побежал кооперативу, по пути хватая за лямку ящик.
Благодаря фокусировке легко взбежал на забор и швырнул свою ношу подальше в огород, чтобы нинароком не сломать. Артефакту и так в этом забеге досталось.
Монстр, бегущий следом, ринулся за мной, но не наверх, а пробил телом металлическую сетку. Только обрывки красного балахона так и остались висеть на ней. Меня он будто на время потерял из поля зрения. И я спрыгнул вниз ему на голову, надеясь как в играх пробить ему черепушку в прыжке.
Но он оказался умнее, в последний момент шагнул назад и резко ударил когтями в область живота.
В прыжке пользователи фокусировки наиболее уязвимы. Всё что я мог сделать — это прикрыться клинком, так чтобы удар пришёлся по нему.
Меня отбросило, и я проехался спиной по грядке картошки.
Чтобы выиграть время, выпустил огненную стрелу, но та не только не замедлила врага, но даже наоборот — пламенная вспышка впиталась в него и в глазах мелькнули огненные языки.
Я понял, что радовался слишком преждевременно, и этот бой возможно будет самым сложным из тех, что мне выпадали в последнее время. Ещё и Красноглазки с её читерным бафом у меня нет.
Да что там, я вообще ничего особого с собой сюда не брал.
Монстра отвлёк зонт, появившийся откуда-то сбоку. Два алых пятна встретились. Чудовище в красном балахоне отшвырнуло артефакт прочь и хотело добить, но тут уже подоспел я и попытался всадить Гераний ему в бок.
Клинок снова задел врага, но не глубоко, будто всё тело чудовища было слишком плотным, чтобы пропускать через себя отточенный кусок металла. Фокусировка позволила увидеть, что и первая оставленная мной рана не затянулась. Регенерации у чудовища не было. По крайней мере, не мгновенная. И это было единственным моим шансом.
Я не мог нанести ему по-настоящему серьёзную рану. Но возможно есть шанс сделать множество мелких, чтобы тварь истекла кровью.
Так я и решил поступить.
Бой на грядке с картошкой продолжился.
Усиленная акцессией фокусировка позволяла мне быть на шаг быстрее чудовища. Но и оно не сильно отставало, так что приходилось следить за каждым своим действием и наблюдать за противником.
В обычной ситуации нетренированный человек без внушительного боевого опыта и специальной подготовки едва ли смог бы сражаться так. Чтобы понять действия врага, я отслеживал положение его ног и вовремя уходил от внезапных рывков. Если не заметить вовремя, уже в самом рывке, фокусировки было недостаточно — тело физически не могло двигаться быстрее.
Но сейчас на кону была если не моя жизнь в целом, то как минимум шесть лет жизни в раю.
Несколько раз оно порывалось использовать магические способности. Я разок попробовал огреть его через знак «кир», но он впитал и эту способность, а потом огрел ею меня самого.
Случилось это так внезапно, что я не успел среагировать и понял что произошло уже в полёте. Но фокусировка позволила сгруппироваться и отскочить с траектории несущейся туши.
Бой начинал затягиваться. Часов здесь не было, но по ощущениям прошло уже пол часа. Я не смог нанести ему ни одной серьёзной раны, но мелкие уже начинали делать врага мокрым от множества кровотечений. Мокрым становился и я, правда больше не от порезов. Тело ныло, не привыкшее к таким длительным нагрузкам.
Я отчётливо осознал, что акцессия бустит не только фокусировку — я был на пять пунктов сильнее, ловчее и возможно даже соображал лучше. Навык старался как мог. Должно быть и с параметрами самого монстра тоже игрался.
Через час я осознал, насколько способность Красноглазки по-настоящему крута, и как мне с ней повезло. Только благодаря ей я ещё тащил этот бой. Ну и фокусировке, конечно. Из неё я вообще не выходил.
Через два часа танцев на грядке я начал сильно сомневаться в том, что задумка вообще удастся. Мышцы болели, сил в теле не было, а второе дыхание как пришло, так и ушло. Возможности тела не безграничны. Но самое главное сохранялось — я по-прежнему был быстрее твари в балахоне, что вкупе с остротой Герания позволяло продолжать уходить от атак и наносить мелкие незначительные уколы.
Часа через три я понял, что монстр тоже начал выдыхаться. Мда, стоит ли говорить, что я уже едва мог свой меч держать. Гераний, конечно, намного легче, чем оригинальный средневековый стальной клинок — его вес был ненамного больше трости, под которую мимикрировал в реале. Но правую руку я уже не чувствовал.
Перекинул меч в левую руку и продолжил так. Ещё менее эффективно, надо сказать. Усталость уже давила меня к земле, и на каких морально-волевых я держался… не знаю, должно быть акцессия мне и силу воли повысила. Я упрямо продолжал бой, почти не чувствуя ног и правой руки.
Пятый час. Левая сдалась намного быстрее. А ещё на меня начал наваливаться откат. Прямо во время боя я начал подмечать вещи, которые мне были нахрен сейчас не нужны. Рабочие, которые вкапывали цементные столбы забора. Бабушка, вкладывающая разрубленный пополам картофель в землю, в подготовленную лунку. Механик, копошившийся у мотора старенького москвича…
Спасало лишь то, что и монстр начал сдавать позиции ещё быстрей меня. И только это заставляло меня упрямо продолжать этот странный бой, больше похожий на бесконечное родео.
Когда спустя пять с половиной часов тварь наконец свалилась, я не поверил своим глазам. Минут десять тупил на его одежду. Запоздало вспомнил как вытащил из такого балахона Красноглазку в своё время. Подошёл к твари и пнул ногой, переворачивая на спину.
Нет, это была именно тварь, а не ряженый человек. Я даже ткнул в шею для верности Геранием.
Кстати, время. За него должно было выпасть время… а, взял уже на автомате, не посмотрев. Завтра увижу… если буду жив. Голова кружилась, а сознание ныряло в случайные образы.
— Аэа… — с трудом выговорил я. — Собери здесь… всё… ценное….
— Что именно, Господин? — послышалось откуда-то из другого мира. Но ответить я уже не мог, провалившись в видения, принесённые откатом.
21. Ответ
Когда в первые дни четверти учитель по русскому предлагает написать сочинение на тему «как я провёл лето», обычно он не ждёт, что ему напишут героическое фэнтези. Но в общем-то как-то именно так я его и провёл. Совсем не так, как планировал.
Первые дни после отката сложно описать. Помню, как утром изо всех сил пытался сыграть роль просто сильно заболевшего ребёнка. После того
