— Да мы уже замочили их с полсотни…
Эрни лихим ударом покончил с подранком. А я с некоторым злорадством увидел, как каменеет его лицо. Наш пахан-командир явно переживал собственный промах, когда он повел отряд в неизвестность, не разведав полностью обстановку.
— Подсказки. Должны быть подсказки! — воскликнул я, заливая хил в боевых товарищей. — Что там плел этот страж наверху?
— Что-то про воинов, что не сдавались…
— Нечто, поглотившее их…
— Что они желают вечного покоя… Но чары держат их…
Народ накидывал фразы, но я чувствовал, что все это не то. Стиснув зубы, я попытался нашарить мятущимся впотьмах разумом ответ… но его все не было. Как практически не было и Маны, что была на донышке. Тихий давно уже огрызался лишь эпизодическими молниями, а здоровье воинов просело до 60–70 %. Держать ниже было просто опасно. Реакции замедлялись, по телу гуляли волны боли, близ столбиков Жизненной Силы моих «сотоварище» множились значки травм и кровотечений.
— Чёрт, он говорил, что им нужен покой, но и только! «Найти Логова и упокоить призраков!»
А я же вдруг вспомнил те слова, коими он нас встретил.
— «Ее огни лишь для призраков, живым нет места в Великой Пирамиде!»
— И что это может значит?
— Да то и значит, что Огни — для призраков! Может они летят на огонь? Твою мать, да сама Пирамида называется Пирамидой Семи Огней! Может потому он и не сказал о конкретном способе, потому что он о нем уже сказал?!
Честно говоря, мысль была несколько бредовой. Но я задницей ощущал, что она верна!
— Первым делом проверяем, привлекает ли их огонь. Валим эту парочку и гасим факелы, — приказал я… и все подчинились.
Как назло два доковылявших до нас гнилых туловища уж больно умело прятались за щитами, никак не позволяя себя добить. Сплюнув, я запустил в них две Молнии Андала, практически обнулив свою Ману. Зал озарился фиолетовыми вспышками, после чего бросил факел на пол и придавил пламя сапогом. Через несколько секунд Тихий (кроме меня только он держал факел), повторил мой жест и мы оказались в кромешной тьме.
Твою мать, я, наверное, в жизни не испытывал такого страха… Где-то рядом, распространяя тяжелый сладковатый «аромат» гнили, шуршали облаченные в мертвое мясо Воины Санкту, а мы, вглядываясь во тьму, стояли на месте, боясь пошевелиться.
Шорохи, скрипы, звеньканье ржавого железа… О Господи, кажется, один из уродов прошел в полуметре от меня!
Сердце сковало оковами страха, но…
ГЛАВА 24
Но…
Но, черт подери, они не нападали! Похоже, их действительно приманивал свет!
Мы просидели в полной темноте минут десять, прежде чем призраки с противным хлюпом не развоплотились и не полетели по своим делам.
— Зажигать? — спросил я шепотом, нащупывая на полу пропитанную маслом ветку.
— Погоди… Сначала обнови баффы. Чёрт, похоже, работает! — приказал Эрни. В его голосе слышалось неподдельное облегчение.
Чиркнув пару раз голумским кресалом, я запалил факел и высоко поднял его над головой. Никого.
— Они скоро вернуться, надо обыскать залу.
— А что ищем? — спросил Санчез.
Но наш командир лишь пожал плечами.
— Что-то, да ищем. Начали!
Что у Эрни было не отнять, так это быстроту мышления. Когда впереди была четка цель, он не терпел ни единой зазря потраченной минуты.
Жутко рискуя, мы рассыпались по залу, пытаясь обнаружить нечто, что могло помочь в решении нашей задачи… И почти сразу нашли такое «нечто»! Так что по факту Эрни был не столь уж и не прав, предполагая сориентироваться на месте. Просто эту «ориентацию» мы смогли провернуть только после того, как смогли спокойно пораскинуть мозгами, не отбивая ежеминутные атаки.
Я быстро подбежал к указанному Тихим «нечто». Это была вмурована под углом в стену чаша примерно двадцати сантиметров диаметром. Золото тускло поблескивало на трепещущем свете факелов. Страшно представить, сколько за такую отвалили бы на Земле…
— Думаешь, оно? — тихо спросил я, боясь накликать на нас призраков.
