Это он вас напугал? Сказки матушки Гусыни. Эти славные сребролюбивые ребята даже отвалили мне маленькую кругленькую денюжку, чтобы я убрал вашего главного. Так что лучше ему сдохнуть прямо сейчас, чем завтра без дозы.
— Что ты хочешь? — На этот раз слова Рома можно было разобрать.
— Ромыч, мужик. — Фрэй отпустил его руки и без тени опасения слез со спины. — Я же сказал: я хочу вас. Почему бы нам не держаться вместе в этом странном мире?
Друг поднял новехонький, сиротливо катавшийся оранжевый мяч с асфальта и, разбежавшись (как только еще сил хватало?), в прыжке забросил его в корзину, повиснув одной рукой на кольце. Только он спрыгнул, кольцо скрипнуло в последний раз — долготерпеливый болтик выскочил из раскуроченного отверстия и со звоном запрыгал по асфальту, следом упал железный обруч.
— Фрэй, что ты делаешь? — На обратном пути я догнал друга и с беспокойством наблюдал, как тот, морщась, трогает распухшую губу.
— Ничего сверхъестественного, просто собираю фигуры.
— Какие еще фигуры? Ты с ума сошел? Нас завтра же всех пришьют!
— Как это «какие фигуры»? Разве можно вести партию, если на доске не хватает фигур? Инк, хочешь быть королем? Или, может быть, ферзем?
— Нас убьют! — я перешел на крик.
— Не волнуйся, не убьют. — Он рассмеялся нехорошо, хрипло. — Сейчас на моем плече сидит сам Дьявол.
Наверно, дьявол и вправду там сидел. Потому что через месяц Вито и Ром чувствовали себя в нашей маленькой банде как родные. Фрэй выкрасил волосы в огненно-красный, заявив, что «вскрытая морда — это, конечно, хорошо, но его должны узнавать издалека». И его действительно стали узнавать, особенно когда он приходил за очередной фигурой, будь то конь или пешка.
Глава 15. Развалины свободы
Объедкова мы сгрузили около комендантской и недоверчиво проследили за тем, как он входит в здание. Неизвестно, выполнит ли этот тип то, что обещал. Если даже мне полная изоляция резервации казалась немыслимой, то какой она покажется мэру города? По крайней мере больше мы сейчас сделать не можем.
На обратной дороге мобильник Фрэя пронзительно заверещал, разрушив тишину, повисшую в салоне. Мне было слышно, как включенная трубка разразилась какими-то выкриками и бранью. Фрэй побледнел и бросил в телефон:
— Сейчас буду. — Он резко вывернул руль, разворачиваясь. К счастью, в резервации почти нет автомобильного движения, поэтому вероятность столкнуться с кем-то была минимальной.
Я обеспокоенно взглянул на друга, и тот ответил, не дожидаясь вопроса:
— Теперь взялись за наших. Лопоухого нашли прямо на набережной, за мусорными контейнерами.
— Это дело рук западных уродов! Оспа наверняка первый и постарался! — Зило так сжал переднее кресло, что меня даже немного откинуло.
— Успокойся! — Медяк с трудом заставил его сесть.
— Очень маловероятно, что это они. — Я знал, Фрэю сейчас сложно держать себя в руках. Он стоял горой за своих людей. И если кто-то лишь слегка пощипал западную группировку, то у нас у нас он одним махом оттяпал жизненно-важный орган.
На набережной было людно. Кто-то умудрился вызвать полицию. И самое удивительное — она приехала. Раньше нас. Но, что еще удивительнее, следом приехали журналисты, да не одна какая-то задрипанная телекомпания, а сразу несколько групп с разных каналов. Никогда и ни один труп в резервации не вызывал такого ажиотажа. Происходящее казалось сюрреалистичным.
Мы вышли из машины, но никто не стремился протискиваться в эту воронью стаю. Совсем рядом незнакомая женщина в темном костюме, с зализанной до последнего волоска прической говорила на камеру:
— …похоже, резервацию накрыла новая волна преступной активности…
С другого конца улицы кислого вида мужик, плюясь в микрофон, кричал, буквально уничтожая оператора своей желчью:
— Имеет ли отношение данное жестокое убийство ко вчерашнему происшествию в клубе? Как проводят свои криминальные разборки мутанты? Что делать дальше с резервацией? Все это и другие вопросы мы обсудим в нашем вечернем шоу. Не переключайтесь — сенсация рядом!
— Шакалы! — Фрэй ударил ладонью по машине.
Через толпу привлеченную скорее даже не самим убийством, а тем, что оно вызвало такой ажиотаж у материковых, к нам протиснулся Вито.
— Они приехали буквально через пятнадцать минут после обнаружения тела, мы едва успели убраться, чтобы не попасть в руки полиции или под телекамеры.
— Кто их вызвал?
— Понятия не имею. Труп обнаружили местные, но они сообщили только в ближайший клуб, и в любом случае в полицию звонить бы не стали.
Стражи закона уже развернулись вовсю. Словно показательные учения. Место огорожено желтыми лентами. Даже скорая подъехала, чтобы увезти тело, но не сразу в крематорий, а сначала на материк. Зило, что рвался мстить западной группировке, притих, глядя на непривычную картину.
— Что с Лопоухим?
— Зарезали. Довольно жестоко. Некоторые материковые развивают версию маньяка. Если они раскопают, чем он занимался, то обделаются от восторга.
Еще бы: Лопоухий вел финансовые дела нашей группировки. Бухгалтер в прошлом, попавшийся на том, что ради наживы мысленно толкал шарик на рулетке в казино — практически бесценное для нас приобретение, учитывая тот размах, с которым начинал вести дела Фрэй.
Если раньше я был не уверен в такой уж крайней необходимости введения чрезвычайной ситуации, то сейчас закрыл бы ворота немедленно, предварительно вытурив наружу всю эту сбежавшуюся на падаль толпу. События развивались нехорошо, и что-то мне подсказывало, что будет еще хуже. Дайте только несколько дней.
К вечеру Оспа позвонил в общий дом и попросил Фрэя прийти к причалу на территории западной группировки. Встреча не состоится, если мой друг приведет с собой больше десяти человек. Хорошо хоть оставил немного свиты «королю». Ни слова о том, будет ли Дэвон, не прозвучало.
— Инк, пойдешь со мной? — как-то чересчур беспечно спросил Фрэй.
— Ты собираешься идти? Это же может оказаться подставой.
— Пойдем поговорим — они и сами еще не разобрались в том, что происходит. Так ты идешь?
— Иду, если надо. Кто еще?
— Никого. Зачем? Если это действительно западня, десятерых
