Наки гневно повернулся к нему.
— Мистер Бейтс, даже безграмотный дикарь никогда не сделает ничего подобного в отношении своего хозяина.
Ричард покраснел. Было невероятно слышать из уст индейца такую литературную речь. У него даже не было акцента!
— Сможем ли мы удрать от них? — спросил Бен.
— Сомневаюсь, что это можно сделать на этих неповоротливых вьючных лошадях, — ответил Наки.
Торн свирепо глянул на него.
— Давай, давай. Оскорбляй моих лошадей.
— Я вынужден это делать, — ответил тот. — Несмотря на… неопытность наших гостей, было бы благоразумнее ехать на хороших лошадях.
— Разве я виноват в том, что с хороших лошадей некоторые из них свалились бы через пять минут? — проворчал Торн. Он положил руку на кобуру револьвера. — Давайте отправляться. Бен и вы, Ричард, не отставайте от Торренса, пожалуйста, прикрывайте их отход.
— А где будете вы? — саркастически спросил Ричард.
Торн улыбнулся. Но улыбка его была далеко не приветливой.
— Наки и я встретим гостей в лагере.
Ричард насмешливо выслушал эти слова, но последовал за другими. Когда они поравнялись с Торренсом, он подошел к Трилби и взял ее за руку с видом ее единственного защитника. Торн резко взглянул на него, но сейчас было не до ревности. Он дал знак Наки, и они скрылись среди деревьев.
— Они действительно собираются встретить мексиканцев, мистер Торренс? — спросила Сисси, когда они спускались вниз, где в загоне находились лошади.
Торренс посмотрел на нее. Она была ближе всех к нему, остальные переговаривались между собой. Эта девушка рассуждает, как мужчина, весело подумал он, она не проявляет никакого страха. Ей можно сказать правду, она поймет и не испугается.
— Нет, мэм, они постараются их как можно больше убить, а остальных заставить отступить вниз, чтобы дать нам возможность уйти отсюда.
У Сисси перехватило дыхание. Она с беспокойством обернулась на гору. Она знала, что Наки сможет позаботиться о себе, но представить его убитым было выше ее сил.
— Апачи очень осторожные люди, мисс Бейтс, — понимающе сказал Торренс.
Сисси обернулась и покраснела.
— Я волнуюсь за обоих.
— Да, мэм. Конечно.
Сисси последовала за ним, на нее успокаивающе действовали его уверенные движения. Некоторые на ранчо, кажется, считали, что мистер Торренс слишком стар для серьезных дел, но она бы не стала списывать его со счетов. У него было гораздо больше сил, чем казалось.
Трилби не стала оглядываться. Она боялась, что ее лицо выдаст ее. Торн пришел сначала к ней, чтобы позаботиться о ней, это кое-что значило. Но сейчас она волновалась лишь о том, чтобы с ним ничего не случилось.
— Не волнуйся, все будет в порядке, — сказал, улыбаясь, Ричард. — Я позабочусь о тебе.
— Какой же ты непостоянный, Ричард, — упрекнула его Джулия. Она плохо выглядела, была измученной и грустной.
Ричард повернулся и взглянул в ее покрасневшее лицо.
— Большинство мужчин воспринимают женщину так, как она сама себя оценивает, — коротко сказал он. — Женщины, которые ведут себя неприлично, сами себя унижают.
У Джулии перехватило дыхание, она вспыхнула.
— Как ты можешь? Как ты можешь так говорить? Я люблю тебя. Я только хотела, чтобы ты знал, что я люблю тебя. Ничего ведь не случилось.
— Твое поведение просто неприлично, — бесстрастно сказал он, даже не повернувшись. — Ты унизила себя, какой бы ни был у тебя мотив.
Джулия закрыла лицо руками и разрыдалась.
— Это жестоко, — обратилась Сисси к брату. — Ты ведешь себя не по-джентльменски.
— Кто ты такая, чтобы говорить со мной о манерах, когда ты позволила краснокожему индейцу дотронуться до тебя своими отвратительными руками! — воскликнул Ричард.
Глаза Сисси гневно сверкнули.
— Ты паршивый грубиян!
— Пожалуйста, — вмешалась Трилби. — Нам грозит большая опасность. Сейчас не время ссориться.
— Трилби права, — Ричард улыбнулся ей, стараясь скрыть огорчение, которое доставил ему неожиданный взрыв гнева сестры.
— Давайте быстрее вернемся на ранчо, пока это еще возможно.
— Надеюсь, что с Торном и Наки все будет в порядке, — сказала Сисси подавленно.
— Я тоже надеюсь, — согласилась Трилби.
Вместе с несчастной Джулией они продолжали путь к лошадям. Трилби неудачно села на лошадь так, что смирное животное чуть не сбросило ее на землю. Через несколько минут они уже ехали по пыльной дороге, спускаясь с гор. Внезапно вдали разразилась стрельба, выстрелы следовали один за другим. Было ясно, что начался бой.
Трилби начала молиться. Она представила Торна раненым, вокруг него враги, и некому о нем позаботиться.
— С ним ничего не должно случиться, — молилась она, ее глаза были обращены туда, где шел бой.
Пожалуйста, Боже милостивый, пусть с ним все будет хорошо!
Глава 13
Первый выстрел раздался из-за дерева. Торн резко повернулся и выстрелил на звук, попав в спрятавшегося там человека в старой поношенной одежде.
— Осторожно! — крикнул Наки.
В узкий проход между скалами и деревьями выскочили еще три мексиканца, беспорядочно стреляя.
Ружье Наки выстрелило в ответ, и один из них упал. Торн убил второго. Третий мексиканец замахал кому-то револьвером.
Раздались многозначительные выстрелы из испанского оружия и топот ног нескольких человек.
— Проклятие! — пробормотал Торн, взглянув на Наки. — Посмотри, что ты наделал?
— Я? — спросил апачи.
— Именно, не притворяйся невиновным, — он быстро перезарядил ружье.
— Я всегда виноват, когда ты отправляешься в горы.
— Обычно так и есть.
Пуля просвистела совсем рядом, отколов кусочек валуна, за которым они пряталась.
— Проклятые гризеры[5]! — разозлился Торн.
— Как не стыдно прибегать к расистским оскорблениям.
Тори взглянул на Наки.
— Кровожадный дикарь.
Наки посмотрел на небо.
— А я мечтал, что смогу перевоспитать тебя. Берегись! — вскинув ружье, он выстрелил поверх плеча Торна, и как раз вовремя, иначе его друг был бы убит темной фигурой в домотканом пончо. Послышался стон и звук падения тяжелого тела.
— Спасибо, — хрипло сказал Торн. Он тяжело дышал, так же как и Наки. Тревога за судьбу Трилби и остальных охватила его. Сейчас ему некогда было думать о своих чувствах, его ум сосредоточился на том, как их защитить.
Наки понимал его без слов.
— Нас сбросят вниз, если мы что-нибудь не предпримем. И они станут преследовать остальных. Где этот самоуверенный белый павлин с Восточного Побережья?
— А теперь кто употребляет расовые оскорбления?
— Но все равно, он нахальный и самоуверенный, — сказал Наки, оправдываясь. — Сейчас я попробую зайти к ним в тыл.
