— Я не могу поверить, что единственный, кто достоин доверия, это Стокс.
— Ошибаешься. Стоксу можно доверять, и его действия легко предсказуемы. В отличие от тебя он никогда не думает своей головой. Он просто выполняет приказы моего отца так же автоматически, как «серебряные парни» выполняют мои. Он отличный работник. Проблемой становятся только амбициозные люди вроде тебя.
Чейз ждал, пока она посмотрит ему в глаза.
— У меня всегда были способности к машинам. Может быть, со мной будет меньше проблем, если я скажу твоему отцу, что моту присматривать за системами снабжения на «Алмазной шахте»? Тогда я не буду касаться никаких других сторон его бизнеса.
Айвори слегка улыбнулась:
— Ты не понимаешь, насколько это жизненно важная вещь — системы снабжения. Если ты занимаешься ими, ты в гуще всех событий, а вовсе не остаешься в стороне.
— Что ты имеешь в виду?
Дело было вовсе не в этом пахнущем лимоном вине. Айвори просто захотелось сейчас довериться ему. Она знала, что он любит ее, а в ее представлении любовь и предательство были вещами несовместимыми.
— Когда мы ездили в банк, ты, наверно, заметил, что в нашем доке стоят «Томагавки»?
— Заметил, ну и что? Их используют для любых торговых перевозок.
— Из них также получаются отличные передвижные фабрики.
Чейз в изумлении откинулся на спинку стула:
— Ты что, имеешь в виду, что Спайдер производит «астральные пушки» и этих твоих замечательных «серебряных парней» на борту тех «Томагавков», что я видел?
Он, очевидно, был так поражен изобретательностью ее отца, что Айвори не смогла удержаться от смеха:
— Те, которые ты видел, может, и были частью нашего флота, а может, и нет. Наши прилетают время от времени заправиться и загрузиться продовольствием, так что они вполне могли быть нашими, но, может быть, и принадлежали кому-то из наших посетителей. Дело в том, что ни одно другое занятие не связало бы тебя более тесно с нашими деловыми операциями, чем это. Или можешь называть их «бесчестными делами», если хочешь.
Айвори только что дала Чейзу такую важную информацию, что ему следовало бы тут же встать из-за стола, связаться с Шефом, провести рейд на «Алмазную шахту» и даже не думать о возвращении туда или о еще одной встрече с Айвори. Придавленный этим новым знанием, он едва перевел дух. Более беспристрастный агент, возможно, просто сдал бы ее под арест и занялся рейдом, но Чейз совершенно не был готов к тому, чтобы вот так закончить свое задание на «Алмазной шахте».
— Это блестящая мысль, — совершенно искренне признал он, — но разве можно произвести достаточное количество оружия на борту кораблей, чтобы продавать его всем желающим?
— Их недостаток только нам на пользу, Чейз. Мы хотим быть уверены, что сможем продать все оружие, которое сделаем, не перенасыщая рынок.
— В этом есть смысл.
Их прервала официантка, принесшая им салат, и, когда они снова остались одни, Чейз решился переменить тему:
— Мы же здесь отдыхаем. Давай поговорим о делах в другое время. Так что ты хочешь делать завтра?
— Просто полежать на берегу, — тут же решила Айвори. — И может быть — только может быть, — ты еще раз поучишь меня плавать.
— Мне это доставит большое удовольствие.
— Надеюсь, не единственное.
Улыбка Чейза придала ей уверенности в том, что она получит все удовольствия в избытке, но сам он чувствовал, как вокруг нее затягивается сеть, и его боль была сильнее его радости.
После обеда Айвори захотела заглянуть в какие-нибудь бары, чтобы сравнить их с «Алмазной шахтой». Но ни «Хрустальный дворец» на фантастическом уровне, ни украшенный шелками «Оазис» посреди пустыни не шли ни в какое сравнение с изяществом и красотой заведений ее отца. В «Оазисе» они заказали миндальный ликер со льдом и несколько минут болтали просто ни о чем, что было так естественно в этом шатре шейха. Но потом Айвори снова стала задумчивой.
— Должно быть, жизнь в колониях очень тяжела, если люди хотят забыться в таких иллюзиях, — сказала она.
— Но ведь отпуск предполагает смену обстановки. Кроме того, если бы людям нравилось быть дома, они бы никуда оттуда не уезжали. Курорты предлагают что-то совершенно непривычное в первую очередь для того, чтобы привлечь колонистов.
Чувствуя ленивую расслабленность во всем теле, Айвори была готова остаться здесь, на этой шелковой кушетке, и просто представлять себе, как выглядят все остальные чудеса этого курорта.
— Мне больше нравится, когда вокруг меня все настоящее, — призналась она. — Не потому, что оно более реально, чем здесь, но оно по крайней мере хотя бы кажется более реальным.
— Естественно, но существуют люди, которые как раз хотят убежать от реальности во время своего отпуска. Если ты работаешь на шахте, тебе, конечно, хочется побывать на пляже или в пустыне: где-нибудь, где светло и солнечно. Опять же, если ты бьешься, пытаясь вырастить урожай Для новой колонии и тебе не хватает открытого пространства, то твоим любимым уровнем будет фантастический. Они стараются доставить удовольствие всем. Вот почему они предлагают так много.
— Я все время сравниваю все здесь с «Алмазной шахтой». Конечно, к нам не приезжают с семьями, и у нас не такие разнообразные развлечения, но наши посетители ни когда не скучают.
— Это потому, что у вас такие замечательные развлечения.
Чейз допил свой ликер и, немного поразмыслив на тему, не взять ли еще, решил, что все же не стоит. Он уже был слегка пьян и все еще чувствовал себя взбудораженным предыдущими откровениями Айвори: они мучительным эхом отзывались в его голове.
— Азартные игры и женщины? — усмехнулась Айвори. — Это ведь и самые древние развлечения, не так ли? Но мы можем предложить и что-нибудь поновее или по-новому подать то, что у нас уже есть. Это, может быть, неплохая идея, ее можно обдумать серьезно, когда мы вернемся на «Шахту».
Айвори говорила вполне серьезно, но сейчас Чейзу хотелось говорить о чем угодно, только не об «Алмазной шахте».
— Ты неправильно понимаешь цель нашего приезда сюда. — Он помолчал, думая, как лучше закончить фразу, но ничего подходящего не приходило в голову. — Мы просто хотели побыть вдалеке от «Шахты», а не придумывать, как лучше ее переустроить.
Айвори оставила без внимания это замечание.
— А у них есть здесь казино?
— Нет. Азартные игры не разрешены на границе, по крайней мере ни на одном из легальных курортов ты их не найдешь.
Айвори повертела бокал, перемешивая ликер со льдом.
— Жизнь сама по себе похожа на азартную игру, верно? Особенно на границе.
— Жизнь действительно азартная игра, — согласился Чейз, и, когда их взгляды встретились, он не увидел в ее глазах ни следа фальши. — Давай вернемся в лагуну, — предложил он.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
