Бросив обеспокоенный взгляд на лицо Тихиана, гигант встал на платформу и присел, положив руки на бедра. Потом со страшным шумом он наполнил легкие воздухом и уставился горящим взором на черный круг, который сделал Агис. Внутри этого круга не было магии, которая текла через остальную часть крышки и не давала ее разбить.
Фило крякнул и ударил костяшками пальцев прямо в сердце круга. Могучий звон эхом отдался во всей шахте, и рука полукровки отлетела от покрова. И платформа под его ногами не затряслась, и крышка осталась целой.
– Ты трус! – заорал Тихиан, открывая глаза. – И это вся сила, с которой ты можешь ударить?
Фило недовольно нахмурился и стал что-то говорить, но Кестер оборвала его. – Не обращай внимание, – сказала она, отметив для себя, что тело Агиса дрожит от усилий сохранить круг открытым. – Попробуй еще раз, Фило! Теперь ты знаешь, что плита не упадет, так что ударь еще сильнее.
Гигант отвернулся от Тихиана, потом сжал другой кулак. – Фило сломать крышка! – пообещал он.
Кулаки полукровки врезались в кристалл, шум и треск наполнили шахту, сопровождаемые жутким победоносным ревом гиганта. Осколки кристалла дождем обрушились на голову и плечи Фило, а от него на Тихиана и Кестер. Тарик рефлекторно закрыла руками голову и почувствовала, как острые обломки вонзились в ее предплечия, оставив шрамы на ее волосатой коже. Мгновением позже яма наполнилась мелодичным перезвоном зазубренных кусочков кристалла, ударяющихся о стены по дороге вниз, на дно пропасти.
Кестер почувствовала, как холодный бриз овевает ее тело и взглянула вверх. Она увидела звездообразную дыру в центре черного круга над головой аристократа, достаточно широкую для того, чтобы мужчина – или женщина тарик – проскользнули через нее. Лучи предрассветного света устремились в яму, выкрасив озабоченное лицо Агиса в бледно-зеленый цвет. Кестер с ужасом увидела, что несколько желтых усиков утреннего солнечного света появились на небе.
Отверженные начали покидать свои насесты на желтоватых черепах. Дикой стаей бросились они в дыру, в безумном восторге громко смеясь и ликуя, когда оказывались на свободе. Отвратительный тон их приглушенных голосов, доносившийся через кристалличекую крышку, колол кожу Кестер как шипами.
– Фило, еще раз! – потребовала она, карабкаясь к выходу. – Это достаточно широко для нас, но не для тебя.
Фило взглянул на Тихиана, с которого тек настоящий ручей пота, спадая с кончиков его длинных, рыжеватых волос. Король утвердительно кивнул полукровке и вновь перевел взгляд глаз, выпученных от напряжения, на платформу. Фило занес руку для нового удара.
Пара знакомых голосов раздалась из-под его ног. – Вы не можете убежать без нас, – завизжал Сач.
– Ты должен был лучше подумать, Тихиан, прежде чем играть игры с нами, – добавил Виян. – Это мы научили тебя всему.
Желтоватые лица Сача и Вияна поднялись из-под платформы. Они проплыли мимо кулака Фило и закружились вокруг его головы, заставив того сдержать удар.
– Убирайтесь с дороги, – сказал Тихиан. – Мы вовсе не собирались убегать без вас.
– Не ври нам! – прошипел Сач.
Голова запустила свои зубы в одну из свисающих мочек Фило, который даже застонал от резкой боли, и начал тянуть. Виян укусил другую, да и тоже потащил. Чтобы не лишиться ушей, полукровка был вынужден повернуться.
– Что вы делаете? – воскликнул Тихиан.
– Немедленно прекратите, – скомандовал Агис.
В ответ головы стали тянуть еще сильнее. Кровь потоком побежала по голове Фило, и он был вынужден все время поворачиваться на пятках, чего и добивались напавшие на него головы. Гигант попытался пару раз пришлепнуть их, как сумашедший, но ударил только по своей голове, которая от этого только больше закружилась.
Хотя Кестер не понимала причин такой жестокой атаки, это не помешало ей мгновенно среагировать. Она выхватила кинжал из своей грудной перевязи и метнула его в раздутую голову. Клинок вонзился в висок жертвы, погрузившись внутрь по рукоятку. Сач выругался через сжатые зубы, но не упал мертвым и не освободил гиганта.
Кестер посмотрела на Тихиана, пораженная тем, что голова не упала. – Это твои головы. Сделай что-нибудь!
– Что именно? – ответил король. – Дать платформе упасть?
Она подняла взгляд на Агиса и обнаружила, что аристократ опасно балансирует на конце кристалла. Он пытался протянуть руку и смахнуть одну из голов с уха Фило, который был на том же уровне, что и он сам. Над ним черный круг, который он сделал, медленно становился серым. Еще хуже, магия кристаллической крышки текла через дыру, которую проделал Фило, и звездообразный пролом постепенно запечатывался.
– Агис, нет! – закричала Кестер, указывая на черный круг над его говой.
Аристократ взглянул на становящийся серым круг. Потом, ни секунды не колеблясь, снова повернулся к гиганту. Он едва не сумел схватить пучок волос Вияна.
Обе головы резко выпятили свои подбородки в одну сторону, рванув уши Фило со страшной силой. Полукровка быстро крутанулся и одна из его ног соскользнула с платформы. На несколько мгновений он замер на грани падения, неустойчиво раскачиваясь на одной ноге. Кестер выхватила материнский кинжал.
Сач и Виян еще раз резко дернули подбородками, и Фило оказался полностью за платформой. Спиной вниз он полетел вниз, и только его отчаянный крик еще несколько мгновений метался между стенами ямы. Только тогда головы освободили его уши и устремились к выходу.
Кестер метнула свой кинжал, и тот вонзился в щеку Вияну. Но это только ненадолго сбило его с пути. Агис почти упал со своего кристалла, пытаясь их схватить, но они промелькнули мимо его растопыренных пальцев и скользнули через дыру, вместе с последними из Отверженных.
– Не дай ему закрыться, Агис, – закричала Кестер, указывая на пролом.
Аристократ какое-то мгновение провожал Фило взглядом, потом взял себя в руки и снова занялся светлеющим кругом. Когда тот начал темнеть и дыра перестала уменьшаться, Кестер испустила вздох облегчения. Только тогда она взглянула вниз, на дно пропасти, чтобы узнать, что случилось с гигантом.
Фило лежал в том самом узком месте, где он застрял и раньше, покрытый кровью кончик кристалла торчал у него из плеча. Его глаза были безжизненны и пусты, хотя было ясно, что он жив, так как его грудная клетка поднималась и опускалась, когда он дышал.
В двойном желудке Кестер возникло противное, сосущее чувство. Насколько она знала Агиса, состояние гиганта было для него намного важнее того маленького шанса открыть ворота вовремя и спасти Ночную Гадюку, который у них еще был.
Голос Тихиана разорвал зловещую тишину. – Я должен был заставить Борса бросить их в огненную яму! – орал он, корабкаясь вверх мимо кристалла, где сверкающее лицо Соны все еще сидело на желтоватом черепе. – Я должен был приказать Фило топтаться на них до тех пор, пока их кости не превратяться в пыль!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
