семье прибыло. Добро пожаловать, Алекс!
Лиля, стоявшая рядом с Алексом, посмотрела на него с серьёзным выражением лица.
— Подожди. А как же твои отчёты? Ведь ты продолжаешь их отправлять.
Алекс кивнул, но его глаза были полны грусти.
— Продолжаю. Но когда мы сюда шли, я заметил новую тарелку Сообщества. Теперь другой наблюдатель наблюдает за нами.
Из толпы снова раздался смешок:
— Наблюдатель наблюдает за наблюдателем. Вот потеха!
Глава нового правительства, стоявший на возвышении, поднял руку, требуя тишины.
— Тишина в зале! Лиля, Алекс! Скажите, что нам сделать, чтобы Сообщество освободило нас из изоляции?
Лиля уверенно шагнула вперёд.
— Надо воплотить в жизнь придуманный отчёт Алекса о положительном изменении в городе-Х. И чтобы эти изменения увидел новый наблюдающий. Он составит реальный отчёт, старейшина прочитет его, и тогда нас освободят из изоляции!
Глава правительства с сомнением покачал головой.
— Всё это звучит достаточно наивно. Но надо попробовать. Алекс! Что говорят по этому поводу ваши законы?
Алекс произнёс заученный пункт:
— Закон о восстановлении статуса изолированных планет. Статья 5. Планета может быть выведена из изоляции, если Наблюдатель подтвердит её высший моральный, социальный, этический и технологический уровень, исключающий угрозу для Сообщества. Окончательное решение принимает Старейшина, учитывая результаты голосования.
Глава правительства рассмеялся и обратился к залу:
— Тогда с завтрашнего дня начнём красить заборы!
Люди в зале одобрительно засмеялись и зааплодировали. Глава правительства повернулся к своему помощнику:
— Так, пиши указ: всем жителям города завтра в 8:00 собраться у ратуши и начать уборку в городе. Пусть глашатые огласят указ.
Глава 49
Обеспокоенность Михаила
Михаил проснулся от странного шума, похожего на выстрел из ракетницы. Он открыл глаза, потянулся и сел на край кровати. Его движения были неспешными, словно он пытался собраться с мыслями. Надев джинсы и футболку, он начал шарить рукой по тумбочке.
— Лиля! Ты не видела медальон? Куда я вчера его положил? — громко спросил он, но в ответ была лишь тишина.
Михаил надел тапочки и вышел из комнаты, всё ещё сонный и рассеянный.
Михаил вышел на крыльцо дома. Солнечный день озарял яркими красками планету-торт. Он огляделся, но Лиля нигде не было видно.
— Лиля! Ты не брала медальон? — начал он, но его взгляд упал на разбросанное бельё на траве возле сарая. На верёвке висели всего две тряпки. Михаил направился к сараю, оглядывая место.
— Лиля! Ты где! Ау… — шутливо крикнул он, но в ответ была лишь тишина.
Ворота сарая скрипели на ветру. Остановившись у открытых ворот, он заглянул внутрь.
— Странно. Тарелки нет. Лиля же всегда говорила, куда летит… Может, полетела на Землю, в магазин? — задумчиво произнёс он. — Почему на скоростной тарелке Сообщества? — добавил он с раздражением. — И медальон взяла… — подозрительно пробормотал он. — Может, её похитили слуги дяди? Бред. — вдруг его осенило. — Ах, да… Дядя. Теперь всё понятно. Эх… Лиля… Лиля…
Михаил отвёл взгляд от сарая и направился к старой самодельной тарелке-машине, стоявшей на улице возле дома.
Михаил подошёл к тарелке, открыл скрипучую дверь и сел в потёртое кожаное кресло.
— Где теперь её искать? — тихо пробормотал он, захлопнув дверь. Держась за руль, он задумчиво смотрел вперёд.
— Вчера, она весь вечер говорила о своём дяде, — начал рассуждать вслух Михаил. — О том, что нужно его найти, повидаться с ним…
Предположим, что она случайно надела медальон, и он прочитал её мысли, и… — его лицо озарилось пониманием. — … да! Медальон ведь может управлять тарелкой. И может направить её прямо в изолированную область Вселенной… И тогда…
Михаил разочарованно вздохнул.
— И тогда, там её вообще не найдёшь…
Но затем в его глазах загорелась надежда.
— Но медальон — хитрая штука. Он не будет лететь в пустоту. Ему нужно конкретное направление, координаты.
Михаил схватился за руль, сжав его на вытянутых руках, а затем резко отпустил.
— Надо лететь на ближайшую планету Сообщества и там разбираться во всём.
Он с раздражением осмотрел салон старой тарелки.
— Только как мне лететь на этом корыте…
Михаил яростно ударил по рулю, открыл дверь и вышел из тарелки. Дверь осталась открытой.
Михаил ходил взад-вперёд возле своего дома, его движения были импульсивными. Он остановился, словно что-то обдумывая.
— Без медальона лететь опасно. Можно сбиться с курса, — пробормотал он. — Лиля, дядя, Вселенское Сообщество Цивилизаций… Невероятно. Заварила такую кашу…
Он продолжил ходить, машинально поднимая с травы одну за другой тряпки разбросанные на траве. Встряхивал их вешал на веревку. В какой то момент на его лице мелькнула решимость.
— Нужно действовать…
Михаил зашёл в дом и тут же вышел обратно, наполовину надев кожаную куртку. В правой руке он держал сдобный калач, откусывая его на ходу, а в левой — открытый ноутбук. Он подошёл к своей машине, закинул ноутбук внутрь и сел, надевая куртку.
Михаил жуя бублик, подключил ноутбук к бортовому компьютеру тарелки.
— Ну, давай, грузись, — нервно пробормотал он. — Так… Карта. В прошлый раз я летел…
Он импульсивно отбивал пальцами по клавиатуре ноутбука, глядя на экран, просматривая данные.
— Так. Понятно…
Михаил отстранился от ноутбука и перешёл к панели управления тарелкой. Его пальцы быстро бегали по кнопкам вводя координаты. Последним щелчком он подтвердил действия и откинулся в кресло.
Звук выстрела ракетницы. Тарелка моментально исчезла. И только ветер раскачивал висящие на верёвке возле сарая несколько белых тряпок, остальные упали на траву.
Глава 50
Водная планета
Самодельная тарелка Михаила замедлила скорость возле сияющей водной планеты, чья прозрачная толща насквозь просвечивалась мягким светом местного солнца. Вода, насыщенная изумрудными оттенками, переливалась и искрилась, преломляя лучи в причудливых бликах, будто жидкий хрусталь, пронизанный светом.
В центре планеты завис огромный коралловый риф, окружённый воздушным пузырём. Его ветви, похожие на застывшее кружево, переплетались в фантастических формах, а сквозь их ажурные изгибы пробивался свет, окрашивая всё вокруг в переливающиеся тона. Михаил затаил дыхание — казалось, он смотрит в сердце океана, где сама вечность обрела форму.
Аппарат бесшумно погрузился в эту сверкающую пучину, и перед Михаилом развернулось невероятное зрелище: в толще воды, словно живые звёзды, кружили морские существа. Их тела излучали мерцающее сияние, вспыхивая то тёплым янтарём, то холодной голубизной. Они изгибались в странном, гипнотическом
