Но задача оказалась не из легких. Ящики плотно закрывались, и просунуть пластинку было трудно. Она яростно пыталась открыть ящик, царапая отполированную поверхность розового дерева. Наконец, она смогла просунуть пластинку, но тут наткнулась на замок. Кэролайн в отчаянии снова огляделась.
На небольшом столике стоял серебряный подсвечник с наполовину сгоревшей восковой свечой. («А меня заставлял пользоваться сальными свечами», — с отвращением вспомнила она.) Кэролайн сняла огарок, бросила его на пол и принялась бить подсвечником по замку. Попасть в цель было трудно. Кэролайн несколько раз чуть не угодила по руке.
Но она была в ярости. Столько уже сделать и сдаться! Если бы Джейнс не был так предан Уолтеру, если бы с ней был Дикон, если бы…
Эти «если бы» никогда ей не помогали. И теперь не помогут. Кэролайн принялась за работу с удвоенной силой.
Замок не поддавался. Передняя стенка ящика тоже была прочной. Тогда Кэролайн, сев на пол, заколотила по дну ящика подсвечником. Дно было сделано из более тонкого дерева. Царапая и колотя по дну, Кэролайн смогла разбить его, наконец, и содержимое ящика посыпалось на пол.
Кэролайн поднялась с пола и села в кресло, откинувшись на спинку. Она отбросила назад волосы, падавшие на глаза, размяла плечи, болевшие от напряжения, а затем опять опустилась на колени и стала изучать содержимое ящика.
В ящике почти ничего интересного не оказалось: перья; визитные карточки, чистый, аккуратно выглаженный носовой платок. Что-то сверкнуло, и она увидела связку ключей.
Один из ключей подошел к ящикам письменного стола. В самом нижнем Кэролайн нашла бухгалтерскую книгу, которую быстро пролистала. Она не могла понять записи и отложила книгу в сторону: она возьмет ее с собой. В другом ящике были письма. Они с Досси не смогут все это унести вместе с ее вещами! Кэролайн вложила целую стопку писем в бухгалтерскую книгу, оставив остальные лежать на полу.
В связке было семь ключей. Один из них, короче и больше остальных, привлек ее внимание. Она вспомнила, что подобный ключ был у ее отца, и вдруг поняла: это ключ от сейфа!
Минуты через три она нашла сейф за картиной с изображением корабля, несущегося на всех парусах. Ключ подошел. В сейфе были стопки банкнотов, перевязанных бечевкой, и кожаные мешочки с золотыми соверенами. Кэролайн оставила соверены, они были слишком тяжелыми, взяла пачку банкнотов и засунула их за лиф платья.
Прижав к себе бухгалтерскую книгу так, чтобы не выпали письма, она оставила все как есть: содержимое ящика вместе с кусками дерева было разбросано по всему полу, поцарапанный подсвечник без свечи стоял на письменном столе. Серебряная закладка в кожаном чехле отправилась в бухгалтерскую книгу. Она подошла к двери, прислушалась и, ничего не услышав, повернула ключ. Кэролайн приоткрыла дверь и выглянула. Она увидела не только Досси, но почти всех слуг, которые собрались в холле и о чем-то оживленно шептались.
Они забрасывали Досси вопросами, а та повторяла одно и то же:
— Ничего не знаю!
Кэролайн поспешила ей на помощь.
— Довольно, — повелительным тоном сказала она, обращаясь к слугам. Некоторые удивленно посмотрели на нее. «Не привыкли к тому, чтобы я повышала голос», — подумала Кэролайн. Она мало занималась слугами в прежние времена. — Можете возвращаться к своим обязанностям. — Кэролайн обошла толпу и, плотно прижав к груди бухгалтерскую книгу, взяла в обе руки по чемодану. — Пошли, Досси.
— О, мисс Кэролайн! Я уже не надеялась, что вы когда-нибудь вернетесь, — проговорила Досси. — С вами все в порядке?
— Да, — Кэролайн повернулась к дворецкому, стоявшему у нее за спиной. — Джейнс, можете открыть дверь.
Джейнс бросился выполнять ее приказание, но выражение лица у него было сердитое.
— Где его светлость сможет вас найти? — спросил он. — Он захочет знать.
Кэролайн со значением посмотрела на его ногу и сказала:
— Объясните ему, что я живу в другом доме.
Высоко подняв головы, они с Досси вышли на улицу. Слуги, которые и не подумали разойтись, изумленно наблюдали за ними.
Но только когда они сели в экипаж, Кэролайн вздохнула с облегчением. Она обняла Досси за плечи и воскликнула:
— Мы сделали это! Не могу поверить, но мы сделали это! О Досси, мне было так страшно!
— Они никогда не узнают, что вам было страшно, — утешала ее служанка. — А этот мистер Джейнс! О, как вы его!
Кэролайн откинулась на спинку сиденья и положила бухгалтерскую книгу на сиденье рядом с собой.
— Да, неплохо получилось, правда? Я и представить не могла, что способна на такое. Надеюсь, что больше никогда не вернусь в этот дом.
Двухмачтовый люгер стоял на якоре в Глобсденском проливе, волны тихо бились о его борт. Кроме двух членов команды, на палубе никого не было. Команда была внизу, в кают-компании — пряталась от дождя.
— Если не будет ветра, мы никуда не пойдем, — сказал Гарольд Пенни Дикону. Двое других таможенников кивнули головами в знак согласия. — Раз идет дождь, должен быть и ветер. Черт!
— Вы зажжете огни? — спросил Дикон. — Если мы сможем двигаться, конечно.
— Капитану решать, — ответил Пенни. — Вы правильно поняли Макбрайда: действительно к северу от Димчерча? Он мог вас сбить с толку специально. Может быть, на самом деле они подходят с юга. Стена Димчерча тянется чуть дальше на север, а это значит, что там полно песка и гальки, через которые нужно пройти, чтобы подойти к берегу, так же как и здесь. Здесь нет никакой дороги к морю. Лошади не пройдут, понимаете — о чем я? Лошади должны довезти товар до лодок, на которых его доставят на болота.
— Что такое Стена Димчерча? — спросил Дикон.
— Песок и галька на всем протяжении от Хайта до Дендж-Несса. Разве вы не видели? Даже лодка не может подойти.
Дикон старался не показывать своего разочарования. Он был уверен, что суда разгружаются на севере, как сказал Барт Макбрайд. Он вдруг воспрянул духом. А что, если Макбрайд решил, что «мистер Ричардс» ему не поверит и станет искать на юге, когда выгрузка происходит именно на севере?
Он поделился своими соображениями с Пенни.
— Макбрайд — отъявленный мошенник, — произнес тот. — Может быть, вы и правы, дружище. Пойдем на север, если будет ветер. Но особенно не рассчитывайте на успех сегодня. Дождь, ни луны, ни ветра. Черт! Мы называем это «счастьем таможенника».
Примерно с час они с мрачными лицами просидели в тесной каюте, ожидая изменения погоды. Дикон пожалел, что не оставил немного коньяка из бочонков, полученных от Макбрайда. Сейчас коньяк не помешал бы.
Наконец, они услышали крики и шум над головами, грохот якорной цепи, скрип и стоны старого судна, которое выходило в открытое море. Дикон поднялся на палубу. Матросы поднимали паруса. Легкий ветерок раздувал их, и они повели старый люгер на север. Только на корме горели ходовые огни. Дождь все еще шел, но Дикону показалось, что он уже не такой сильный.
