рак. Уши и щёки полыхали огнём, но я не отступила. Такой порядок у бет – пару альфы пропускать, а потом вламываться к нему на приём. Надеюсь, я достойно пережила эту минуту откровенного понимания всеми. Плюс – у оборотней такие финты ушами – обычное дело. Человеческое воспитание мешало мне раствориться в обыденности животных инстинктов сверхов, но что теперь!? Только привыкать.
«И готовится!» – поддакнула ведьма внутри меня, призывая сконцентрировать внимание не на никому не нужной скромности, а на безопасности.
Я зависла над доставленными Маликой артефактами до самого вечера, прерываясь только на сына. Женя проснулся, и мы закопались в недрах моих «игрушек», напитывая их силой вместе. Мой маленький гибрид очень помог в активации наиболее сильных оберегов. На ужин Никита нас буквально отнёс. Долго ругал, и спать уложил на одну кровать, разместив сына между нами. Женя был доволен и будто бы не замечал ворчания отца.
Заснула, как убитая.
Глава 40. Критическая ситуация – тренажёр для смелости и смекалки
Объявление президента было запланировано на десять утра, поэтому стая проснулась чуть свет. Оборотни волновались из-за предстоящего события. Некоторые сновали бесцельно по особняку, путаясь под ногами бет. Слышала, как Валентин, любимец Жени среди бет, витиевато ругался на кого-то. Собственно, этой уникальной способностью, заменять русский мат, оборотень сыну и нравился. Всегда забавно смотреть на взрослого, лихорадочно подбирающего словечки, чтобы не разразиться отборной руганью.
Когда с завтраком было покончено, я за всех мужчина поблагодарила Татьяну Викторовну и шустро метнулась в спальню, чтобы переодеться в брючный костюм. Для важного события в жизни всех сверхов, очевидцем которых мне выпало стать, я остановила свой выбор не на строгом чёрном варианте. Изящная оранжевая модель известного бренда мягко заключила меня в свой плен, удивляя мягкостью материала. В отражении увидела стройную высокую женщину с нервным взглядом.
– С этим надо что-то делать… – голос дрогнул.
Зато рука нет.
Я потянулась за кулоном с янтарным камнем, в котором была выгравирована руны спокойствия и бесконечности. Что сказать? Я люблю эксперименты!
Не успела надеть украшение, как дышать сразу стало легче.
Остальные обереги и несколько базовых камней артефактов закинула в сумочку.
«Дай Бог, применять не придётся, но лишним такая подстраховка точно не будет!»
Знала бы я, насколько окажусь права…
Всё началось почти сразу, стоило нам подъехать к Останкино.
Во-первых, у входа в телецентр толпилась ватага корреспондентов и фотографов.
Во-вторых… предчувствие беды сковало мою душу страхом. А это при всём при том, что на мне вообще-то кулон!!!
– Никита…
– Милая, всё будет хорошо, – усмехнулся Волков, пока наши беты легко организовывали нам свободный проход. – Президент уже на месте… до эфира сорок минут.
– Что-то не так, Никита.
Муж замедлил движение, пристально вглядевшись в моё лицо.
– Что… Что не так? – с лёгкостью поверил мне мой истинный.
– Чувствую вибрацию. Здесь… здесь много ведьм.
Альфа нахмурился, но постарался сделать вид, что ничего страшного в этом нет.
– Ведьмы в Москве на каждом шагу, любимая. А штат в Останкино вообще достигает почти шесть тысяч человек… немудрено, что среди этих работников трудятся не только люди, но и…
Я стиснула локоть Никиты и едва слышно прошептала, с каждым шагом нервничая всё больше:
– Это не простые ведьмы, Никита. Это сильные… очень сильные. Я в этом так уверена потому, что сама сильна. Ты видел, как я стаю положила. Пусть мои эксперименты с заклятиями совершенно далеки от традиционных и поэтому, смею надеяться, я смогу дать отпор любому из ведьмаков, но когда их так много…
Волков кивнул, обменялся с Сергеем и Богданом суровыми взглядами, и мы вошли в лифт телецентра.
На президентский этаж добирались на жутком нервяке. Я понимала, что отменить общение президента с молодым и сильным представителем нашей расы уже невозможно, поэтому давила в себе порывы сбежать и спрятаться. Отбросив осторожность, прямо в лифте встала перед мужчинами и принялась плести видимые чары. На мне была туча оберегов, а мои мужчины…
Никита и ребята смотрели на меня с нежностью, морально поддерживая взглядами.
– Всё будет хорошо, – погладил меня по локотку истинный, ласково задвигая за спину, когда всё было закончено. – Чувствую, ни капли не пожалею, что взял ты отправилась с нами.
Двери лифта разъехались, и я охнула.
Нас встречал коридор охраны. Людей здесь было понатыкано на каждом метре!
Были в охране президента и наши. Бориса и Григория я заметила сразу.
Беты Никиты подошли к нам первыми без промедления.
И Боря с лёту огорошил:
– Здесь Воронов.
Никита скрипнул зубами.
– Лидер ковенов, – поморщился Волков. – И что же Ярославу Романовичу здесь понадобилось?
Узнать это нам не светило потому, как Воронов расположился этажом выше, а идти в лобовую, чтобы потребовать объяснений, никто не спешил. Это глупо и непродуктивно. Воронов – глава альянса. Перед кем и с какой стати он вообще должен отчитываться?!
Однако страх от этого не уменьшился. Наоборот, от подпитки, которую давала неизвестность, он только набирал обороты!
Никита сжал мои ледяные пальчики, останавливаясь в огромном помещении, где на президента уже напали гримёры со своими кисточками.
– Всё будет хорошо, малыш. Не волнуйся так… я нервничаю, когда ты так волнуешься.
Я покивала, руками шаря в раскрытой сумке.
Гематит, опал, лазурит, продолговатый изумруд… турмалин вообще сломала, активируя печать.
Угрозу чувствовала всем затылком. Наверное, поэтому мне вдруг стало плевать на то, что я с головой выдам себя, если не перестану плести защиту.
«Глава альянса, Аня! Он здесь! Он почувствует в тигрице магию! Что ты делаешь?! Остановись! – Мои инстинкты самосохранения вопили. Но им до меня сейчас было не докричаться. – Никита и ребята в опасности! Я не могу их не защитить!»
Администратор и режиссёр программы в деталях обрисовали структуру беседы, объяснили последовательность интервью: сначала президент доносит до масс ошеломляющую новость, потом ведущий приглашает Никиту на беседу с ним… стул для Волкова уже поставили рядом с Романовым Николаем Владимировичем, нашим грозным президентом. Потом должен был состояться неполноценный оборот Волкова.
Но за двадцать минут до эфира всё рухнуло, не начавшись!
Сначала я почувствовала гул в голове. Даже перед глазами заплясали мушки! Кто-то тянул мою животную сущность, призывая её обнажиться. Если бы ведьма не перехватила во мне «управление», я бы точно обратилась!
Справившись с атакой на сознание, покачнулась на каблуках. Рука на автомате потянулась к Никите, чтобы опереться на истинного… а истинного нет!
Нет, он был. Но был не в том виде, в котором я его запомнила, прикрывая на секунду глаза.
Никита обратился!