— Если это не «оно», то тогда я х*р его знает, что может быть «оным»…
Ну да… Больше никаких объектов не наблюдалось. Лишь испещренный загадочными узорами камень.
Пройдя вдоль стены по «ободу колеса», мы почти сразу же нашли еще одну.
— Спорим, их будет семь? — улыбнулся Тихий. Но это был риторический вопрос. — Остается понять, что с ними делать…
Фразу Тихого прервал далекий всхрип-скрип.
— Сука. Они идут.
— Что тут понимать?
Быть может, это было немного глупо (а может и не немного»), но я без колебаний ткнул факелом в чашу и совершенно не удивился, когда там вспыхнуло зеленоватое пламя, в мгновение ока озарившее залу потусторонним светом.
Несколько метров и я зажег следующую чащу.
— Твою мать, призраки! — воскликнул Санчез с противоположного конца залы.
Р-р-р-р! Стоило мне возжечь пламя, как в зале материализовалось сразу четыре Воина Санкту.
— Так не стой столбом, баран, зажигай огни!
И мы дружно рванули к оставшимся чашам.
Ха! Но легче было сказать, чем сделать. Я сделал лишь несколько шагов вдоль стены, как воздух впереди заколебался, и над полом зависла призрачная фигура рыцаря.
Сука, как не вовремя!
Не раздумывая, я бросил в нее Молнию Андала, но она бессильно миновала призрачные телеса и расплескалась черным маревом о стену за спиной призрака.
Ах так?
Ну и пошел он тогда на х…
Внезапная злость на мгновение поглотила разум, но этого мгновения хватило, чтобы я просто рванул насквозь через Воина Санкту…
И время застыло. А перед глазами пронеслись обрывки… нет, тени воспоминаний. Небольшой город с мощеными улицами, толпа разномастно разодетого зеленокожего люда, бл*дь, женщина Голумов! Невысокая и худая с забавными «негритянскими» косичками… Кадр жестокого сражения с варварской конницей, умирающий от страшной раны на груди Голум… Еще какие-то невнятные картинки…
И вдруг я оказался прямо перед чашей…
Господи, что это было?! Воспоминания этого призрака? Тысячи лет назад?
Но раздумывать было некогда, я ткнул факелом в чашу и тут же отшатнулся от взвившегося языка зеленого огня, а неподалеку сгустилось еще две белесые тени.
— Чёрт… — послышалось с другого конца зала.
Оглянувшись, я увидел, что дела действительно были в состоянии «бл*дь». Общими усилиями мы зажгли уже шесть из семи Огней, но подход к последней чаше оказался полностью блокирован аж четырьмя (!) материализованными Воинами Санкту, а мы же напротив были размазаны по залу!
Самый близкий к ней — Санчез, сжимая меч, в нерешительности замер перед призраками. От чаши его отделяло буквально несколько метров… Но это были чертовски длинные несколько метров!
Твою ж мать, неужели все напрасно? В зале уже было не мене десятка материализованных призраков, что оставляя слизевые следы, ковыляли к нам. Еще несколько облачками белесого марева вились над темной гладью.
— Сделай все что можешь! — крикнул Эрни Санчезу, но что он мог?
— Тихий! Вваливай все, что есть! — скомандовал я магу и послал две Молнии Андала в преграждающих путь Санчезу уродцев.
Как назло мы с Тихим были на противоположной стороне зала. Мои молнии впечатали одного из призраков в стену, но вот Грозовой Шторм мага задел их кодлу лишь краем.
Тем временем, Санчез не стоял без дела. Размахнувшись, он вдруг кинул меч в темную гладь, дабы проверить, можно ли как-то обойти призраков по ней. Но чертова жижа поглотила железку, даже не поморщившись. Красавчик матернулся, затравлено оглянулся и вдруг, сделав разбег, взвился в воздух, пытаясь перепрыгнуть с «обода» на «спицу»…
Долгие две секунды мне казалось, что сейчас он бухнется в темный омут и это будет полный п*здец…
Но удачливый ублюдок, выпростав левую ногу, каким-то чудом дотянулся до каменной дорожки и, секунду побалансировав на краю, таки перенес центр тяжести вперед.
