— Я уже один раз убил девушку. Я могу сделать это снова.
— Она умрет, если вы не попытаетесь. Именно эти негромкие слова Несты помогли ему наконец принять решение. Он долго молчал, а двое остальных прислушивались, ожидая слов, которые он все медлил произнести.
— Хорошо,— проговорил он наконец.— Я буду оперировать.— Лицо его по-прежнему было напряженным, но теперь, когда решение было принято, он казался более спокойным.— Мне нужны будут очень редкие и дорогие лекарства.— Его невыразительный взгляд остановился на Фелипе.— Вы привезете мне их с континента? Вам надо будет обратиться в Институт медицинских исследований. Это практически единственное место, где они имеются. Лекарства все еще находятся в стадии клинических испытаний. Вам будет нелегко их получить, наверное. Они не захотят расстаться даже с самой маленькой дозой, если вы не убедите их, что у вас действительно крайняя в них надобность.
— Я их получу.— Фелипе взял листок бумаги, на котором Карл записал все, что ему необходимо, и быстро пожал руку молодого врача.— Не тревожьтесь, Карл. Операция пройдет успешно. Ради нас всех, ради вас, но, главное, ради нее она будет успешной.
И он исчез. Когда дверь за ним захлопнулась, Неста повернулась к молодому хирургу, собравшемуся уходить.
— Как он может успеть?
— Он свяжется с ними по радио из «Паласио», а потом полетит на континент. Наверное, когда он приземлится, лекарства уже будут ожидать его в аэропорту.
— Но операция… Вы ведь сказали, что ее надо делать немедленно.
— Я не могу ждать, пока он вернется.— Казалось, перед ней совершенно другой человек. Эти худые чуткие руки были такими уверенными, ожидая ответственности, которой их когда-то лишили.— Я буду оперировать немедленно. На этот риск мы должны пойти. Если она выдержит операцию, то лекарство ее вытянет.— На мгновение он встретился с ней взглядом.— Тогда у меня его не было.
— А сможет ли Фелипе его достать? Вы сказали, что оно редкое, практически тоже экспериментальное. Ему могут его не дать.
— Если я хоть немного знаю Фелипе,— мрачно отозвался Карл,— он его получит.
«Да,— подумала про себя Неста,— Фелипе его получит».
С этим Карл ушел, чтобы приготовиться к операции. У Несты было странное чувство, будто она видела перед собой совсем другого человека — не молодого доктора Карла, лечившего разные недомогания и выполнявшего несложные операции, которые случались на Хуамасе, а уверенного в себе гениального хирурга из другой жизни. Готового наконец восстановить разорванные связи.
Что до нее, ей остается только ждать: сидеть здесь и стараться не думать о том, что будет означать неудача после вновь забрезжившей надежды.
Фелипе вернулся много часов спустя, усталый и осунувшийся, но с лекарствами. Медсестра сразу же взяла у него коробку и исчезла, оставив их с Нестой вдвоем.
В ответ на немой вопрос в его взгляде, она только покачала головой.
— Пока новостей нет, Фелипе. Карл оперировал или все еще оперирует. У меня не было никаких известий.
— Он уже оперировал!
Неста кивнула.
— Надо было действовать немедленно, иначе никакой надежды не оставалось.— Она передала ему слова Карла: если Моргана выдержит операцию, то привезенное им лекарство сделает все остальное, а потом добавила, стараясь отвлечь их обоих от мучительных мыслей:— Расскажите мне о Карле. Что с ним случилось?
— Он убил свою сестру.— Фелипе сел, поддернув свои белые брюки привычным жестом, показавшимся сейчас почти странным.— Карл — блестящий хирург, но то, что случилось, лишило его уверенности в себе. У его сестры была опухоль мозга, из-за которой ее парализовало. Карл придумал способ, при помощи которого опухоль можно было бы удалить, хотя большинство хирургов говорили, что это невозможно. Она убедила его сделать ей операцию. Он и сделал, а она умерла. Карл обвинил во всем себя и оставил хирургию, хотя его вины тут не было. Это был один из тех случаев, когда больной не выживает. Когда я с ним встретился, он жил в маленькой горной деревушке.
Тут он заметил, что Несте не требовались дальнейшие объяснения. Она поняла, что не ошиблась. Карл Кристен действительно был тем хирургом, о котором говорил доктор больницы Святого Кристофера: тем хирургом, который исчез, так что никто даже не знал, жив ли он. А он был жив. Он был здесь, на Хуамасе — там, где он оказался нужнее всего. И не только ради Морганы, но и ради него самого, она отчаянно молилась, чтобы операция оказалась успешной. Это вернуло бы ему утерянную уверенность в себе. Он спасет жизнь девушки — и миру будет возвращен гениальный хирург, в котором нуждались столь многие.
Фелипе снова начал затравленно метаться по комнате, и как и в прошлый раз, его остановило появление Карла. Карла, такого же измученного и выжатого, но ликовавшего.
— Она будет жить,— прошептал он, и впервые они переглянулись с улыбкой.
11
Сознание медленно возвращалось к Моргане. Сквозь тьму, которая по-прежнему ее окружала, до нее медленно дошло, что боли больше нет, и она возвращалась, чтобы это проверить. Первое, что она заметила, придя в себя, это что голова у нее вся перебинтована. Еще более удивительным было то, что за ней наблюдают Карл и Неста.
— Хэлло,— еле выговорила она, удивляясь, что голос у нее такой слабый — еле слышный шепот.
— И тебе хэлло,— нежно отозвалась Неста. Моргана не помнила ничего, кроме первого приступа боли, заставшего ее в вилле Несты, и удивилась, отчего на обоих лицах написано такое удовлетворение. И вообще, Карл казался каким-то другим, хотя было почти невозможно определить, в чем конкретно это выражается. Может, он стал увереннее и спокойнее, как будто какой-то тяжелый груз исчез — и он стал свободен.
— Вы оба кажетесь ужасно довольными жизнью,— сказала она им.
— И не без причины,— ответил Карл, улыбнувшись, когда она непонятно ослабевшей рукой при коснулась к окутанной бинтами голове.— Оставь в покое прическу,— потребовал он, и тут только до нее дошло невероятное.
— Карл! Ты оперировал!
— Да, либхен,— мягко сказал он,— и ты будешь жить. А теперь засыпай и ни о чем не беспокойся.
Моргана хотела бы сказать, что ей ни чуточки не хочется спать, что ей надо задать им тысячу вопросов, но тут почему-то глаза у нее сами собой стали закрываться, и она почти сразу же погрузилась в сон — глубокий, дарящий жизнь сон. Только гораздо позже ей рассказали о беспамятстве, в котором она находилась: она никого не узнавала, и жизнь ее висела на волоске, несмотря на удивительное лекарство, которое боролось за нее, смягчая шок, ставший неизбежным последствием такой операции.
