изображая спокойствие.
Лантерман внимательно посмотрел на него и спросил напрямую:
— Вы ведь не один из тех чиновников по эвакуации?
— Гораздо более вероятно, что он родом из Питтсбурга, — вмешался в разговор смуглый молодой человек.
Уэльс, чувствуя все более растушую подозрительность, решил, что его самым надежным способом защиты будет искреннее негодование.
— Послушайте! — громким и уверенным голосом заговорил он. — Я не понимаю, какое право вы имеете останавливать меня! Я не являюсь сотрудником службы эвакуации и не знаю, что означают все эти разговоры о Питтсбурге. На каком основании вы решили, что можете меня допрашивать? Вы что, представляете здесь закон?
— Сынок, больше нет никакого закона, — мягко сказал Лантерман. — Закон исчез, когда отсюда ушли все люди. Все, за исключением немногих, которые не поддались панике и не хотят быть изгнанными с Земли из-за дурно пахнущей кучи якобы научной чепухи.
— Значит, вы не верите в приближающую катастрофу? — уточнил Уэльс тоном сомневающегося наивного человека.
— А вы верите? — резко спросил Сэм.
— Я не знаю… Все представители правительства и все ученые на основании расчетов Кендрика снова и снова рассказывали нам по радио и телевидению о том, что астероид обязательно обрушится на Землю.
— Чертов Кендрик! — с отвращением воскликнул один из мужчин, похожих на фермера.
— Я подумал, — невозмутимо продолжил Джей, — что прежде чем принимать окончательное решение, сначала узнаю, собирается ли эвакуироваться моя подруга.
Во время всего разговора Уэльс невольно задавался вопросом, не переигрывает ли он, изображая глупого мужлана. Все группы, которые оставались на закрытых территориях, устанавливая свои собственные законы, были очень опасны. Совсем недавно, прошлой ночью в Морристауне он испытал это на себе.
— Кстати, как вас зовут? — уже более миролюбиво спросил Лантерман.
— Джей Уилсон, — сказал Уэльс, не решаясь назваться своим именем, которое периодически мелькало в новостях.
— Послушай, Уилсон, человек не должен верить всему, что говорят по телевизору, — рассудительно и спокойно заявил Сэм. — Я сам из Западной Вирджинии. У меня там была ферма. По телевизору нам рассказали, как этот Кендрик узнал, что Земля будет уничтожена, что всем придется лететь на Марс. — Он на секунду замолчал, будто вспоминая что-то, но тут же продолжил: — Моя старуха стала уверять меня, что эвакуация неизбежна и что нам придется лететь. Я же объяснил ей, что не стоит впадать в панику. Люди столько раз предсказывали конец света, а он все не наступал! А потому надо немного подождать. — Лантерман слегка улыбнулся. — Многие наши соседи собрали вещи и уехали. Перед отъездом они уверяли меня и других оставшихся, что и нам следует бросить свои дома и поторопиться убраться с Земли. Но меня не так просто заставить паниковать, и я остался. — Теперь он рассмеялся во весь голос. — Ия оказался прав. Прошло больше года, а конца света как не было, так и нет. А потом оказалось, что этот Кендрик, из-за которого началась вся эта суматоха, тоже не покидал Землю. Молодец! Заставил всех недоумков полететь на Марс, а сам где-то спрятался, чтобы чиновники по эвакуации не могли заставить его лететь, и припеваючи живет на Земле! Так говорят люди! — воскликнул Сэм, делая на этих словах какой-то особый акцент. — И уж если сам Кендрик, который все это предсказал, не собирается улетать, то почему мы должны?
«Вот и вся суть проблемы», — с горечью подумал Уэльс.
Но где же все-таки Ли? Он должен понимать, что его пребывание на Земле — фатальная ошибка и неверно истолковывается такими людьми, как эти.
Тем временем, Лантерман продолжал с некоторым самодовольством:
— Все дураки сбежали и оставили не только свои дома и машины — они бросили целые города! Оставили их тем, кто не захотел стать дураком! Вот почему мы собрались вместе, чтобы забрать то, что они бросили. Нас уже около сотни человек, и я сказал им: «Ребята, давайте перестанем ковыряться в этих пустых деревнях и возьмем настоящий богатый город — Питтсбург».
В разговор вмешался один из фермеров:
— Вот только Баудеру первому пришла в голову такая идея. Как мы выяснили, его банда уже захватила Питтсбург.
Глаза Сэма вспыхнули.
— Но они не смогут его удержать! С тех пор, как мы впервые попробовали захватить Питтсбург, у нас стало намного больше мужчин, способных держать оружие. Каждые несколько дней к нам присоединяются один-два человека. На этот раз мы заставим этого Баудера убраться из города!
Уэльса поразила странность происходящего. Несколько лет назад это тихое старое здание суда было центром оживленного, густонаселенного городка. Теперь мир лишился большей части своих людей. Земля, почти обезлюдевшая, как будто замерла и тихо ждала разрушителя, который должен был прийти из космоса. И все же нашлись люди, которые не верили в это и, не придумав ничего лучшего, собравшись в небольшие группы, боролись теперь за власть в опустевших городах.
Лантерман встал.
— Ну, что скажешь, Уилсон? Хочешь присоединиться к нам и отобрать Питтсбург у Баудера? Пойми, парень, там будет все — спиртное, машины, еда, все!
Уэльс знал, что у него нет особого выбора. Он понимал также, что его согласие практически сведет на нет поиски Кендрика, но должен был согласиться. Однако, подумалось ему, лучше принимать предложение не слишком охотно. Все-таки, по легенде, он разыскивает свою любимую…
— Насчет Питтсбурга — мне все равно, — уверенно сказал он. — Я хочу попасть в Каслтаун — там моя девушка.
— Вот что я тебе скажу, парень: присоединяйся к нам, и я отдам тебе Каслтаун в полное распоряжение, — предложил Сэм. — А сам я буду хозяином всего региона.
Джей предпринял еще одну попытку получить побольше информации.
— Мистер Лантерман, я слышал еще о каком-то «Братстве искупления». Вы имеете к нему отношение?
Лантерман выругался.
— Эта сборище сумасшедших. В них вообще нет никакого смысла. Черт возьми, нет, мы не искупители!
Уэльс сделал вид, что размышляет, а затем медленно произнес:
— Что ж, похоже, если я и моя подруга решим остаться, нам лучше быть в вашей компании. Решено, я с вами.
Сэм хлопнул его по спине.
— Ты никогда не пожалеешь об этом, Уилсон. У меня есть несколько грандиозных идей. Те, кто останется со мной, получат даже больше, чем просто свою долю. Питтсбург — это только начало. — Он немного помолчал, а потом доверительно добавил: — Ты присоединяешься в удачное время, потому, что именно сегодня вечером мы берем Питтсбург под свой контроль.
Находящийся за столом молодой парень вскочил со своего места и буквально закричал:
— Сэм, а если это шпион?..
— Ты слишком подозрителен, Гарри, — спокойно возразил Лантерман. — Он не шпион. Он просто хороший парень, пытающийся добраться до
