энергии.
Рядмо со мной вдруг сам собой поднялся камень, и пулей выстрелил вперед. Попал Грегу под правую коленку... Тот взвыл, диким голосом. Но Лилиана не успела воспользоваться моментом - в следующем "кадре" Грег уже твердо стоял на ногах в двух метрах от прежнего места.
Но его лицо теперь уже не выглядело уверенным.
Дальнейшее походило на охоту за испуганным зверем. И в роли охотника - была Лилиана. Пещеру заливали бурные разноцветные реки псиэнергии. Разряды и вспышки, сферы и толстые силовые лини от Лилианы к Грегу, от Грега к Лилиане...
Рядом со мной вдруг раздался мягкий стук, и я увидел на расстоянии вытянутой руки лежащего с потерянным лицом Стивена. Весь страшный танец Грега и Лилианы длился не больше секунды.
Из носа Стивена текла кровь, а лицо попеременно менялось, выражая целую гамму чувств - удивление, страх, растерянность, решительность. Он порывался встать, но только неуклюже барахтался на земле. Руки и ноги разъезжались, отказываясь подчиняться хозяину. Внутри его тела пришла в движение энергия, разразившись в настоящую бурю - организм боролся с неожиданной угрозой.
В этих сменяющих другу друга ярких кадрах от безумного мерцания света было сложно что-то понять. И когда рядом со мной внезапно оказался Грег, я шарахнулся от него и больно ударился боком о камни.
Его лицо еще в прошлом миге, когда пещеру освещал свет шарика, было испуганным, он был похож на загнанную собаками лису. Но сейчас в очередной мгновенной вспышке, он по-детски радостно улыбался, глядя прямо на барахтающегося у его ног Стивена. Так улыбается ребенок, нашедший нового интересного жука в свою коллекцию.
Вспышка, и Грег присел около его головы... Мгновение - его рука касается лба Стива.
Я вжался еще глубже в каменный завал, хотя это казалось невозможным.
Мгновение... Грег возбужденно скалится, глядя куда-то вперед, поверх Стива. Его безумный взгляд направлен одновременно и в сторону Лилианы и куда-то внутрь себя. Раздался дикий женский вскрик.
Вспышка... Стив увидел Грега и пытается дотянуться до него скрюченным пальцами. В его глазах пылает самая настоящая ненависть.
Эхо от вскрика Лилианы успело накатить всего лишь один раз.
Белоснежная вспышка света. Сильнейший разряд энергии сорвался с рук Грега и ударил прямо в голову Стива.
Мгновение... Стив судорожно выгнул спину, руки сжались. Вспышка... Его взгляд окостенел. Новый миг - его тело расслабилось.
И тут в пси-эфире будто разорвалась ядерная бомба. А затем извне на меня упал такой гигантский вал тяжелых чувств, что я полностью потерял себя.
Лютая, черная ненависть. Оглушающая, обжигающая до сердца ярость. Леденящий душу смертельный ужас.
Этот взрыв чувств смел мою личность, как ужасающей силы ураган стирает мелкое деревце с лица земли.
Кажется, я кричал. Я ничего не понимал, ничего не слышал, и уже ничего не видел.
Я чувствовал, что умираю.
Сколько времени прошло? Секунда, месяц, год? Я не знал...
Я очнулся внезапно.
Пещеру заливал ровный белый свет. В воздухе кружил мелкий черный пепел, который рябил черными точками перед глазами. Я помахал перед глазами в тщетной попытке от него избавиться.
Уши словно ватой набили, сквозь которую я приглушенно слышал непонятный резкий шум, похожий на скрежет пилы. Я, слабо понимая, что происходит, попробовал подняться с холодного камня. Ноги подгибались и держали слабо, пришлось опереться на ближайший камень, чтобы просто продолжить стоять.
В дальнем конце пещеры спиной ко мне стояла Лилиана. Стояла сгорбившись, будто разом постарела на пятьсот лет. Волосы на ее спине посверкивали частой проседью. Боже мой... Что же произошло?!
Мой ошарашенный разум, категорически не хотел давать ответов. Я помахал рукой перед глазами, чтобы избавится от черной пыли, заполонившей воздух. Без толку.
Я сделал неуверенный шаг вперед... Нога уткнулась во что-то мягкое, и я опустил взгляд. На холодном полу пещеры неподвижно лежал Стив. Его открытые глаза стеклянным немигающим взглядом смотрели в потолок.
И выражение его неестественно спокойного лица было знакомым. Знакомым до резкого укола в сердце. Я уже видел такое...
- Стив... - с какой-то мягкой надеждой позвал его я, - Ты в порядке?
Он не ответил. Его взгляд застыл навсегда.
Сзади вдруг раздался пронзительный скрип - под ногу Лилианы попал очередной мелкий камушек. Она направлялась ко мне.
Ее лицо, теперь прорезанное морщинами, было неподвижным. Оно застыло маской, вырубленной в сером граните. Не замечая меня, она подошла к Стиву, присела к нему и прикрыла ему веки.
- Аномалия расширяется, - апатично прошептала она, обращаясь к неподвижному Стиву.
Резкий, визгливый шум вдруг на мгновение прекратился. Сменился сдавленными всхлипами. И я понял, что все это время, надежно спрятанный за камнями, плакал Артур.
Лилиана отреагировала на этот звук все в той же манере робота. Не выражая никаких эмоций, она встала и направилась к плачущему Артуру. Ее походка стала немного вихлять, и я только сейчас заметил, что сила внутри нее тает. Словно кто-то невидимый капля за каплей выпивает из нее жизненные соки.
Все еще слабо соображая, я на негнущихся ногах последовал за ней.
На стенах пещеры, прямо на моих глазах, медленно нарастали белесые гроздья. Тех самых псевдокристаллов. Иногда, прямо из воздуха, из разных точек, по ним били видимые мне темно-серые разряды энергии. И в точке попадания, эти наросты чернели, а затем выбрасывали в воздух крошечный сгусток темной пыли, который быстро распадался на отдельные песчинки. И вскоре, ведомые природными потоками пси-энергии, они начинали хаотично кружиться, танцевать в белом свете под сводами пещеры.
А вокруг, в псиэфире, то тут, то там появлялись черные разрывы. Они множились, потом вроде бы зарастали на секунду, но неизменно появлялись вновь. Их становилось все больше и больше.
Мне не было страшно. Все мои чувства будто стер кто-то. После буйного шторма, океан обычно впадает в спокойное забытье.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
