госпиталь с опасным диагнозом, чтобы хоть немного усыпить их бдительность и максимально затруднить к себе доступ. А там видно будет.
Давай, бывший студент, напрягай память. Что там в Ильхоре гуляет, какие хвори, желательно пострашнее? Бычий грибок? Жуткая вещь, но от него всё тело идёт сыпью и температура сразу за сорок. Артанский ротавирус, он же болезнь Саткара? С этим ему было бы не до побега. Монастырский лишай? Убивает в течение нескольких часов, которые он провёл в дороге. Не то.
Ну же, думай, соображай, уходит время!
Кровянка? Последняя вспышка была полвека назад. Речной зуд? Это от рыбы, которая у ильхорцев считается деликатесом. Пленников ей никто кормить не будет.
Паучий синдром, от которого человек бегает на четвереньках, постепенно загибаясь от судорог? Сыграть такое трудно. А там ещё и припадки.
А что, если горная лихорадка? Расстройство зрения, нарушение координации, менингит. Передаётся воздушно-капельным, первые признаки – бледность, слабость, покашливание, плюс нарастающая резь в глазах. Болезнь заразная, вполне способная поставить "в ружьё" окрестных инфекционистов, которые не подпустят к Гарна никого на пушечный выстрел. Что и требуется.
Ну что, вариант? Вариант, да ещё какой! Для начала надо представиться, чтобы больному от греха пулю в лоб не пустили.
– Флаг–лейтенант Тар Гарна, командир разведгруппы Второго штурмового корпуса. Попал в плен, бежал, возвращаюсь к месту дислокации, – отчеканил, встав по стойке смирно, "больной".
Теперь надо покашлять и поморгать, наморщив лицо. Глаза, мол, чешутся, сил нет. Прищуриться, близоруко взглянуть на майора. Кашлянуть ещё раз, погромче. Ну что, сообразит или нет?
Сообразил, напрягся. Симптомы болячек региона он знать не просто может – обязан. Иначе можно такую заразу в округ притащить, что за это три шкуры спустят, если к стенке не поставят!
– Стой тут, не двигайся! – скомандовал майор. Повернулся к бойцам:
– Назад отойдите, метров на десять. Автомат не трогайте. И вообще ничего не трогайте! Попробует подойти – стрелять по ногам без разговоров. Заразный он, похоже. Сильно.
Солдаты попятились, явно занервничав. Вскинули автоматы, не спуская глаз с замершего на месте "больного". Командир, быстро вернувшись в машину, докладывал кому-то по рации. Возможно, командованию, возможно, церковникам. Хотя чушь. Разве станет он так, средь бела дня, да при сидящем рядом водителе…
– Стоим на месте, ждём врачей, – скомандовал, высунувшись из кабины, майор. – Да опустите вы стволы! Документы у тебя есть, флаг−лейтенант? Жетон? Хотя какой жетон, ты ж с задания вернулся. Номер твой личный, быстро!
– Мой номер … – ответил Гарна. – Свяжитесь с полковником Рабаром, он подтвердит.
Майор кивнул и что-то произнёс невидимому собеседнику. Выждал пару минут, барабаня пальцами по торпеде. Что-то повторил.
– Отдыхай пока, – махнул он рукой из окна. – Можешь присесть.
Решив воспользоваться приглашением, Гарна обессиленно опустился в дорожную пыль. Медленно, не сводя глаз с солдат, опустил руки. Ещё раз старательно потёр глаза.
Командир закончил разговор и вышел из мула. Подошёл поближе, посмотрел сочувственно.
– Есть хочешь, сынок? Или пить? У нас собой. На вот шапку, перегреешься, – он снял с головы кепку и ловко бросил флаг−лейтенанту.
Зря Гарна его подозревал. Боевой это офицер, свой, настоящий. Но расслабляться всё равно не стоит.
