Этот вопрос, заданный так наивно, вызвал кислую улыбку на губах варвара. На севере, в Ледяных болотах, впервые познакомился он со священником этого экзотического, с точки зрения северянина, учения — Несторианцем, а также с доктриной Безымянного бога. Судя по словам того человека, которого звали Джером (вместе с ним Брэк попал в опасное приключение), на земле постоянно сражались две могущественные силы: Йог-Саггот — Темный бог и Безымянный бог Несторианцев. В своих приключениях Брэк не раз сталкивался лицом к лицу с гневом Йог-Саггота — как с самим богом, так и со служителями его, бродящими среди людей. Брэк понимал, что на каждом шагу по пути в золотистый божественный Курдистан служители Темного бога, в том числе ужасный Септенгундус, могут подстерегать его. В любой момент они могут заступить путь варвару и попытаться отомстить.
В существование Йог-Саггота Брэк верил. К силе Безымянного бога он относился весьма скептически, хотя видел несколько доказательств могущества сил, сокрытых в каменном кресте. Да, варвар раньше встречался с монахами Несторианцами, в том числе с одним из них, которого звали Пол, — тем, кто принял смерть в Городе Драгоценностей на болотах Логола до того, как город был разрушен.
Все это промелькнуло в голове варвара, но вслух он всего лишь сказал:
— Я знаю.
— Не утруждай себя, споря с безумным дураком, — разозлилась Миранда. Она втиснула своего осла между ослом Брэка и лошадью Несторианца.
— Убирайся, Бенедик! Забирай свои безбожные слова и ничтожные легенды и рассказывай их в другом месте. Идеи твоего учения мне чужды. Для меня реальность — то, что обитает в стенах дома Тысячи Когтей. А с этим может разделаться сильный человек — человек, знающий о реальной награде, которую получит, если выиграет, вместо детских и эфемерных наград из тех, что обещаешь ты. — Дернув за поводья своего осла, она отъехала. — Брэк! Я приказываю, чтобы ты слушался меня и игнорировал этого болтуна.
Пристально посмотрев в глаза северянина, словно пытаясь убедить его в своей правоте, Фриар Бенедик сказал:
— Кем бы ты ни был, обрати внимание вот на что. Существа, живущие в стенах Гамура, — твари ямы. Души этих существ рождены проклятием, которое выдавила из человека всепожирающая страсть — месть. Если ты знаешь мой орден, как говоришь, то знаешь силу этого символа. — Монах поднял крест. — Меч в стенах дворца станет простым ивовым прутом. Возьми крест вместо…
— Я не верю в это… — заявил Брэк, почти не покривив душой.
— Так или иначе, возьми его. Крест доказывал свою сверхъестественную силу много раз. Этот символ — концентрация Безымянного, чья божественная сила всемогуща…
С криком Миранда замахнулась плетью и хлестнула Фриара Бенедика по лицу.
Священник вскрикнул. Он пошатнулся и вывалился из седла, растянувшись на каменистой земле. Кровь потекла из длинной, глубокой раны на его лице. Однако у него хватило сил крикнуть ей:
— Каждый человек в городе знает: ты посылаешь невинного раба на смерть, так как твоя жадность не знает границ. Но Безымянный бог видит несправедливость! Это не пройдет тебе безнаказанно…
Миранда резко дернула за повод осла Брэка. Крик Несторианца затих позади, заглушенный топотом копыт, когда два осла помчались вверх по холму.
Брэк догнал свою госпожу. Вуаль гнева окутала его разум. Он воскликнул:
— Что за бессердечие…
В ответ Миранда повернулась и хлестнула его по шее.
— Молчи! По закону ты — мой раб. Повинуйся, не рассуждая, не спрашивая! — Пока Брэк вытирал кровь со свой мускулистой шеи, Миранда пришпорила своего осла, гоня его дальше вверх по склону.
Наконец она спешилась. Туман клубился и змеился над землей. Ворон взвился с кучи щебня, покружил и исчез в тумане. К дворцу можно было пройти по прогнившим доскам старого подъемного моста. За ними лежала сломанная подъемная решетка. Вонь, идущая из руин, казалась отвратительной, зловещей.
Брэк спешился. Он заглянул через край давно высохшего рва. Пара толстых крыс прошмыгнула по сухому дну. Брэк заметил что-то еще — то, что, как казалось, недавно было человеческим телом. Труп вытянулся среди колючек диких растений, где когда-то журчала вода. Одежда и головной убор мертвеца выглядели безвкусными, но полностью еще не сгнили. Там, где на лице должно было быть мясо, Брэк увидел лишь обнаженную белую кость.
— А… — протянула Миранда, проследив за взглядом Брэка. — Его звали Акронос. Местный нищий. Вор. Он был последним, кто пытался войти во дворец в поисках сокровищ.
— Его одежды еще не выцвели, — задумался варвар. — Но кости голые, так, словно… словно он пролежал здесь столетия. — После паузы Брэк спросил: — Когда этот вор отправился во дворец?
— Дня четыре назад.
— Четыре?.. — глаза Брэка округлились. — Что случилось с его плотью? Ее расклевали… птицы?
— Нет, Брэк. Его одежды не разорваны. Разве не видишь? Это — дьяволы в стенах… — Неожиданно Миранда прижалась к огромному северянину. Ее волосы с седыми прядями развевались на сыром ветру. Рот ее был крепко сжат, и впервые варвар заметил, что в это утро Миранда изрядно выпила. — Дьяволы убили его, Брэк. Они могут убить и тебя. Но этого не случится… если ты поведешь себя храбро и принесешь сокровища… тогда ты сможешь остаться со мной в награду, вместо того чтобы уезжать из города. — Ее пальцы погладили могучие мускулы на руке варвара. — Ты останешься здесь как свободный человек. За твою храбрость я награжу тебя всевозможными удовольствиями… — Она попыталась поцеловать Брэка, и ее глаза бешено сверкнули, когда он оттолкнул ее.
— Я уже заключил один договор, — проворчал он. — И не стану заключать еще один. — И, вытащив украшенный драгоценностями меч Принца Гамура, Брэк ступил на подъемный мост, не оглядываясь.
Чувствуя, что Миранда следит за ним, он не поддался искушению взглянуть на злобную гримасу, исказившую ее лицо.
Варвар прошел по рухнувшей ржавой решетке и вступил на широкий внутренний двор, затянутый густым туманом. В полутьме тут и там сверкали человеческие кости.
Пока они поднимались на холм, Миранда дала варвару точные и тщательные инструкции, как найти главный зал. Без колебаний Брэк нашел арку портала, который раньше служил главным входом во дворец. Однако даже воздух во дворе показался Брэку благовонным по сравнению с тем, какой был внутри.
Варвар прошел длинным коридором и пересек зал с очень высоким потолком, где грязными лохмотьями свисала со стен некогда богатая обивка. Крысы сновали и скреблись среди обломков, разбросанных на мозаичном полу. Длинные гирлянды пыли свисали с потолка. Они задевали лицо варвара, когда он проходил мимо. Неожиданно над головой Брэка захлопала крыльями черная тень.
