прямо сейчас атакует замок Медио, где прячется Фейниль, и нет сомнений, что совсем скоро он прорвется внутрь, чтобы забрать девушку. Тебе нужно дождаться этого момента, незаметно пробраться в опочивальню дочери губернатора и выкрасть ее раньше Фауда с мутантами под любыми предлогами.
— Ты понимаешь, о чем меня просишь, или совсем уже свихнулся? — Возмущению Лира не было предела. — Ты только что чуть не убил своего друга, который дважды выручил тебя в трудный момент, а теперь отправляешь меня в самую гущу событий за находящейся под стражей сотен гвардейцев Феей. Сумасшедший! Я не сдвинусь с этого места, пока не услышу хоть каплю рационализма в твоих словах!
— Упертый баран! — скорее рефлекторно дал волю эмоциям Ралафар, нежели действительно хотел задеть спутника. — Извини, может ты хочешь принести сюда самого Яра или какого-либо другого законнорожденного князя? Однако я ума не приложу, как ты будешь волочить эти тяжеленные туши!
— На кой они тебе вообще сдались?
— Не мне, сынок, вовсе не мне. Остается Даин, но я понятия не имею, где он находится.
— Фейниль не добралась до замка, — вспомнил Линур. — Я встретил Индо, который ее сопровождал, и он поведал мне о напавшем на них отряде. Возможно, она уже мертва.
— Пусть нам повезет — найди и забери ее. Уговорив или ударив навершием по голове и положив на плечо — выбор за тобой. Но мы должны забрать девушку. Коль вернешься без нее, поедем до Ущелья согласно уговору, однако дальнейшее развитие событий тебе не понравится. — Раф обернулся. — Луману незачем было это слышать. Я пока оттащу его в кусты попышнее, найду скакунов и окончательно попрощаюсь с Киланом. Потрудись возвратиться как можно скорее.
Лир ступал быстро, но опасливо, стараясь не заблудиться и не издать лишнего шума, что привлечет внимание солдат. Впервые за все время своего путешествия он не понимал смысла поставленной перед ним задачи — Ралафар с самого начала, как только они встретились с юношей, затеял многослойную игру, финал которой с большой долей вероятности окажется совсем иным, нежели его представляет Линур. Непринужденно отправивший Лумана в небытие князь с тем же успехом мог послать своего ненастоящего бастарда за княжной, пока сам собирался оседлать коня и направиться в сторону Ущелья в одиночку.
Однако Лир шел. Может, и обведенный вокруг пальца, но он шел, продолжая верить в лучшее и рассчитывая на честность товарища, ибо другого ему не оставалось.
Побоище медленно перетекало в локальные стычки между гвардейцами и мутантами, вспыхивающими в лагере и лесу вплоть до самого замка. Звонкую сталь было слышно за десятки метров, что позволяло крестьянам, трусам и раненым обходить бои стороной.
Фея после затяжного бега от нелюдей сидела у массивного ствола старого дерева уже как пятнадцать минут, не в силах побороть страх и заставить себя подняться. Подобранное в унисон строгой одежде отца черное платье испачкалось в земле и траве, а местами даже порвалось — когда девушка случайно задела облепленные шипами кустарники. Ее голова раскалывалась на части от нескончаемых криков и витающей в воздухе маны — больше всего дочь губернатора мечтала оказаться в замке и зарыться в подушку, чтобы ничего больше не слышать. К несчастью, она даже приблизительно не знала, в какую сторону нужно двигаться, чтобы попасть домой, из-за чего ей только и оставалось уповать на помощь одного из отрядов гвардейцев своего отца, или, что будет еще лучше, он найдет ее сам.
Вытащив припрятанный в сапожках нож, предназначенный скорее для самоутешения, нежели для серьезного отпора, Фейниль маленькими шажочками стала продвигаться вперед. Для обороны у нее имелось несколько способностей, которые при должном использовании могли нанести нешуточный урон врагу, однако против настоящей угрозы они становились фактически бесполезными; часто княжна замирала за очередным укрытием, прислушиваясь к звукам и высматривая людей вокруг — предусмотрительность уберегла ее от пробегавших мимо мутантов, чьи намерения не сулили ничего хорошего.
Вскоре Фея наткнулась на окропленную кровью полянку с изуродованными телами и до сих пор горящими после боя опавшими листьями и травой, местами превратившуюся в солому в силу золотой осени. Зрелище открылось пренеприятнейшее: у некоторых мертвецов отсутствовали конечности, в других зияли сквозные отверстия, а третьи были превращены в кашу или угли в зависимости от примененной против них магии. Не будучи брезгливой, девушка осматривала место сражения пристально, пытаясь рассудить, где кровопролитие началось, а где оно закончилось. Большинство из погибших принадлежали к войску Харрафа — столкновение было завершено в пользу людей. «Если найти следы выживших и пройти по ним, то мне не пропасть», — заключила Фейниль.
Чтобы распознать отпечаток подошвы ботинка на земле, следопытом быть не нужно — княжна разобралась с этим без труда, хотя следопытом, конечно, благодаря отцу называться могла. Система не одарила ее боевыми заклинаниями, вместо этого присвоив совершенно бесполезный класс танцовщицы, что тем не менее не помешало Яру обучать дочь охоте, стрельбе из лука и даже фехтованию. Тренировки вскоре принесли плоды — она получила способности вне своего призвания. «Должно быть, это испытание огнем», — подумалось ей, ведь ранее Фея в настоящей битве ни разу не участвовала. Оглядевшись еще раз, красавица приметила и сразу же подняла меч поменьше да полегче, несколько раз взмахнула им и продолжила красться.
Чудный запах леса и поющие задорные мелодии птицы, вместе дарующие умиротворение и спокойствие, сменились на падающий с неба пепел от пылающего повсюду огня. Война между величайшими домами Империи началась в краях Медио, поражая своими масштабами в первую очередь самого губернатора здешних земель. Прямо сейчас он спешил в осаждаемый мутантами во главе с Харрафом замок, собираясь ударить им в спину, после чего атака, по его расчетам, неизбежно захлебнется. Вслед за Яром скакало не меньше трех десятков всадников, слегка вымотанных после первого жесткого столкновения, но одновременно с этим воодушевленных из-за одержанного в нем верха.
Такой скромной, но способной на многое силой они двигались по вытоптанной за последние дни дороге, ведущую прямиком к каменному строению. Несмотря на творящееся безумие в чаще, за ее пределы, — на открытую местность, — почти никто не выходил, боясь попасть под копыта лошадей и обстрел лучников. Впрочем, гвардейцы и князь гнали тяжело дышащих животных с таким энтузиазмом, что даже не обратили бы внимания на выскочившие фигуры.
Отряд доехал быстро и без нежеланных приключений, однако радость его членов была недолгой, ведь сюрпризы для них только начинались: вместо рассредоточенного у главных ворот и стен противника, люди обнаружили буднично бродящих по стене дозорных и малое количество трупов на земле со стрелами в груди, свидетельствующих о
