сжалось, а пустота в груди после ее потери вновь дала о себе знать.
— Эйлин Уайт была младшей сестрой императора и являлась прямым потомком Эйманда Рогана и Аривии Лэнс.
Но это невозможно!
— Их ребенок...
— Он не умер, — перебил меня профессор. — Его спасли с помощью древних знаний в целительстве. Само собой, императрица забрала ребенка к себе. А после, чтобы получить силу древних, заключила брак между выжившим сыном Эйманда и дочерью убитого императора.
— Это значит, что в венах всех членов имперской семьи течет кровь древних?!
— Поэтому у них есть доступ в библиотеку, поэтому они так отчаянно хотят вернуть солнечную и лунную магию!
Голова шла кругом. Поверить в это было так же сложно, как и в то, что я являюсь племянницей самого императора.
— Но моя мама... — произнесла я, сглотнув ком в горле. — Как она причастна к тому, что происходит сейчас?!
— Как я уже сказал, Линда помогала мне найти способ, который должен был обеспечить всех полукровок драгонами... — преподаватель запнулся, сжав сумку у груди побелевшими пальцами. — И помогла.
— Что это значит?
— Я нашел способ... — мрачно ответил он, а после сделал ко мне шаг. — Пойдем, нам нужно спешить. Стража скоро будет здесь!
— Нет. Я никуда с вами не пойду, — твердо ответила я, чуть вскинув подбородок. — И не позволю разделить нас с Лурэйн, потому что она — часть меня, половина моей души. Я скорее умру, чем расстанусь с ней.
— Но ты должна! — возмущенно воскликнул профессор, глядя на меня. — Это все во имя науки! Представь, сколько полукровок обретут драгонов, скольким еще мы сможем помочь?!
— Но не такой ценой...
— Они заслужили это, Лисса! Они не достойны такого дара! — окончательно вышел из себя мистер Зелински. Никогда не видела его таким. — Ты сама говорила, что они наглые, напыщенные аристократы. Они не ценят силу, не могут ей распоряжаться... И разве это не они оставили на твоем лице все эти шрамы?!
Даже, если так...
— Это неправильно. Нельзя забирать драгонов у одних и отдавать их другим!
— Неправильно? — прошипел он, брызнув слюной, и сумка чуть не выпала из его рук. — Неправильно всю свою жизнь ощущать себя неполноценным. Неправильно быть на побегушках у императора, который ни во что тебя не ставит. Неправильно жить в мире, в котором у одних есть все, а у других ничего!
Он сошел с ума.
— Я много лет потратил на то, чтобы обрести своего драгона, но в самый ответственный момент совершил ошибку. Теперь я этого не допущу!
Он хочет забрать Лурэйн себе?!
— Вы говорите ужасные вещи, профессор... — прошептала я, попятившись к двери. — Прошу, перестаньте...
— Твоя мама сказала так же, передумав в самый последний момент, — вдруг мрачно произнес он, опустив голову. — Она была слишком добрая, отзывчивая. Хотела помочь всем в империи... и все бы получилось, если бы не вмешался твой отец.
Что? Что он с ними сделал?!
— Мне очень жаль, Лиссонька. Но я так долго шел к своей цели, что теперь не отступлю!
Внезапно он разбил у моих ног склянку, из которой вырвался удушающий темно-синий дым. Голова мгновенно закружилась, ноги подкосились, и я повалилась на пол.
— Дарин... — бессильно прошептала я, но он был слишком далеко, чтобы меня услышать.
35
Дарин Форс
Я стоял в кабинете магистра и ощущал на себе тяжелый взгляд отца.
Император разрешил нам поговорить наедине, что было неслыханной щедростью с его стороны...
От которой я бы с удовольствием отказался.
— Плохо выглядишь, — укоризненно подметил отец, неотрывно глядя на меня.
Я нахмурился, чувствуя, как запекшаяся кровь неприятно стягивает кожу, раны зудят, а уставшее тело ломит так, словно меня скинули со скалы. Но меньше всего меня сейчас волновало мое самочувствие...
Я думал о Лиссе. Она не переместилась вместе с нами на поле.
Скорее всего, ее уже поймали и заключили под стражу, как и меня. Уверен, император спланировал все заранее. Ведь Сайлс Норд и Рэйман Варго без его ведома не стали бы проводить столь опасное испытание, во время которого чудом никто не погиб.
Но что они собираются делать дальше?!
— Как давно ты знаешь? — голос отца холодной сталью разрезал воздух.
Он сидел за столом магистра и неотрывно смотрел на меня, сжимая пальцы на подлокотниках кресла.
— С детства, — честно ответил я.
— Я правильно тебя понял, сын? — он чуть вскинул бровь. — Ты с самого детства знал, что Аракс — солнечный драгон, и не сказал об этом своей семье?
— Да, — врать больше не имело смысла.
В кабинете воцарилась тишина, нарушаемая лишь потрескиванием пламени в камине. Отец ждал немедленных объяснений, но я продолжал молчать.
Подумать только, я с самого детства мечтал возродить драгонов подобных Араксу, желал узнать их секрет...
Я посвятил этой цели годы усердной учебы, тренировок, собирался вступить в совет и даже согласился на брак по расчету, а Лисса осуществила мою мечту буквально за считанные дни.
— Как именно ты это понял? — вновь задал вопрос отец, и его тон стал жестче.
Напряжение между нами нарастало. Воздух в кабинете накалялся.
Я уверенно смотрел в глаза Киллиану Форсу, прекрасно понимая, что сейчас передо мной сидит не мой отец, а член совета Верховного, который всегда действует на благо империи, а не своей семьи.
— Лет в шесть, когда мы с Араксом играли под дождем... — я замолчал, выдержав паузу. Не хотелось делиться с ним чем-то сокровенным. — Мы преломляли свет, создавая радугу, и пускали «солнечных зайчиков», несмотря на то, что на улице было темно.
Отец нахмурился, и его подбородок нервно дрогнул. Так всегда бывало, когда он злился.
— Ты понимаешь всю серьезность ситуации?
— Более чем, — ответил я, сложив руки на груди. — Но вы ведь уже придумали решение данной «проблемы»? Странно только, что не весь совет Верховного Дракона прибыл сюда.
— Это ни к чему, ведь сам Верховный Дракон уже здесь.
— Действительно, — усмехнулся я и перевел взгляд на окно, за которым светила луна.
С каждой минутой плохое предчувствие усиливалось. Страх, беспокойство и гнев нарастали внутри. Я буквально удерживал себя на месте, чтобы не броситься к Лиссе.
Вот только меня не пустят к ней.
— Но ты прав... — неожиданно добавил отец, и я перевел на него настороженный взгляд. — Решение есть.
— Что император собирается делать с ней… с нами? — не выдержал я, наконец-то задав главный вопрос.
— Он хочет запечатать вашу магию на время.
— Запечатать? — не понял я, и отец поднялся с кресла и направился ко мне размеренным шагом. — С помощью рун на теле?
— Не совсем, — он
