Хорон глубоко вздохнул. Он пытался понять, как восьмилетняя девочка убила взрослого, по сути, мужика.
— Почему ты не рассказываешь всего? — спросила его вошедшая Инна. Зигмунд кивков поздоровался с друзьями.
— Ты о чем? — не понял директор.
— Все ты прекрасно понимаешь. — ухмыльнулась девушка и села на диван. — Аня была хорошей девочкой, понимающей и милой. Таких, как она, я никогда не встречала.
Восьмилетняя Аня Мирина была своеобразным гением. Она видела прекрасное во всем, как бы ужасно вещь ни выглядела. Казалось, она понимала и чувствовала прелесть и изыск любой ситуации, происходившей в ее жизни. Мы тогда познакомились совершенно случайно, я упала и больно ударилась. Она подбежала ко мне и начала жалеть.
Я была уверена, что у них в семье все хорошо, их с отцом улыбки были настолько искренние, что… Что просто не могли вызвать какое-либо сомнение.
Позже Аня изменилась. Она сама призналась, что убила отца. И причина была более чем веской, даже лишающей какой-либо толерантности и понимания.
— Я любила его. — зло говорила девочка. — Он был для меня примером для подражания. А потом… Потом он…
Аня плакала, она не знала, как объяснить случившееся. Руки ее тряслись, казалось, она ненавидела весь мир. Позже она время от времени появлялась на горизонте, но все снова и снова пропадала.
— Так что с ней произошло? — не выдержал Артем.
— Отец насиловал ее. — выдохнув, ответила телепат. — Анька долгое время не могла произнести это вслух. Конечно, он делал вид, что «ищет идеальную маму», но все это было лишь иллюзией. В какой-то момент он, видимо, понял, что нет смысла искать новую женщину, когда растет дочь.
— Не может быть… — ахнул Хорон. — Я не…
— Ты догадывался, просто не было доказательств. — Инна пожала плечами. — Она стала дикой, резкой, агрессивной. Она ненавидела всех, кто пытался ей помочь, потому что глубоко внутри боялась, что ей после этого сделают больно. По сути, искалеченная душа, лишение ребенка невинности… Я уже тогда знала, что добром это не закончится, и я старалась хоть немного помочь, хоть как-нибудь смягчить потрясение, которое до сих пор ее терзает… Я…
— А Нику удалось ее остановить… — кивнул Марк. — Но как?
— Я не знаю. — ответила она и посмотрела на целителя. «Лжешь» — пронеслось в ее голове его голосом. Девушка сглотнула. — Правда не знаю.
— Я займусь ее поисками. А вы будьте наготове. Я скоро сообщу, где она. — уверенно произнес Хорон.
— Как мы заговорили-то! — ухмыльнулся Ники. — Которую неделю ищешь и не можешь найти, а тут столько уверенности…
— Мы будем ждать звонка. — перебила его Инна и схватила его за рукав. — Надо поговорить. — прошептала она ему и вызвала лифт.
Глава 5
— Что происходит? — спросил Ник, когда двери лифта закрылись.
— Все гораздо сложнее, чем описывает Хорон. — выпалила она.
— И ты только сейчас решила мне это сообщить? — ухмыльнулся он.
— Да пойми ты, Анька просто так не отстанет…
— Я это прекрасно понимаю. Значит, мне просто надо ее остановить.
— Ты не остановишь ее. Она слишком сильна.
— Про отряд теней говорили так же. — скептически заметил телекинетик.
— Послушай. — как можно спокойнее произнесла Инна. — Аня не просто обладает магией металла. Каким-то образом ей подвластен телекинез, правда, исключительно на металл, но все равно…
— А мне подвластен телекинез как таковой, а также левитация. В чем проблема? — не понимал парень.
— В том, что она тогда сама сдалась. Ты что-то ей сказал в тот день, и она согласилась сдаться добровольно.
— Без применения силы? Интересно. — задумался он. — В принципе, узнать этот способ можно, вернув мне память. — он уверенно на нее посмотрел, но девушка отрицательно покачала головой.
— Не я стирала те воспоминания, это был кто-то другой. Гораздо сильнее, чем я. И я выясню личность этого уникума.
— Но ты понимаешь, что у нас есть еще одна проблема?
— Какая? — удивилась девушка.
— Мы понятия не имеем, как она выглядит.
