— Беги-беги, пока можешь, — хмыкнула я. Гар тоже решил воспользоваться моментом и ретировался вслед за повелителем. Предатели. Оставили меня тут одну с… женщиной, которая сейчас открыла глаза и удивленно пялилась на меня.
Глава 17
Всевидящая оказалась совершенно беспомощной, словно младенец, только что родившийся. Разве что в пеленки не писается и не орет благим матом в поисках еды. А так все то же самое. Я до вечера с ней промучилась, пытаясь объяснить элементарные вещи. Поскольку ее настоящее имя никто не знал, то мы решили оставить имя предыдущей владелицы этого тела. Гвинерва или проще Гвин. Мне в вопросе ее просвещения очень Жанна помогала. Но, наверное, этой заботой о другом человеке она старалась унять клокочущий в ней гнев. Как ни крути, а Зак снова променял ее на какой-то долг. Очень жаль, но и в будущем проще ей не станет.
А мужчины решали свои глобальные дела, к которым меня никто не подпускал. Снаружи дежурили стражи и анвары внутреннего круга, которые все, как один принесли присягу новому ведущему. Еще бы не принесли, после того, как он их всех как котят по арене разметал. Из комнаты я выходила только с сопровождением. И злилась. Повелитель умудрился растрепать о моем интересном положении. Ну, конечно не всем, только тем, кому доверял.
По тем обрывкам, что до нас доходили, мы выяснили, что безликие устроили глобальное вторжение в Морию. А Лестар, к всеобщему удивлению, объединил усилия с мятежниками, в обмен на отмену рабства.
Я так поняла, вторжение началось именно в тот момент, когда Эйнар, Азраэль и Киара со Львом обсуждали совместные перспективы сотрудничества. В этом вопросе камень очень помог, ну, и поддержка Адеона, конечно.
Насчет Иланы и врат пока ничего не было слышно. Но я не сомневалась, скоро она и те, кто с ней связан, объявятся.
А вот, что действительно беспокоило, так это предатель, который просто испарился из дворца. Никто о нем не слышал и не видел. Пошел к своим? Почуял, что тьмы больше нет? Готовит ответный ход? Я не знала, но очень хотела выяснить. Еще бы от тюремщиков за дверью избавиться. Было бы здесь окно, улетела бы. Но… Рейвен слишком хорошо меня изучил.
Кстати, он не появлялся все это время. Не знаю, то ли давал мне перегореть, то ли подумать обо всем. О нас, например. Хотя, чего сейчас об этом думать? Все предельно ясно. Вот только не давало покоя то, что я себя неверной женой чувствовала, которая боялась сказать мужу о своей измене. И в роли мужа Азраэль. Как он все это воспримет? Поймет ли? Примет ли? И как же в этот момент мне не хватало Милы с ее советами, которые иногда были жестоки, но так необходимы.
Вечером Жанна ушла на встречу с Заком, а я решила воспользоваться тем, что осталась одна, не считая играющей с кубиками Гвин, чтобы поговорить с миром. Ведь тьмы больше не было, а значит, мне ничего не угрожает… наверное.
Спешить в этот раз было некуда и я решила побродить по дворцу. Особенно привлекало необычное сияние, исходившее из зала «трех мечей». Оказывается, именно здесь эти конспираторы устроили свою штаб квартиру. Удивительно, но сиял повелитель, спорящий о чем-то с Максом. Пользуясь тем, что он меня не видит, я решила прикоснуться к сиянию. Зря. Он почувствовал, вздрогнул и уставился в пространство. Хорошо, что меня по-прежнему не видел. Я вернулась к своему телу, нащупала нить более глубокого уровня и прошла по ней, чтобы через секунду оказаться в объятиях Милы.
* * *
— Ну, наконец-то, — воскликнула подруга.
А я говорить не спешила. Еще свежи были в памяти воспоминания о предыдущей Миле, которая вообще непонятно кем оказалась.
— Почему ты проиграла последний титул королевы зимы? — строго спросила я.
— Что? — удивилась девушка.
— Я вопрос задала. Отвечай, иначе уйду.
— Хорошо, — растерялась она, — Потому что дурой была. Так разозлилась на эту стерву, предательницу и гадину Медею, что напрочь забыла все слова. Поэтому постыдно сбежала со сцены в самый ответственный момент, довольна?
— Ага, — улыбнулась я, — А я думала, что это Медди тебя заколдовала.
— Не думала.
— Но хотела бы думать.
— Подлиза.
— Есть немного, — ответила я и уже без опаски обняла подругу, — Ты как?
— Терпимо. Твой камень очень помог. Теперь через меня проходят такие потоки, что иногда голова кругом идет.
— От магии?
— От того, что у меня столько друзей. И столько людей борются за мою жизнь.
— Привыкай быть важной персоной в этом мире.
— Стараюсь, но это сложно. И страшно немного.
— И не говори.
— А ты-то как?
— Совет нужен.
— Рассказывай.
Ну, я и рассказала обо всем. О том, что наболело. О Лиссе и Гаре, о Рейвене и его взгляде, о долине и многом другом.
— Вижу, ты времени зря не теряла.
— Но противоядие так и не нашла.
— Найдешь, — убежденно ответила она, — А насчет всего остального… вот что я тебе скажу, подруга. Ты не стоишь его. Вот ни мизинца его не стоишь. И чего он в тебе нашел? Безмозглая, постоянно рискующая собой, самовлюбленная идиотка.
— Ну, спасибо.
— Не смей обижаться на правду.
— А это правда?
— Сама посуди. Ты постоянно обвиняешь его в том, что он все за тебя решает, за то, что ограничивает твою свободу, а сама-то ты что делаешь? Он всю жизнь за тобой бегает, всегда первым делает шаг, всегда и во всем виноват, а ты? Ты хоть раз первой сказала «люблю»? Ты хоть раз поставила себя на его место? Вот представь, ты любишь девушку. Хорошо, не надо на меня так смотреть. Ты любишь мужчину, больше жизни, больше себя, больше…
— Поняла, поняла. Бесконечно.
— Не перебивай старших. Так вот. Ты его любишь, хочешь замуж. А он нет. У него есть друзья, родственники, какие-то девушки вокруг, которые ближе ему, чем ты, да еще оказывается, что у него связь с твоей сестрой, которую ты с детства не выносишь.
— Но я же пришла к нему тогда?
— Один раз, Аура. Один раз. Пришла, здрасти, сделала одолжение. После того, как растоптала его сердце на глазах у стольких зрителей. Да я бы на его месте тебя тут же бросила и нашла другую. Ту, что готова ради него на все. А ты… ты готова на все ради друзей.
— Но ради него я тоже готова.
— На что, Аура? На что ты готова ради него?
— На все. Я готова отказаться от крыльев.
— Так скажи ему это. Скажи ему все без утайки и полуправды. Докажи ему, что он тебе хотя бы нужен. Мне кажется, он этого достоин.
— Достоин, — согласилась я, — И даже больше.
* * *
Я решила не откладывать в долгий ящик свой разговор с Рейвеном. Я, конечно, пессимизмом не страдаю, но мало ли что. Останусь вдовой, не успев стать женой. Не, мне такого счастья не надо. Поэтому решила о себе напомнить, а то вдруг забыли. Гулять по дворцу, в конце концов, мне никто не запрещал.
