Только посреди ночи Аля проснулась от нарастающего гула. Она привыкла к шуму ветра и мелодии волн у подножья скалы, но звук доносился из-за двери, скрежещущий, едва уловимый. Неправильный звук!
– Эрукил, это ты? – еще не вполне проснувшись, спросила Аля. Зверек, едва успев привыкнуть к новому жилищу, уютно спал в ногах. Но он тоже что-то почуял, подскочил и кинулся в двери, жалобно скуля.
«Портал! Это снова портал гарпий! Кто-то открыл портал!» – в ужасе осознала Аля, явственно улавливая пугающий запах дыма.
Но она не успела ни выбежать в коридор, ни позвать на помощь. Чья-то мозолистая ладонь накрыла рот, а к шее оказался приставлен острый нож. Низкий женский голос прошипел:
– Крикнешь – убью.
– Бенну, спаси! – хотела позвать Аля, но из перехваченного грубой рукой горла вылетел лишь хрип.
Глава 14. И все поглотит пепел…
Их несли над морем. Алю привел в себя запах соленого ветра, который колкими брызгами омыл холодные щеки. Это прикосновение совсем не напоминало те нежные объятия ветра, которые ласкали во время памятного полета с Бенну: они обжигали ледяной неизвестностью, заставляя покрываться мурашками.
Из груди вырвался сдавленный кашель. На губах вкусом разложения хлопья пепла. Пепел… Откуда? Аля с трудом открыла глаза. Ресницы слиплись от слез, которые она не успела выплакать.
Почему не успела? Какое-то время сознание не желало собирать разрозненные эпизоды страшной пленки. И лишь гул крыльев над головой заставил все вспомнить: ее похитили. Ее и, похоже, еще кого-то из невест.
Чья-то грубая рука закрыла ей рот в покоях, а на шее ссадил след от приставленного к артерии кинжала. Старинный подлый метод нападений сработал, от ужаса Аля онемела, а потом ей, похоже, что-то вкололи или применили магическое средство. Она потеряла сознание и лишь смутно помнила, как с ней вылетели наружу из окна, ныряя в темный портал, расколовший непроницаемой нефтяной чернотой кобальтовое ночное небо.
А теперь, зависнув в когтях беспощадной гарпии над ревущими волнами, Аля испытывала тот ужас, который выламывает суставы и скручивает тугим узлом внутренности. Она была одна! Совершенно одна в окружении молчаливо парящих над водной бездной темных тварей. При нападении на дворец рядом оказались Бенну и Огвена, они защищали невест, они сражались спина к спине. Но вот они остались где-то далеко, по ту сторону портала. Живыми ли? Искаженное мукой страха воображение рисовало катастрофические полотна разоренного дворца, осыпающегося грудой обугленных камней. И от бесконечного испепеляющего одиночества хотелось прекратить дышать, застыть насекомым в янтаре. Не мыслить и не испытывать это бесконечное отчаяние.
«Нет! Они живы! Это провокация!» – упрямо сказала себе Аля, когда ветер кинул в лицо новую порцию брызг. Похоже, ее унесли далеко: она видела вдалеке поросшие хвойными лесами склоны и ежилась от пронизывающих порывов. Легкая ночная сорочка, подходящая для душных ночей на острове Фрет, ничуть не защищала от чужого непривычного холода. Все намекало на то, что ее тащат прямиком на остров гарпий.
Вскоре она пришла в себя настолько, чтобы приподнять голову и лицезреть отвратительное чудовище с когтями, лапами гигантского орла и верхней частью туловища женщины в черном мундире и сплошной маске. Темные крылья окутывали полупрозрачной магией, а птичьи лапы крепко вцепились в плечи Али.
Полет с Бенну над городом не причинял никакой боли, лишь захватывал дух кружением воздушных потоков. Но теперь спина нестерпимо ныла. И это притом что большую часть пути похитители, судя по всему, проделали через подлый портал, открытый во дворце. Невычисленный предатель разыграл свою партию.
Похоже, похищением невест он выманивал Короля. Или же надеялся ослабить его защиту. Аля подозревала, что ее уж точно не несут в гарем королевы гарпий. Впрочем, все мысли и логические построения с трудом пробивались через густой комковатый кисель беспредельного ужаса. Она помнила похожие ощущения при сражении в саду, но теперь беззащитность в стане врага десятикратно усилила их.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
В тело впивались будто не когти безмолвно несшей гарпии, а острые клинки. Целый арсенал мечей и ножей разрывал изнутри. И Аля удивлялась, что все еще жива. Но надолго ли? Возможно, ее хотели измучить и убить, а изуродованный труп преподнести в качестве «подарка» на свадебный пир Короля. И тем самым объявить войну. И обречь на смерть заложницу-принцессу.
