себя. На мгновение мне даже показалось, что радужку его зрачка затянуло темной дымкой.
— Не поняла...
— Я начал свое испытание с самой сложной локации и направился к вулкану. Но, когда дошел до его подножья, случайно провалился в какую-то пещеру... — он замолчал на несколько секунд, словно размышлял, говорить или нет. — Там я и нашел все эти кристаллы. Они являлись частью рисунка древних на стене.
— Это невероятно.
— Невероятно то, что я не помню последние три дня.
Это было очень странно. Но камни на моей ладони переливались магическим светом. Я чувствовала исходившую от них силу, что была в разы мощнее той, что таилась у древа или за водопадом.
— Получается, ты прошел испытание.
— Мы прошли, — поправил меня Грей, а затем многозначительно сложил мои пальцы на ладони. — Они твои.
— Но...
— Не переживай, у меня еще целая горсть таких в кармане.
— Убери от нее свои руки, Хорн! — неожиданно раздался суровый голос, и мое сердце дрогнуло в груди.
Я резко обернулась и увидела Дарина.
Он стоял, опираясь рукой о дерево, и тяжело дышал, по его лицу текла кровь, а куртка свисала с плеча, порванная в нескольких местах.
— Не хочешь, чтобы она прошла испытание? — иронично подметил Грей, но руку все-таки убрал.
— В этом нет смысла, потому что в Академию мы не вернемся.
Я неподвижно стояла, не сводя взволнованного взгляда с любимого.
Значит, он принял решение.
— Лисса, нужно торопиться. Испытание вот-вот закончится... — он тут же двинулся ко мне, протягивая руку, и я увидела, что солнце уже полностью садится за горизонт.
— Уже закончилось, — обреченно прошептала я.
— Лисса! — раздался голос Дарина и прежде, чем он успел меня коснуться, перед глазами все поплыло, я пошатнулась и в следующую секунду уперлась в широкий подоконник.
Я стояла в темном кабинете Академии и смотрела сквозь окно на летное поле, на котором уже стояли все мои однокурсники, в том числе Дарин и Грей, а еще Сайлс Норд, ректор Рэйман Варго, Киллиан Форс и сам император в окружении множества стражников.
— Снова сработала руна перемещения... — поняла я.
Но почему я здесь, а они там? Что происходит?!
— Лиссонька, я так рад, что ты цела, — раздался за спиной голос профессора Зелински, и я удивленно обернулась. — Впрочем, по-другому и быть не могло!
— Профессор?
— Нам нужно многое обсудить. К сожалению, у нас очень мало времени.
34
Я стояла в свете луны посреди начерченной пентаграммы и растерянно смотрела на своего преподавателя по зельеварению.
Мистер Зелински вел себя странно. Он суетился возле рабочего стола, наспех собирая в кожаную сумку различные колбы, флаконы и парочку ценных артефактов.
— Профессор, что происходит? — прошептала я, отойдя на всякий случай подальше от окна. — Как я оказалась здесь?
— Скажем так, я слегка изменил руну перемещения... — признался он, не глядя в мою сторону, и у меня от удивления расширились глаза. — И, судя по всему, не зря!
— Получается, вся эта стража...
— Да, милая, — подтвердил мои опасения профессор, поправив пальцем очки, что в очередной раз сползли ему на нос. — Они здесь из-за тебя. Ты выдала себя во время испытаний, призвав лунного драгона.
Да, я действовала инстинктивно, опрометчиво, на эмоциях...
Но по-другому я бы не выжила!
— Появление императора в Академии для всех стало сюрпризом. Демоново отродье! — несдержанно выругался наставник, уронив магический шар на пол, который покатился прямо к моим ногам.
Мистер Зелински остановился и закрыл глаза, пытаясь взять себя в руки, а я наклонилась и подняла артефакт, который обычно освещал аудиторию, но сейчас был не активен.
Видимо, чтобы не заметили свет в окне со стороны улицы.
— Спасибо, — натянуто улыбнулся преподаватель, забирая у меня из рук шар. — Нужно спешить, время на исходе.
— Куда? — не поняла я.
— У нас не так много времени, чтобы провести ритуал, а здесь очень мало места!
— Ритуал? — переспросила я, и плохое предчувствие кольнуло внутри. — О чем вы говорите, профессор?
Он остановился, прижимая двумя руками сумку к груди, и посмотрел на меня из-под опущенных очков, сверкающих линзами в лунном свете.
— Ритуал по разделению драгона и его носителя, — невозмутимо ответил профессор, а у меня свело скулы от услышанного. — Я все подготовил, остались лишь последние штрихи.
Я невольно сделала шаг назад, ощущая такой всеобъемлющий ужас, что мелкая дрожь пробежала вдоль позвоночника, а кончики пальцев онемели.
Расстаться с Лурэйн, значит, лишиться части своей души...
Никогда!
— Что такое, Лиссонька? — в глазах мистера Зелински отразилось недоумение. — Ты же сама хотела избавиться от метки и новой силы?
— Откуда вы знаете про мою метку? — настороженно произнесла я, пытаясь подавить нарастающую панику. — И про то, что я владею лунным драгоном?
— Милая, прошу, успокойся... — начал профессор, взволнованно оглядываясь по сторонам, так как время поджимало. — Я все тебе объясню, только, пожалуйста, давай уйдем.
— Нет, — твердо возразила я. — Сначала ответьте.
Я ждала, но он продолжал молчать, плотно сомкнув тонкие губы.
Здесь, во мраке кабинета, он больше походил на безумца, чем на добродушного преподавателя по зельеварению, которого я знала: растрепанные седые волосы, испачканный пиджак, сползшие на нос очки, через круглые линзы которых виднелся тусклый, но расчетливый взгляд, как у нуэрны.
И я вдруг поняла.
— Это вы... — ошеломленно произнесла я, покачнувшись. — Это ваших рук дело...
— Все ради науки, — ответил он, чуть приподняв лицо.
— Ради науки? — возмутилась я, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза.
Я доверяла ему. Он был моим наставником, другом, советчиком. Он обучил меня всему, был мне вместо отца, которого у меня никогда не было.
— Получается, вы с самого начала знали обо всем?!
— Конечно! Ведь это я сорвал печать Эйманда Рогана, обнаружив его старые записи. Я вернул солнечную магию двадцать два года назад, так и не узнав, в ком она пробудилась. И это именно я призвал лунного драгона в наш мир, заведомо зная, что он выберет тебя!
Профессор говорил громко, будто ждал признания и славы...
Впрочем, так оно и было.
— Я посвятил этому свою жизнь! — гордо добавил он, и я снова отступила назад.
Великий Драгон, как далеко он еще готов зайти, чтобы достичь своей цели?!
34.2
Я поверить не могла, но...
— Почему я? — прошептала, едва узнавая собственный голос. — Почему выбрали именно меня?!
— Потому, что в тебе течет кровь древних, — пояснил профессор, а после тяжело выдохнул, заметив мой растерянный взгляд, и продолжил: — Твоя мама была моей лучшей ученицей. Мы вместе искали способ, который должен был помочь полукровкам обрести своих драгонов.
— Мама? — сердце болезненно