– Спасибо, не голоден. Вода тоже своя, трофейная, – кивнул флаг−лейтенант на захваченные у ильхорцев фляги. – Чувствую себя не очень, глаза слезятся, как бы дрянь я какую не подхватил.
Усатый майор кивнул:
– Мы связались со штабом корпуса. Номер жетона проверили, всё подтвердилось. Фронтовая, говорят, разведка, неделю как без вести пропали. Сколько вас было? Неужто всех положили?
– Простите, господин майор, не могу обсуждать, – твёрдо ответил Гарна. – Секретность, сами понимаете. А у врага кругом уши.
– Само собой, – кивнул пограничник. – Не первый год замужем. Но врачей дождаться придётся, симптомы у тебя нехорошие. Как давно уже кашляешь?
– Пару дней, – изобразил испуг Гарна. – А что за симптомы? Что-то серьёзное?
Майор замялся и машинально пригладил усы. Было видно, что история о смертельно больном разведчике его проняла.
– Похоже на горную лихорадку, – глухо ответил он. – Но я могу ошибаться. Раньше времени паниковать не будем. А вон уже, кстати, и врачи, – кивнул он на пылящую по дороге машину. – Ты не переживай, парень, поставят тебя на ноги, слово офицера. Меня, кстати, Кат Гатар зовут. Извини, разведка, руку пожать не могу.
Гарна улыбнулся и понимающе кивнул. Хорошее у майора имя, военное. "Защитник" означает. В армии взял или с гражданки? Скорее всего, в армии, в мирной жизни с таким тяжеловато.
Флаг–лейтенант ещё раз оглядел пограничника. Лицо приятное, открытое. На груди – орденские планки, в том числе за Северную кампанию. На шее, чуть выше воротника – уставная татуировка в виде расположенных треугольником звёздочек. Да это же "Железные панцири", Третья механизированная, давшая яростный бой наступающим с севера врагам. И сгоревшая в том бою практически в полном составе, о чём писали в каждой газете. Прошедший такую мясорубку на врага работать не может. По определению не может, никак. И значит, можно расслабиться. Хотя бы чуть-чуть.
Рядом остановился потрёпанный фургончик медслужбы. Из него выскочили одетые в защитные костюмы врач и пара медбратьев.
– Где больной? – крикнул, подбегая, доктор.
Гатар молча мотнул головой в сторону Гарна.
– Симптомы у тебя какие? – спросил издалека врач. – Как долго?
Гарна повторил заученную историю, не забывая кашлять и тереть глаза. Доктор нахмурился и повернулся к майору.
– Мы забираем его в Центральную окружную. В госпиталь не повезём, там условий для карантина нет.
– Как "в Центральную окружную"? – вскинулся майор. – Парень из плена бежал, а его – в гражданскую больницу? А если за ним церковники придут начатое завершить, вы что сделаете? Клизму им поставите?
– Господин майор, во избежание вспышки крайне опасной инфекции я забираю пациента в Центральную окружную больницу. – мрачно, с расстановкой повторил доктор. – Хочу вам напомнить, что, чиня препятствия медицинской службе, вы нарушаете Устав. Я приказываю немедленно передать мне больного!
Кат Гатар ничего не ответил. Смерив врача взглядом, он подозвал жестом пару солдат.
– Документы ваши можно, господин лекарь? – вкрадчиво спросил майор – И масочку снимите, чтобы лицо было видно. Так-так, Хол Стерна, инфекционное отделение Центральной окружной… Тут, понимаете, какая несостыковка – докладывал я о больном в штаб, а приехали вы. А я вас, доктор, не знаю, и проверить, что вы тот, за кого себя выдаёте быстро не смогу.
– Что за глупости? – повысил голос врач. – Нам передали о возможном случае горной лихорадки, и мы немедленно…
– А как вы так быстро сюда добрались? – перебил его майор. – До Центральной окружной по прямой – километров сто. Вы что, прямо на границе
