ценностях, в частности на верховенстве христианской любви, которая занимает центральное место в духовных наставлениях отца Порфирия. Книга помогает ответить на вопросы: как воспитывать детей; как иметь/построить, сохранить, установить хорошие отношения с ними и, главное, как истинно любить своих детей.
Старец Порфирий в высшей мере обладал христианской добродетелью простоты, и это наложило отпечаток на его наставления. Его знание человеческой психологии основывалось на внутреннем духовном опыте. По этим двум причинам советы старца по воспитанию детей не имеют ничего общего с абстрактной и теоретической педагогикой. В них содержится не «теория», а ряд принципов, наставлений, могущих в различных ситуациях помочь родителям выработать правильную линию поведения.
Любовь обычная и любовь христианская
В контексте любви к детям, равно как и любви между супругами и, в более общем смысле, любви к ближнему, преподобный отличает любовь христианскую от любви обычной, которые соответственно именует «любовью Христовой» и «любовью человеческой»: «Мы должны любить любовью Христовой, а не человеческой» (с. 361). Последняя, по мнению старца, может причинить вред любимому. Таким образом, матери, столкнувшейся с трудностями воспитания одного из четырех детей, которого, как ей кажется, она любила больше остальных, отец Порфирий сказал: «Ты не любишь его Христовой любовью и поэтому вредишь ему» (с. 361).
Человеческая любовь, естественным образом испытавшая последствия грехопадения, в той или иной степени неизбежно носит на себе отпечаток страстей, в частности самолюбия (эгоистичной любви к себе), которая часто приводит к стремлению доминировать над другим человеком, проецированию на него своих желаний и подчинению его собственной воле. Только Христова любовь непредвзята и чиста, стремится к истинному благу другого при полном уважении к его личности и, следовательно, его индивидуальности, воли и свободы и ради этого готова на самопожертвование.
Уважение свободы ребенка как проявление христианской любви и как принцип воспитания
Один из базовых принципов христианской любви – полное уважение свободы другого человека. И такое уважение, по мнению старца, нужно проявлять в отношении детей с самого раннего возраста.
Брать за образец Бога
Уважая свободу другого человека, мы должны брать за образец Бога, Который уважает свободу каждого, не принуждая ни признавать Его существования, ни исполнять Его волю.
Сам Господь, как пишет преподобный, подает нам пример, ибо не принуждает человека следовать Ему, но просто говорит: Кто хочет идти за Мною (Мк. 8, 34) (см.: с. 383).
Принимать и любить детей такими, какие они есть
Святой советует принимать других людей такими, какие они есть, и сам подает этому пример. Одно из его духовных чад рассказывает: «Старец с уважением относился к личности любого человека, со всеми ее индивидуальными проявлениями. Личность – это „образ неизреченной славы Божией, даже если на нем есть следы падений“. Отец Порфирий принимал человека таким, какой он есть, пусть тот даже был весь искажен грехом» (с. 157-158). Мы должны, говорил он, возлюбить каждого человека вместе с его недостатками: «Не старайся исправить или пресечь немощи ближнего. Возлюби его вместе с его недостатками» (с. 321).
Избегать любого давления
Старец неоднократно советует родителям не оказывать на детей никакого давления (см.: с. 355, 356, 358).
Не только нельзя ни к чему детей принуждать, но и угрожать им или как-либо их запугивать (см.: с. 346).
Старец строго осуждает деспотичных родителей. Отцу, который пришел за советом, он решительно заявил: «Он бунтует и совершает ошибки. Но ведь и ты поступаешь как тиран!» (с. 358). Одной матери святой сказал: «Столько лет ты заставляла его делать то, что ты хочешь, ходить туда, куда ты хочешь. Сейчас он стремится к свободе» (с. 356). Супружеской паре старец заметил: «Вы их любили, однако <...> оказывали на них давление» (с. 356), и это означает, что любовь может быть деспотичной. В таком случае это не истинная любовь, которая уважает ближнего, его отличительные черты и свободу, но выражение эгоистичной любви, когда любящий стремится подчинить другого человека своему образу и подобию и собственной воле.
Действительно, старец наставляет: «Все должно происходить именно так. Мы должны уважать свободу ближнего» (с. 159). Своим отношением к духовным чадам старец сам подает нам пример. Один из них рассказывает: «Но больше всего меня поражала свобода выбора, которую старец всегда предоставлял своему собеседнику. <...> Старец никогда никого не принуждал что-то делать, никогда не предлагал человеку что-либо такое, что связывало бы его свободу. Поэтому он хотел, чтобы и мы, в свою очередь, не превозносились над ближними, но всегда относились к ним с уважением. <...> Благодаря свободе, которую старец предоставлял своему собеседнику, он как нельзя лучше помогал ему осознать, что тот идет по неправильному пути» (с. 155-156). Другой вспоминает: «Отец Порфирий <...> не стремился уничтожить нашу индивидуальность <...>. Он уважал нашу свободу, даже когда мы делали неправильный выбор. <...> Он мог свободно влиять на нас и легко направлять туда, куда хотел. Но он этого не делал, предпочитая, чтобы мы сами, свободно и сознательно, избрали свой путь» (с. 158).
Избегать упреков
Старец советует родителям избегать в отношениях с детьми замечаний, упреков, укоров, внушений, нотаций и обвинений (см.: с. 157, 158, 347-349, 357).
Стоит уклоняться не только от обличения, но и от осуждения – принцип, который также применим к нашим отношениям с людьми в общем. «Старец с восторгом воскликнул: „Чадо мое, да ты – психолог! Это совершенно правильная позиция: не осуждать никого за его ошибки и не напоминать ему о них. Тогда в человеке начинает говорить совесть, которая и обличает его. Только так исправляется зло. Если же ты начинаешь осуждать человека, он, естественно, начинает защищаться, оправдывать себя, перекладывать ответственность на тебя и на других людей, и в конце концов замыкается. Таким образом, зло не исправляется, но, наоборот, лишь возрастает“» (с. 157).
Родитель не должен быть ни в роли
