самки оттеснили детей на безопасное расстояние.
Видя, что намечается потасовка, я выпустила силу, срывая медальон-блокиратор с шее.
Всех придавило к земле.
Не зря я годами корпела над книгами и тренировалась в непролазных лесах, сливаясь с силой природы и своего окружения.
– Милая, – выдавил из себя Никита, с трудом отрывая голову от газона. – Что происходит?
Самки поскуливали, обращаясь в волчиц, но сила всё равно жала их к земле. Только от детей я отвела атакующую волну.
– Простите, – извиняясь, хмуро посмотрела на Туманова. – Просто ситуация выходила из-под контроля.
– Серьёзно? – Арсений наградил меня язвительным взглядом. – То есть сейчас всё «зе бест»?
Крёстная, как человечка не подверженная атаке животной сути, поднялась на ноги, заметно дрожа.
– Именно так, – прошипела женщина, вырастившая меня. – Никакая я тебе не истинная, мальчишка!
– Ррр…
– Порычи мне ещё!
– Давайте все успокоимся, – взяла я слово. – Никита…
– Милая, убери свою силу, стая уже пришла в себя. Не пугай женщин.
– Простите, – ещё раз извинилась я, ослабевая путы. – Арсений, вы тоже… Просто так нельзя. Вам надо поговорить…
– Люди, – взвыл Туманов, изящно поднимаясь с газона.
Стая тоже быстро оказалась на ногах. Меня удостоили косых взглядов, но большинство приняли то, что я пресекла хорошую драку.
– Идём, – кивнул Арсений на дом, своими серыми глазами умоляя Сашу пойти за ним. – Нам надо поговорить.
– Саша, пожалуйста. Это ничем тебя не обяжет, – мою просьбу женщина проигнорировать не смогла.
Я с облегчением выдохнула, провожая пару полным тревоги взглядом.
Повернувшись к столу, думала сесть на стул, но Никита скоординировал точку моего приземления, посадив на свои колени.
– Какая у меня пара боевая, – тихо прошептал альфа, проводя носом по шее и целуя за ушком.
«Это просто невыносимо!»
– Нам тоже надо поговорить, – мрачно уведомила окружение я, спорхнув с колен Волкова и потянув его к дому.
Шаловливая улыбка Никиты тут же слетела с губ мужчины.
– Серый, безопасность сына на тебе, – тяжко вздохнул Волков и поплёлся следом за мной.
Глава 37. Доверие
В особняк я старалась бежать изо всех ног, но всё равно не успевала. Во-первых, Туманов воспользовался скоростью оборотня, а во-вторых за мной на буксире двигался цельный альфа, который мне воспользоваться примочками второй ипостаси просто не давал, двигаясь как черепаха!
– Никита, быстрее!
– Похвальное рвение, милая… Мне прям не терпится узнать, что такого ты решила мне сказать. Это что-то непристойное?
– Что? – я охнула, а потом возмутилась. – Перестань ёрничать. Я…
Мы вошли в холл, и я сразу услышала из-за двери одной из гостиных сердитое восклицание крёстной:
– Отстань от меня! Ты вообще оборзел, глупый мальчишка!?
– Я тебе не мальчишка, – свирепствовал в свою очередь Арсений, – невыносимая ты женщина!
– Ути-пути, – дразня, прогнусавила Александра. – Что? Уже и сопельки не надо подтирать?
– Ах, ты…
За дверью что-то упало. Кажется, кто-то из этих двух невозможных собеседников перевернул стол или кресло.
Я дёрнулась к двери, но Никита меня перехватил на полпути.
– Не надо. Сами разберутся. Он не навредит ей… если только совсем чуть-чуть… и только в благородных целях… – Волков тихо засмеялся.
– Никита, – зашипела я возмущённо, не видя ничего смешного в сказанном.
На сей раз слуха коснулся тихий сдавленный стон.
– Моя девочка… – горячий шёпот Туманова привёл меня в смятение.
Я покраснела, а Волков сильнее усмехнулся.
– Вот видишь? Там реально не больно… пойдём, покажу…
– Что? – я охнула, как только альфа резко нагнулся ко мне, подхватывая на руки. – Что ты делаешь?!
– Ты хотела поговорить, кажется? – невозмутимо ответил Никита, двигаясь слишком быстро для простого человека. У меня даже перед глазами поплыло.
Секунда, и альфа входит в свою спальню, открывая и закрывая дверь ногой.
Учитывая, что ставить на пол меня никто не спешил, я нахмурилась.
– Что? Будем разговаривать так? Не хочешь меня отпустить?
– Никогда, – просто ответил оборотень, садясь на край кровати вместе со мной и пристраивая меня на своих коленях.
Я окончательно смешалась.
– Эмм…
Слишком близко! Его запах, взгляд, страстное желание обладать мной – всё это настраивало вовсе не на светские беседы. Скорее на разврат в самой отвязной его форме!
– Говори, – проурчал альфа, утыкаясь носом в мою шею, – или я сойду с ума…
Я вздохнула, решаясь…
И прыгнула в омут с головой:
– «С ума по одиночке сходят», – процитировала одного из героев мультфильма, – а у нас с тобой, милый, намечается тандем, – привстав, я забралась верхом на застывшего в напряжении сверха и толкнула его спиной на дорогое меховое покрывало.
Одно мгновение – и ситуация переменилась. Меня опрокинули на постель, нависнув в виде неизбежности.
Никита нагнулся ближе, и я выставила вперёд шею, показывая своё полное доверие, как это принято у оборотней.
На меня упала капля.
Я вздрогнула и изумлённо вытаращила глаза.
– Никита? Ты что? Ты плачешь?
Мой истинный смотрел на меня, как на восьмое чудо света, и его глаза блестели от накатывающей влаги.
– Боже, Аня… как я тебя люблю…
Такого признания я не ожидала! Из меня будто бы душу вытянули, надули её, как воздушный шарик, и вернули на место обратно!
Чувство нежности и любви затопило до основания, переполняя саму суть.
Обняв Никиту за шею, потянулась к нему:
– Так люби…
На меня налетел настоящий тайфун! При всей осторожности, движения Никиты были порывистыми и резкими. Если и планировалась нежность, то через минуту она растворилась в лаве страсти и животной похоти.
Сарафан на мне просто разорвали, будто ему триста лет в обед! Но и я не осталась без своей доли вандализма. Пуговицы от рубашки альфы разлетелись горохом по всей комнате, как только я решила добраться до чувствительного торса любимого.
Мы целовались, как сумасшедшие. Менялись главенством, катаясь по всей кровати, пока не свалились на пол. Приземляться на сильного оборотня мне понравилось… но оседлать его…
– Да, девочка моя, – простонал Никита, как только я вобрала в себя его член на всю длину, хотя это было, действительно больновато. Член у альфы был что надо! – Блять, какая ты узкая…
Я поморщилась, когда любимый приподнял меня за талию и снова насадил на себя. Заёрзала, пытаясь привыкнуть к размеру. Всё-таки у меня никого не было после того единственного раза. А это четыре года назад!
Наверное, Никита понял причину моего неудобства, потому как осторожно приобнял меня и сел.
– Давай-ка, детка, сама сначала. Привыкни к нему. – Горячее дыхание Волкова опалило щёку. Губы Никиты отправились в путешествие по скуле и коснулись мочки уха, по которой тут же пробежался влажный язычок мужчины.
Я застонала в голос, прогнувшись от наслаждения.
Бёдра расслабились, и