«Эрин!» – вздрогнула Аля. На небольшом расстоянии от нее несли облаченную в легкое зеленое платье принцессу гарпий. Глаза ей завязали, а руки она недовольно или нервно скрестила на груди. Похоже, не она руководила похищением.
«Исиф тоже здесь? Но зачем? – вздрогнула Аля, повернув голову в другую сторону. – А хотя… и я зачем? Зачем? Зачем все это?»
– Отпустите меня! Вы не имеете права! Я гражданка острова Фрет! – отчаянно визжала Исиф, шипя, как настоящая гарпия.
– Отпустить? – глухо хмыкнул ее похититель. – Мы блокировали твою магию. Могу и отпустить. Хочешь вниз?
Аля отчетливо слышала глухой грудной голос крепкого мужчины в такой же черной форме и сжалась, отчетливо понимая, что похититель способен исполнить свою угрозу. Исиф затравленно встретилась взглядом с Алей, но больше не проронила ни звука.
Остаток пути без надежды они проделали в тягостном молчании, от которого разило могильным хладом, а привкус тлетворной магии усиливал впечатление: впереди ждала только смерть. Об этом, казалось, шептали и темные хвойные деревья, выставившие оборону колючих ветвей вокруг пустынного каменистого острова с развалинами витиеватого древнего храма, укутанного корнями и мхами. К нему-то и направились похитители.
– Экипаж прибыл, дамы, можете выходить, – издевательски прокаркала гарпия и расцепила когти, не заботясь о снижении высоты, и Аля со слабым писком упала в дыру между каменных плит.
Правый бок отозвался тупой болью, когда соприкоснулся с нервной подстилкой изо мха и дробленого кирпича. Ушибленный локоть разнес по всему телу иголки острой боли, срывая с губ сдавленный стон. Аля не привыкла к такой боли. Она не заслужила такой боли! Не заслужила ничего из случившегося с ней, даже самое радостное, даже встречу с Бенну. Судьба несла ее, как перышко по ветру, который превратился в жестокий ураган.
– Заткнись! – рявкнула из-под маски гарпия. – Достало слушать твое нытье в замке.
«В замке… – отпечаталось в сознании. – В замке! Значит, это и есть предательница. И она знает меня!»
Аля перебрала мысленно лица всех, кто как-то с ней общался, но никого, кроме Эрин, на роль злодейки не подобрала. Гарпия нависала над дырой в потолке. Аля же оказалась в темноте, разреженной лишь тонкими полосками света, проникающими через щели полуразрушенной кладки и узкие бойницы окон. Неизвестно, кому молились в этом месте, но Аля подозревала – самому Змею Хаоса. Скупые лучи выхватывали колонны, обвитые гигантскими змеями. К счастью, пока только каменными.
– Исиф… Ты… ты здесь? – стуча зубами от страха и холода, позвала Аля.
– Здесь, – пролепетали совсем рядом, из темного угла. Глаза постепенно привыкали к темноте, и Аля заметила съежившуюся фигуру, поджавшую колени и обнявшую себя руками.
– Ты как?
Вопрос звучал неуместно. Конечно, они обе содрогались в панике. Их похитили и не принесли заложницами во дворец на острове гарпий, например, в отместку за полудобровольное пленение Эрин. Их выкрали с какой-то другой целью. Кто-то держал их в сыром подземелье, а вскоре явились сторожа и связали руки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Молчать, не двигаться, – приказали они, усаживая продрогших пленниц рядом друг с другом. Исиф глухо всхлипывала, пока гарпии навязывали тугие узлы на тонкие запястья, Аля несколько раз вскрикнула, когда задевали и выворачивали ее ушибленный локоть. Она надеялась, что посчастливилось ничего не сломать, но ребра ныли при каждом вздохе. И целебной магии фениксов не предвиделось.
– Они убьют нас… сдерут кожу и принесут в жертву Змею, – дрожащими губами лепетала Исиф, когда часовые удалились. – Как только за нами придут, они сдерут с нас кожу. И п-показательно выпустят, выпустят еще живыми навстречу, чтобы… Чтобы… Я знаю, знаю их природу, природу м-м-моего племени…