— Точно…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Двери неожиданно открылись, и они увидели Игоря. Он с любопытством смотрел на них, будто пытался угадать, о чем сейчас шел разговор. Улыбнувшись, он отошел.
— Выходите? — спросил он и указал на выход. Ребята согласно кивнули и вышли из кабины лифта. Не убирая улыбки, он нажал на кнопку, и двери послушно закрылись.
— Тебе не кажется, что он странный? — подняв одну бровь, спросил Ники.
— Не просто странный. У меня подозрение, что он тот еще безумец. — согласно кивнув, ответила телепат. — Тебе что-нибудь о нем известно?
— Разве что он бывший сотрудник Ньюрела. Тоже вроде легионером был, но потом ушел. Темная личность какая-то. Говорят, он может узнать прошлое абсолютно любого человека и вещи.
— И зачем его пригласили?
— Искать Железную. Хорон, видимо, искренне верит, что этот человек ему поможет. Наивный.
— Почему нет? — удивилась девушка. — С виду вполне приличный.
— Вот именно, что с виду. Он явно что-то скрывает. В любом случае, не до него сейчас. Ты знаешь, где может быть Железная?
— Ее зовут Аня. — поправила его Инна.
— Мне все равно. Так, где она?
— Есть одно предположение… — задумалась телепат. — Идем, здесь недалеко идти.
***Игорь поднимался на лифте, обдумывая, какие вопросы он будет задавать Хорону. Что, собственно, его волнует больше всего в данный момент? Развитие способностей нового поколения? Какие тайны директору удалось сохранить? Кем является Железная и каково ее прошлое? Вопросов, на самом деле, было безумное количество, однако мужчина понимал: сейчас не то время, когда их необходимо задавать. Нужно выбрать самые важные и поставить вопрос ребром: либо ответы на них, либо Ники узнает правду.
В глубине души Игорь, конечно, презирал такой способ получения ответов, как шантаж, и был уверен, что можно узнать информацию гораздо более миролюбивым способом, однако сердце подсказывало, что Хорон просто так окажется скорее уходящим от факта монологом, нежели конкретика.
Глубоко вздохнув, Игорь стал размышлять. Какой вопрос его волнует на данный момент больше всего? Что может хоть немного прояснить ситуацию?
Стоило дверям лифта открыться, как мужчина, бросив взгляд на ребят, кивнул Хорону, дав остальным понять его просьбу оставить их наедине. Переглянувшись, ребята вошли в лифт и, когда он услышал тихий звук закрывшихся дверей, подошел к столу директора и сел напротив.
— Что тебя привело? — удивился директор, ожидая очередного заковыристого диалога, которого он всей душой хотел избежать.
— Только что встретил Ники. — он пожал плечами. — Они с той девушкой были так увлечены, что не обратили сразу на меня внимания. Мне показалось, они чем-то были озабочены.
— Мы сейчас все озабочены одной проблемой. — мужчина пожал плечами. — Ничего удивительного в этом не вижу.
— Скажи, Ники знает правду? — прищурив глаза, спросил Игорь.
— Какую правду? — напрягся директор.
— Про то, что ты его отец? — улыбнулся он.
— Конечно. — выдохнув, ответил Хорон. На его счастье, данный вопрос уже был решен, и если Игорь об этом не знает, то шантаж, на который он, скорее всего надеялся, уже не удастся.
— И знает, почему ты лишил его семьи? — продолжил Игорь. Хорон осуждающе посмотрел на него. — Почему ты так на меня смотришь?
— Как?
— С осуждением. Или ненавистью. В твоем случае, многие эмоции являются синонимами.
— Прости?
— Ненависть и презрение для тебя одно и то же. — решил порасуждать Игорь, но прервался. — Ты не ответил.
— Нет, не знает. — сдержанно ответил директор.
— Почему? — провидец положил голову на руки. — Думаю, ему было бы очень интересно узнать свое прошлое, не правда ли?
— Что ты хочешь? — перебил его Хорон.
— Если честно, рассказать Нику всю правду, которую увижу. Но если я это сделаю, чем мне тебя шантажировать? Хотя… — мужчина поднялся и подошел к окну. — Красивый вид. Мне нравится. Хоть раньше он был и лучше, этот ему не уступает. Ты умеешь выбирать офисы. — он с улыбкой поклонился. — Этого у тебя не отнять.
