— Потому что ты любил? — медленно спросила я.
— Да.
Я нахмурилась и положила ладони на лоб — у меня резко разболелась голова.
— Рин, что ты вообще знаешь о скверне?.. — вопрос Дамаса заставил меня посмотреть на него.
Громкий стук был таким неожиданным, что я вздрогнула.
— Ваше время закончилось, — Трой бесцеремонно открыл дверь и вошёл в комнату.
— Ты ведь несерьёзно? — буквально впадая в ступор от подобной наглости, спросила я.
— Всё в порядке, у нас ещё будет время поговорить, — Дамас прошёл к двери, на мгновение задержавшись рядом с Троем.
Не знаю, что обозначал тот взгляд, который наёмник бросил на метиса, но мне стало как-то не по себе, учитывая, что видимых причин для ссоры с командиром отряда демонов у Дамаса не было.
Не будет же он заступаться за меня. Это было бы очень необдуманно. И глупо.
Естественно, Трой пропустил этот небольшой выпад мимо внимания, и спокойно вышел за наёмником в коридор. А я продолжала стоять в центре комнаты, не в силах отойти от разговора, что состоялся несколько минут назад, не в силах даже просто сесть на кровать. Слишком много всего — чувств, эмоций, переживаний… я отвыкла от этого ощущения, когда всё твоё существо буквально кипит от пережитого и не хочет отпускать, продолжая возвращаться в прошлое, раз за разом окунаясь в воспоминания и восстанавливая в голове цепь слов, взглядов, реакций… Чёрт. Я не должна себе этого позволять!
Я попыталась перестроиться и проанализировать всю полученную информацию. Скверна не появляется на телах тех, чьи помыслы чисты… кажется, пасторы всегда так и говорили, однако, я никогда не задумывалась над этим утверждением. Скверна, Тени, Грешники — всё это стало восприниматься мной, как будничная реальность, всё это стало неотъемлемой и привычной частью моей жизни… Но это не всегда было так.
Почему я перестала об этом думать? Почему перестала задавать вопросы? Ответ был прост — чем больше ты думаешь, тем больше шансов, что отвлечешься и пропустишь появление Грешника.
И теперь, стоя в центре своей новой спальни, я начинала… размышлять. Впервые за долгое время.
И мысли мои были совсем не радужными.
Что произошло пятнадцать лет назад?.. Как получилось, что мир изменился НАСТОЛЬКО? Я не очень хорошо помнила, но, кажется, в то время люди не были настолько религиозными… А сейчас, когда пасторы стали едва ли не единственными спасителями для всех людей… где же сейчас тот самый Бог, к которому они так неистово взывают? Почему его, наславшего на мир эту проказу, так до сих пор никто и не видел? И почему я, никогда не обращавшаяся к нему с молитвой, не страдаю появлением черных пятен на теле? Я догадывалась, что это было как-то связано с Тем Местом, где я была до своего побега, но почему-то никогда не задумывалась над этим… просто воспринимала, как факт, то, что на мне скверна не появляется.
Но мир продолжал умирать от этой заразы.
И вот я встречаю Троя, который вкалывает себе препарат с большим содержанием наркотических средств и избавляется от скверны у меня на глазах… и я вновь не задаюсь вопросом «что происходит?»…
«Рин, что ты вообще знаешь о скверне?..»
Ничего не знаю.
И даже не хотела знать. Единственным моим желанием было — выжить, об остальном я не думала. Просто не успевала думать.
Как это произошло?..
Как получилось, что при всех этих обстоятельствах главной опорой человечества в Мире После стала именно вера? Дамас лучше помнил старый мир, и он наверняка знал, в чём была причина…
Но теперь, после всего, что было произнесено… теперь даже я, едва заставшая планету до разрушения, очень отчетливо понимала: скверна — не божественное наказание.
Это скорее…
Дверь так резко открылась, что я дала себе зарок — научиться спокойно реагировать на приход Троя. Иначе в какой-то момент я просто свалюсь от нервного припадка.
— Ну, как, наговорились? — метис застыл у косяка, сложив руки на груди.
А я начала злиться — что было плохо, учитывая, кто он, и в каком положении я находилась. Но он сам прервал наш разговор!
А ещё больше меня злило, что сам факт того, что разговор с Дамасом состоялся, было целиком и полностью заслугой Троя. Это он разрешил мне поговорить с наёмником. Это он позволил сделать это в приватной обстановке.
Это он сделал так, что я размякла и позволила себе почувствовать свою слабость, — не говоря о запрещённых мыслях о нашем мире, что начали появляться в моей голове. Но именно в тот момент, когда я допустила в себе эту перемену, я очень чётко поняла то, что уже давно должна была понять…
— У меня к тебе вопрос, Трой, — я прошлась по комнате и замерла, чувствуя, что нарвусь на большие неприятности — и тем не менее, уже не могла сдержать себя, — Позволишь спросить?
— Позволяю, — усмехнулся тот, по-видимому, пребывая в добром расположении духа.
— Я должна докладывать тебе обо всём, что будет говорить Аст? Я права?
— Права, — кивнул Трой.
— И я должна докладывать тебе обо всём, что он будет делать? — я внимательно посмотрела на метиса.
— Верно, — во взгляде Троя что-то изменилось, но меня уже несло: я была слишком взведена после разговора с Дамасом, и слить пар мне было просто некуда.
— Скажи, Трой, а если я решу переспать с ним, я должна буду рассказать тебе обо всём в подробностях? Или обойдёмся общим пересказом с перечислением использованных гласных и местоимений?
Резкий рывок ко мне, толчок в грудь, и я отлетела на кровать. Трой навис сверху, глядя на меня пугающим взглядом, в котором безумие туго переплелось с желанием.
— Ты провоцируешь меня, Покахонтас? — медленно спросил он с очень странной улыбкой на губах.
— Я просто уточняю, чтобы в последствии не вышло конфуза, — сдержанно ответила я, едва справляясь с собственным дыханием.
— Что случилось с твоими принципами? — он чуть наклонился ко мне, вынуждая замереть от его близости, — Больше не блюдешь свой целибат?
— Я никогда не принимала целибата, — глядя ему в глаза, ответила я, — Я грешу, как и все. Просто тщательно выбираю, с кем грешить.
Некоторое время Трой просто смотрел на меня, смешивая наше дыхание и вдавливая меня в матрац тяжестью своего тела… а затем она начала появляться… Скверна… Небольшими пятнами — от глаз к скулам, затем к подбородку… спускаясь на шею. Я не могла оторвать от неё глаз. Это было невероятно. Я впервые видела это в такой близи, и я впервые осознала свою собственную реакцию на то, что происходило.
Моё дыхание было тяжелым.
Я была заведена.
— Ты хочешь меня, — выдавила из себя, каждым сантиметром своей кожи ощущая его тело.
