– Зачем эта ирония, за его смерть Орден Феникса еще ответит, – спокойно ответил темный, не дрогнув и мускулом. – Мы будем ждать.
– Нам нужен сумеречный, – звонко сказал другой мальчуган, указав на меня.
– Но нам он нужнее, не меньше вашего, – усмехнувшись, вмешался Пион.
– Заткнись! – закричал ребенок, меняясь в лице. – Нож безликого откроет…
Дитя Гекаты не успел договорить. Звук от выстрела поглотил его слова. Тело отбросило назад на несколько метров, протащив по земле. Темный попытался встать, но тут же рухнул и захрипел, захлебываясь в собственной крови.
– Ваша смерть будет мучительной! – закричал Гемма, приходя в ярость.
– Это мы еще посмотрим, – парировал анимаг, бросившись в атаку.
Длинные лезвия его когтей прошли так близко от лица Геммы, что было видно, как срезалась длинная прядь волос. Попади анимаг сейчас в цель, темный бы умер мгновенной смертью, однако ребенок был быстрей. Увернувшись от удара, он запустил трансформацию тела, которая отличалась от обычного превращения супримов. Он, словно спрут, выпустил черное облако дыма, растворившись в его пелене. Вольф, не теряя возможности, схватил третьего ребенка и оторвал его хрупкое тельце от земли.
– Темный, вас всех нужно убить, – зарычал зверь в лицо жертве так, что его волосы задрожали в потоках воздуха.
Губа ребенка непроизвольно дрогнула, и в глазах появился мокрый блеск.
– Помогите! – заплакал мальчик, заливаясь слезами.
– Никто тебе не поможет, – прорычал Вольф, оскалив клыки.
Однако его крик не остался незамеченным. Вокруг нас начало твориться что-то невероятное. Черные пятна дымовых вспышек стали появляться везде, погрузив пространство в черную мглу. Перерожденные дети Гекаты один за другим выпрыгивали из пелены, заканчивая последние штрихи трансформации. Их худощавые тела обвивались ремнями, которые змеями тянулись по земле, а на черной коже зажглись золотые буквы пристола.
– Что теперь скажешь, анимаг? – обиженно спросил темный, растирая слезы.
– Прощай, – тихо ответил Вольф и резким ударом впечатал ребенка в каменистый берег.
Послышался треск ломающихся костей, и прозрачная вода окрасилась кровью, стекающей в ручей. Все замерло перед началом боя. Мое сердце сильно сжалось и тут же взорвалось, разливая по телу ярость, страх и желание выжить перед лицом неминуемой смерти. Две волны схлестнулись в смертельном противостоянии, смешиваясь и бурля. Металл оружия зазвенел, рассекая живую плоть врага. Вокруг себя я видел только брызги крови после точных атак. Звук сражения заполнил это небольшое пространство, взорвав монотонную тишину леса.
– Держаться вместе. Вместе мы сила! – закричал Оскар, подбадривая команду.
Его голос колоколом зазвучал в ушах, вырывая из кровавого хаоса сражения. Блицкриг темных не принес результата, и они отступили назад, перегруппировывая свои ряды. Грудь болела от прямых попаданий руками, скорее всего, у меня было сломано несколько ребер. Темные не пользовались оружия, но мастерское владение рукопашным боем и несоизмеримая сила для детских тел делала их опасными врагами. Вольф остался на передовой, терзая когтями труп убитого темного.
– Вольф, оставь его, – крикнул Оскар, понимая, что анимаг находится в невыгодном положении.
Звериное нутро взяло вверх над рассудком. Барабаны войны стучали в его голове, заглушая все вокруг. Вольф только мельком взглянул в нашу сторону и с ревом бросился на противника, выполнив мощный прыжок.
– Назад, Вольф, назад! – закричал Пион и побежал вперед, но было уже поздно.
Лунные нити, выпущенные темными, рассекли воздух, встретив свою цель еще в полете. Тело анимага, словно ударившись о невидимую преграду, замерло в воздухе и тут же упало на землю. Багровая лужа крови ярким пятном стала растекаться по камням.
– Вольф, ну как же так. Умрете! – взвыл Пион от отчаяния и отрыл беспорядочную стрельбу, однако пули, ударяясь о невидимую преграду, растворились в воздухе.
– Глупый зверь умер, вы следующие, – засмеялся Гемма, выходя вперед своего отряда. – Он думал, что гнев сделает его бессмертным?
– Темные, как же я вас всех ненавижу, – еле слышно сказал Вольф, закашлявшись кровью.
Анимаг был еще жив. Вопреки всем законам физиологии, он попытался даже встать, но, не удержавшись на ногах, упал на колени. Раны от глубоких порезов покрывали все тело, местами даже было видно подкожный жир и окровавленную мышечную ткань, которая вздрагивала при каждом усилии анимага.
– Я еще могу ему помочь, – дрожащим голосом сказала Жаклин.
– Поздно, он обречен в любом случае, – констатировал Оскар, словно в нескольких метрах от него умирал не его друг. – Нужно готовиться к отступлению. Скоро убитые дети Гекаты восстанут, да и дух зверь едва держится в раненой плоти, после полного пробуждения лучше нам здесь не быть. Все случившее лишь часть его плана, смертельного плана, при любом раскладе.
Гемма и два темных подошел к анимагу.
– Еще один шаг, и вы умрете, – сказал Вольф, собирая остатки силы.
– Твоя дерзость, как и глупость, не знают границ, – усмехнулся ребенок, встав практически вплотную. – Ты даже стоять не можешь, не то что двигаться.
– Для этого мне не нужно двигаться, – с хрипом выдохнул анимаг, теряя сознания.
Голова зверя повисла вниз, и из открытой пасти вылилась порция густой крови, забрызгивая песок.
– Отрежьте ему голову, он уже готов, – приказал Гемма.
– Я это сделаю, – уверенно сказал темный, находящийся по левую руку от командира.
Едва он сделал шаг, как послышался гул, и началась сильная вибрация почвы. Неожиданно из земли вырвались цепи анимага, пронзая насквозь грудь ребенка в двух местах. Дитя Гекаты захрипело, закатывая глаза. Кровь хлынула из ран, орошая металлические побеги, которые постоянно покачивались из стороны в сторону. Цепи невероятным образом оставались под контролем Вольфа, став смертельным оружием в его руках. Сверкнув острыми наконечниками, металлические змеи рванули в сторону Геммы. Ему повезло больше, чем второму помощнику, который рухнул рядом с другим своим собратом.
– Быть ты проклят! – закричал Гемма, выпуская из руки лунную нить.
Вольф неожиданно повернул окровавленную морду и посмотрел на меня. Впервые в его глазах я увидел спокойствие, словно что-то человеческое вернулось к нему перед самой смертью. В следующую секунду боль исказила его лицо, расширив зрачки. Срезанная голова упала на землю, и фонтан артериальной крови ударил вверх. Чувство утраты сжало сердце в свинцовый комок.
– Архей, спокойно, – сказал Оскар, схватив меня за руку, словно почувствовав мои переживания. – Ратмир, нам нужна помощь дрефов, последняя преграда пала, спирит Вольфа свободен.
