ответила я, не отрываясь от книги.
— Лучше б магию изучала, — проворчал Рубен, садясь напротив меня.
— Ты же знаешь, ничего не выходит.
— А если постараться? А не бросать все на самотек? Магия, это дар, который можно и нужно приручить.
— Спроси в Дленденской Школе — они тоже пытались меня учить. По моему собственному желанию, — вставила я, опережая возражения дядюшки. — Ничего не вышло.
— И ты сдалась?
— Смирилась, — поправила я. — Чем займемся сегодня? — я закрыла книгу и посмотрела на Рубена.
— Сегодня ко двору приглашен торговец, что приютил тебя в своем Караване…
— Грим?
— Король желает отблагодарить его за помощь принцессе. Ты должна тоже быть там. Сюзерен обязан быть благодарным подданным на оказанную помощь в любых делах.
— О, конечно! — обрадовалась я. — Когда он приедет? Кто будет с ним?
— Перед обедом. Его отблагодарят перед собравшимися придворными и пригласят к столу наравне со всеми.
— Как же это замечательно, — я от радости вскочила и захлопала в ладоши. Я надеялась увидеть Адель, да и самого Грима была не прочь встретить. У меня не нашлось времени найти его лавку, чтобы узнать о том, что произошло после моего ухода.
24. Арик
Караван Грима вернулся в Сенвилд, когда зима уже вошла в свои права. Так долго они еще не задерживались. Зимние поездки были особенно сложны. Требовалось отапливать повозки, сложнее было разбивать лагерь. Колеса повозок увязали в снегу или на раскисших от влаги дорогах. Потому Грим четко планировал время, оставляя запас на непредвиденные случайности, и всегда возвращал караван в город до первых снегов.
Нападение войска Солнара и бегство Насти — далеко не единственная неприятность, которая ожидала Грима на этот раз. Теперь на дорогах стало гораздо больше шаек разбойных магов, с которыми сложно было сражаться обычным оружием. Они не приносили хорошо оснащенному каравану большого вреда, но сильно тормозили шествие. Кроме того по дорогам рыскали отряды войск разных королевств, которые подобно войскам Солнара отлавливали как одиноких путников, так и довольно большие компании, подобные каравану Грима. Несколько раз пришлось столкнуться даже с дриадами, вышедшими разбойничать на дороги. Договариться с ними почти не удавалось. Потому Арик вернулся из похода мрачнее тучи — пользы от него, как от «говорящего» в этот раз было мало.
Когда утихла радость встречи, и супруга Грима вручила ему приглашение во дворец на аудиенцию к королю, Арик лишь мрачно сказал:
— Налоги поднимет. Или попросит воинов. Мир с ума сходит — виданное ли дело, столько солдат на дорогах?
Грим почесал бороду, задумчиво разглядывая украшенное позолотой приглашение, и ответил:
— Пожалуй, ты прав. Время нынче неспокойное…
— Отец, позволь мне пойти с тобой! — тут же вызвалась Адель.
— Не стоит, доченька, — печально ответил Грим. — Война — не женское дело.
На следующий день прибыл гонец, известивший Грима о времени приема. От чего гном особенно разволновался — обычно встречи с королем приходилось ждать месяцами, или же надеяться на разговор во время собраний торговцев, которые тот время от времени посещал. Но в этот раз за их прибытием следили, и встречу назначили на следующий день после их приезда. Значит, король торопился. А это не сулило им ничего хорошего.
Грим отобрал в свиту наиболее видных людей и нелюдей из регулярной охраны каравана. Среди них были двое мужчин-феллитов, маг Седрик и, конечно же, Арик. Иссит не раз сопровождал Грима на приемы к королю. Гриму казалось, что под охраной «говорящего» он выглядит солиднее.
Оружие брать не стали — все равно его придется оставить у ворот замка. Да и зачем оно там? Но нервничал по поводу предстоящей встречи каждый.
Грима и его спутников пригласили в один из парадных тронных залов. Арик прежде не бывал здесь. Он оглядывал зал, в котором находилось десятка два придворных, одними глазами. Грим беседовал с кем-то из придворных, ведя себя уверенно и естественно.
Наконец, в зал вошел герольд и громко объявил:
— Принц Филис и принцесса Илларида!
Принцесса? — удивился Арик. Он не слишком следил за политическими движениями в королевстве, но все же кое-что знал. У короля Сенвилда был один единственный наследник. А если бы он успел обзавестись супругой, кем бы она ни была по рождению, представлять «принцессой» на подобном приеме ее бы не стали. Супруги принцев, как и королей, во время своего недолгого проживания во дворце в подобных мероприятиях не участвовали.
В зал вошли двое: принц Филис, которого знали в лицо не только в Сенвилде, и девушка, в которой Арик узнал странную спутницу, некоторое время путешествовавшую с караваном. Она была одета в платье родовых серых оттенков, что говорило о том, что она действительно признана кровной родственницей королевской семьи. Голову украшала корона из переплетенных серебряных прутьев, что могло означать только одно: Филису трона теперь не видать. Седрик тронул Арика за руку, указывая на девушку — он тоже заметил ее. Арик кивнул и передвинулся ближе к проходу, чтоб ничего не пропустить.
Брат с сестрой встали по обе стороны от трона лицом друг к другу. И как только было объявлено о приходе короля, оба опустились на одно колено и склонили головы. Весь зал склонился в почтительном поклоне вместе с ними, приветствуя своего короля. Арик искоса наблюдал за девушкой и не мог не заметить, как та чуть шевельнула пальцами, и тут же из-под них случайным солнечным лучом сорвалось мягкое сияние. Солнечным зайчиком луч перескочил через разделяющую двух принцев дорожку и кольнул Филиса чуть пониже спины. Тот дернулся, но устоял. Филис ответным жестом повелел синеватой тени сгуститься у ног девушки и превратиться в большого черного паука. Но в это время король опустился на трон, и принц с принцессой поднялись и встали чуть позади трона. Призрачный паук рассеялся, так и не успев напугать девушку.
Арик с Седриком переглянулись — виданное ли дело, игры наследников на королевском приеме. Королевская семья Сенвилда славилась на весь мир своей нелюбовью друг к другу, и подобные шутки, казалось, не были у них в почете.
Король тут же пригласил к себе Грима. Тот чинно прошел по ковровой дорожке ближе к трону. Арик и Седрик не сговариваясь двинулись за ним и остановились в паре шагов за его спиной, как и полагалось.
— Грим, сын Камнепадов, — официально обратился к нему король. Гном вздрогнул — этого обращения он не слышал с самого своего ухода из северных гор, откуда был родом. — Принцесса Илларида поведала нам, что твой караван оказал ей неоценимую помощь в ее пути, — сама принцесса
