нелюдим, немногословен и угрюм, то его двойник должен любить общество, сыпать остротами и оптимизмом. А так как Никита не хотел становиться пустышкой и дамским угодником, то такого человека ему предстояло сыграть.
Он даже подобрал себе пример из позднего советского фильма «Покровские ворота» – неунывающего аспиранта Костика, которого, казалось, любили все. Если бы ему удалось вести себя, как он, от девчонок не было бы отбоя. Шубин испытывал к герою Меньшикова одновременно два острых и почти противоположных чувства: зависть и презрение. Да, он бы хотел уметь так просто сближаться с людьми и внушать им полное доверие; но до чего противны такие персонажи, влезающие тебе как будто под кожу своими расспросами, мнениями и помощью, которую не просишь.
Так он и оказался в студенческой драматической студии «Гроза» среди сверстников, страдающих от неправильного выбора профессии, невротических депрессий, просто похмелья, а главное, от отсутствия целей в жизни. На их фоне Шубин смотрелся как взрослый отец семейства, умудренный отношениями и ипотекой. Может, поэтому Денис Константинович, худрук студии, и согласился его взять, хотя даже призрачного актерского дара не заметил. Нужно же кому-то стулья таскать в этой банде ипохондриков.
Коллектив принял его настороженно. Все приходили сюда развлекаться, тешить самолюбие или просто найти подходящую компанию. Мотивы же с трудом идущего на контакт и закрытого, как банковский сейф, Никиты были слишком туманны. Первое время он выглядел точно робот, пытающийся притвориться человеком. Почти с первых дней за глаза его уже и не называли иначе, кроме как Вертер.
Но, к удивлению всех и самого Дениса Константиновича, считавшего, что без мало-мальской божьей искры даже на любительской сцене делать нечего, Шубин с невероятным, просто маниакальным упорством стал обтесывать себя, сначала превратившись из полена в деревянную куклу, а потом даже умудрившись вдохнуть в нее жизнь. Механический скрип дразнящих голосов «Я робот Вертер» за спиной Никиты стал утихать, и его странности уже стали такими же уважаемыми, как и у любого другого участника труппы.
Сам Никита, попав в драмкружок, почувствовал себя, точно упал в воду, при этом не умея плавать. Оказалось, драматическое мастерство – это не о гримасах и жестикуляции, у него есть научный фундамент, как в любой другой профессии. Чем-то оно схоже со спортом, ведь суть актерства – это управление собой, своим телом, пластикой, речью и даже мелкой моторикой. Если ты реально решил походить на кого-то другого, то должен понять, как он двигается, улыбается, моргает, скорбит, даже скучает, наконец. А в этом не обойтись без воображения, памяти, умения наблюдать и эмоциональности.
Шубин с жадностью наркомана прочитал все книги, что посоветовал худрук. Они открыли ему новый дивный мир. Почему они не оказались в его руках лет на десять раньше? Как он мог бы изменить свою жизнь! Каким притворщиком он мог бы стать, совсем не изменяя себе. Да, у него не было живости мозга, в моменте приказывающего телу исполнить новое движение, повторить интонацию голоса или мимику воображаемого чувства, зато природная упертость и способность многократно повторять скучные действия позволяли всякий раз догонять, получать одобрение Дениса Константиновича и удивленные взгляды других участников студии.
Конечно, Шубину не поручали главные роли, да и во второстепенных это были немногословные персонажи, не требующие душевных порывов, но он к этому и не стремился. Через год Никита вполне натурально мог изобразить радость, внимание и влюбленность, хотя и не испытывал их на самом деле. Он коллекционировал эмоции окружающих его людей, запоминал, а потом раз за разом повторял перед зеркалом в комнате общежития.
Соседи по комнате, сначала удивленные таким изменением Шубина, некогда смотрящего только под ноги, но никогда – в глаза, постепенно привыкли, объясняя все его театральным увлечением. Да и сам Никита стал покладистее, веселее и человечнее. Откуда им было знать, что это лишь игра, и они стали первыми жертвами его обмана.
Так же внезапно для всех Шубин увлекся интернет-знакомствами, только набиравшими популярность. И это человек, который на первом курсе сломал нос своей подруге? С другой стороны, с такой сомнительной славой в общаге ему было уже нечего ловить. Судя по тому, что новой подругой Никита так и не обзавелся, то ли интернет – так себе место для знакомств, то ли девушки чувствовали, что нужно держаться от таких людей подальше. Вот бы они удивились, с каким масштабом этот нелюдимый мизантроп начал плести любовные сети.
Когда все уже готово было к нанесению смертельного удара, Вселенная сделала будущему убийце бесценный подарок.
В его плане была основательная брешь, которую Шубин не знал, как заделать. Чтобы заманить девушку в парк, нужно было хотя бы познакомиться с ней. Но почти все существующие способы первого контакта были неприемлемы для его дальнейшей цели. Ясно же, что после исчезновения милиция начнет проверять ближайший круг жертвы, и он первым попадет под подозрение. Никто из ее окружения не должен его видеть, и желательно – даже знать о его существовании.
Вдруг сервисы знакомств начали появляться бурно, как прыщи на лице подростка. И, что важнее, – становиться все более популярными. А интернет – это зона инкогнито, рай анонима. Никто не проверяет твое имя и аватарку. При регистрации ты можешь использовать одноразовый адрес электронной почты или номер сотового телефона, сим-карту для которого легко купить в уличном ларьке, назвав любое имя. Как будто кто-то снова указал Никите путь, как тогда в виде беззащитного котенка в его ладони. Какая-то сила явно хочет помочь, укрывая плащом новых, немыслимых раньше технологий.
И сколько там оказалось девчонок, ищущих вторую половинку или просто желающих спрятаться от одиночества, – нежных, загадочных, прижимающих свои теплые пальчики к клавишам и, по сути, беззащитных! Им всем так хотелось верить в красивую ложь, что Шубину даже не приходилось мудрить. Он ведь не собирался потом встречаться и соответствовать своему образу. Если жертва хотела, чтобы он был красивый, то лучшие фото красавчиков были к ее услугам. Если она искала богатого, то любая мечта была обещана к исполнению. Нужен внимательный, верный мужчина – так и это пожалуйста. Как тут устоять?
Никита вел сразу с десяток переписок, с трудом пытаясь не сбиться в созданном им обмане. Уже позже он продумал систему, как избежать путаницы в этом насквозь фальшивом мире, а первое время избегал разоблачения только благодаря случайностям или огромному желанию собеседниц не разрушать идеальный образ, который они вдруг смогли найти. Очень быстро нашлись девушки, готовые прийти на встречу. Ни одна из них не догадывалась, чем рискует.
4
Никита помнил свое первое убийство человека так же хорошо, как и первую любовь.
