Они все больше наполняются жизнью под моим взглядом. Чудится, будто змея вот-вот поползет, а бабочка уже почти распахнула свои крылья. Сервиз оживает, наполняется тенями. Я знаю, так и должно быть. Только ни разу в жизни не видел подобного. Во время трапезы каждая фигура отлепится от своего места, оживет, чтоб к концу ужина вновь стать частью узора.
Бережно, будто святыню, я достал тарелку и кубок. Эта ночь, этот вечер станут принадлежать мне. Я проведу их с толком. Только тот, чьи обнаженные ноги касались эшафота, сколоченного из грубой доски, знают, как высоко ценится каждое мгновение жизни, как дорого стоят вода, хлеб, уют теплого дома, возможность присесть на стул, а не на землю, право вдыхать полной грудью. Буквально каждое мгновение жизни.
Я расставил посуду на столе, к черному рогу в самый раз подошли приборы, выточенные из кости. Беловато-кремовые, покрытые от начала и до конца тончайшим узором. Невероятная красота.
Не стал долго ждать, готовить что-то особое. Слишком устал, слишком долог был путь, пройденный мною. Просто обжарил кусок мяса на каменной сковороде, к нему нарезал несколько персиков. Даже в сад за ароматными травами выглянуть не рискнул. Все потом, сегодня я просто хочу вытянуть ноги, дать себе насладиться отдыхом в этом почти заброшенном особняке. Подумав, водрузил на стол единственную свечу в высоком подсвечнике. Думаю, эльтем не станет возражать, если я потрачу совсем немного воска. Жаль, моей собственной магией воспользоваться не удалось, чтоб зажечь фитилек. Пришлось искать огниво.
За окном отцветал закат дня, наполнившего мою душу кошмаром и унижением. Какое счастье, что все осталось позади. Кто знает, что приготовит мне следующий день. Но пока я могу наслаждаться переходом одного дня в другой, чудным вечером.
Я медленно ел, получая удовольствие от вкуса каждого кусочка, смакуя сочное мясо. Сладковатые персики растворялись на языке. Таинственные фигуры древнего узора ожили, порхали над блюдом, мерцали в блеске свечи. И простая вода из кувшина нисколько не портила впечатление от моей трапезы, в кубке она и вовсе засверкала, наполнилась силой, чтобы передать ее мне. Надо же, эльтем и здесь позаботилась о своем невольнике, принесла воду.
Я с сожалением вспоминал того эльфа, которого увели с рынка первым. Как он теперь? Обходятся ли с ним хорошо? Повезёт, если я вскоре смогу выкупить этого парня.Тьма почти окутала сад, в доме неспешно начали разгораться огоньки светлячков, пугая домашнюю тьму, изгоняя ее в углы, под шкафы, мороча меня самого тенями.
Пирог я разрезал сразу на несколько ломтиков и улыбнулся невольно. Звёздочки фиолетовой тыквы показались мне приветом от матери, неизменно добрым знаком. Она так их любила, эти презираемые в замке плоды. Дешевые, простые по вкусу, разве что немного сладковатые, но такие красивые. Помню, как отец удивлялся выбору жены.Яблоки, вишня, зеленые половинки крохотных мандаринов особого сорта - целая феерия вкусов и запахов. Не совсем понимаю, почему второй такой же точно пирог эльтем забрала с собой? Быть может, в том доме у нее есть один или несколько других рабов? Подумать о том, чтобы положить такой простой, хоть и вкусный пирог, на господский стол, невозможно.
Я составил пустую посуду в раковину, поверх положил кусочек мха и тоненькой струйкой выпустил воду из крана. Надеюсь, мох разрастется не слишком сильно.Дохлую мышь стряхнул на один из сухих листьев, в которые изначально был завернут пирог. Нельзя брать в голые руки то, на что были наведены черные чары чужого колдовства – оно может прилипнуть.
Со всей возможной осторожностью я сложил по середине камина небольшой костерок, подобный тем, которые складывают колдуньи в лесу. Вознес короткую молитву богам и водрузил сверху чахлое тельце. Вмиг от него поднялся столб чёрного дыма, посыпались искры. Повезло, тяга в трубе достаточно сильная и дым на меня не попал. Не ожидал, что на эту крохотную мумию наложено столько всего.
Я вернулся в кухню, переложил разросшийся мох обратно в вазу, к утру он подсохнет. Его стало больше, но ненамного. Главное, что посуда отмылась до блеска. Бережно я отнес ее обратно в буфет и поплотней прикрыл дверцу. Одна мысль все никак не давала мне покоя – кто всё-таки разбил вазу, которая стояла перед камином. Я точно этого не делал, кроме меня и эльтем в особняке нет ни души. Не удивительно, что госпожа не поверила в то, что ее раб невиновен. Может быть, здесь завелось привидение? Я внутренне напрягся и тут же одернул себя. Нет же, никаких привидений в доме быть не может. Наверняка еще сама Эрта Форей наложила на свой особняк защитные чары. Впрочем, как знать. Сама дроу никого не боялась, точно так же, как и ее внучка, ни живых не мёртвых. Но должна же она была проявить заботу о своём гареме. Столько комнат было выделено для тех мужчин, столько дорогих вещей для них приобреталось. Я вновь сглотнул, формы особых артефактов особенно врезались в память. Боюсь, я не хочу узнать, как именно можно использовать самые оригинальные их них.
Я потряс головой, чтоб отделаться от этих мыслей. Смешно бояться того, что вряд ли случится. Нужно дать себе время на отдых и сон. Подошел к камину, наслаждаясь тем, как вспыхивают светлячки, озаряя мой путь, и тут же гаснут, стоит мне пройти дальше.Мумия все горела в камине. Я немного замялся, но все же решил устроиться в кресле неподалеку. Подобрал под себя ноги, совсем так, как в детстве, когда рядом со мной была моя бездумная мать, и задремал. Сны приходят ко мне не часто. Но теперь я увидел маму. Воровка сидела на берегу озера, в ее руках были бусы из черных шерлов. Мамины пальцы без всякого удовольствия перебирали их, прокручивая вокруг тонкой ниточки.
- Ты хорошо спрятался, мой птенчик. Слишком хорошо, чтобыонвыжил, -Внезапно мамины ногти заострились, а глаза превратились в две горящих луны. Я проснулся от крика и замер. На моей груди стояло странное существо лилового цвета, оно рычало, пробирая этим звуком до самых костей, острые когти вонзились в одежду, а клыки уже тянулись к горлу. Впервые я был рад тому, что на мне есть ошейник. Я вскочил с кресла на ноги. Тварь отлетела в камин, изошла на шипение, хоть угли давно погасли.
Какого беса я не затворил окно в кухне? Почему уснул в кресле? Дурак! Диинаэ не зря мне выделила ту комнатку с окном, прикрытым решеткой. Я помедлил, прикидывая, как бы половчей истребить неизвестного зверя, но в последний момент не
