Когда папа вместе с другими вышел из кухни, я встала и подошла к Бек.
– Калеб научил меня серфингу за несколько дней. Это так здорово!
– Я бы тоже хотела. Только нашелся бы гений, который выучил бы меня за одну минуту, – мечтательно протянула Бек. Я услышал, как за моей спиной кашлянул и рассмеялся Калеб, вместе с Ральфом поднимавшийся по лестнице переодеться. – Но я не хочу потратить всю жизнь на учебу. Ну ладно. По крайней мере, мы сможем поваляться на пляже, верно?
– Да, конечно.
Я рассмеялась, схватила ее за руку и потащила переодеваться.
– Она же холодная! Как лед! – пожаловалась Бек.
– Детка, давай, залезай же, – крикнул потерявший терпение Ральф, сидя на доске в воде. – Как я научу тебя серфингу, если ты не заходишь в воду?
– Хорошо! – так же громко ответила она. Я увидела, как Бек прыгнула в воду, подняв вокруг себя тучу брызг и отфыркиваясь от них. Она вынырнула с веточкой водорослей на шее.
– Ой, – завизжала Бек, размахивая руками и пытаясь сбросить водоросль. – Эта штука забралась мне в волосы!
– Это же просто водоросль.
– Я не вижу тебя из-за водоросли в волосах!
Я засмеялась и, обернувшись, увидела, что на песке сидят Джен и Биш в шортах и футболках. Они сидели так, что могли разговаривать, но не касаться друг друга, потому что между ними пристроилась Белла. Я давно уже отключилась от этой парочки. Слушать поток обрывочных мыслей – дело не из приятных. Джен засмеялась, когда Биш ей что-то сказал, и он радостно улыбнулся.
Я прикусила губу и задумалась, что делать. Ситуация уже выходила из-под контроля. Создавалось впечатление, что сделанное Бишу предупреждение только разожгло его интерес к Джен и желание.
Черт!
– Эй, – Калеб потянул меня в воду. – Не все так уж плохо.
– Тебя это не тревожит?
– Еще как, – вздохнул он. – Меня убивает, что она так его хочет и не может быть с ним. Я желаю ей счастья.
– И я хочу ему счастья. Но какой ценой?
– Ладно, хватит. Когда это стресс поразил нас? – он обнял меня за талию.
– Думаю, все началось с появления Марлы.
– Хорошо. Значит, нам нужно мысленно вернуться немного назад и просто отдохнуть несколько дней.
– Как ты себе это представляешь – после всего, что произошло? К тому же я знаю, что ты не собираешься расслабляться. Так с какой стати я стану расслабляться?
– Туше. Но, – ухмыльнулся Калеб, – у меня сегодня концерт. Неужели ты не хочешь, чтобы я был спокоен и готов к нему?
– Виновата, – призналась я и хихикнула. – Надо исправляться, правда?
– Что-нибудь придумаем, – шутливо парировал он и стянул меня в начавшую холодать воду.
Его мама с папой были совсем рядом с нами и катались на волнах, как профи. Я с удовольствием посмотрела на Рэйчел в симпатичном купальнике. Она выглядела совсем не так, как в привычных для нее брюках, и могла искусно скользить и грести на доске.
Бек постепенно перестала скулить, и я несколько раз слышала, как она смеялась, когда Ральф пытался научить ее стоять, не падая, на доске. Папа плавал неподалеку. Он не брал доску, просто купался. Кайл, бедняга Кайл, был предоставлен сам себе и в конце концов пошел и растянулся на песке. Биш и Джен оставались на берегу и ни разу не вошли в воду.
– Так зачем эта звезда? – спросила Бек у Калеба, когда мы вчетвером развалились на песке, расстелив полотенца.
Я пребывала в полудреме, когда Бек своим вопросом стряхнула с меня сон. Я лежала на животе, а Калеб держал руку на моей спине, чтобы не дать мне заснуть. Ночь была такая длинная.
Калеб потер свое плечо, где зеленой краской был вытатуирован контур зеленой звезды.
– Э… Да так… глупость, ничего особенного. Я ночная сова, – он пожал плечами.
– Поняла. Классно. И другая мне тоже нравится – такие тоненькие спирали. Мне всегда хотелось тату. Может, мы с Ральфом сделаем себе перед поступлением в колледж.
– Ну нет, – Ральф прикрыл глаза рукой. – Я не собираюсь портить свою кожу. Без обид, старичок.
– Никаких обид, – отозвался Калеб, думая о чем-то другом.
Мимо проходил Кайл. Шел, как прозвучало у него в мыслях, домой. Я остановила его:
– Иди, посиди с нами, Кайл.
Он глянул куда-то между мной и Калебом и решил не останавливаться. Но тут Бек подыграла мне:
– Давай, Кайл, ты что-то сегодня хмурый. Присядь.
Кайл вздохнул и сел, намотав полотенце на голову и плечи, чтобы прикрыться от солнца. Я увидела его грудь и живот, крепкие и загорелые, как у всех Джейкобсонов. И посередине – полоску волос. Под самым пупком я заметила что-то, выглядывающее из-под плавок. Я скосила глаза, чтобы получше рассмотреть, и услышала его:
Я же говорил тебе, что у меня в интересном месте татуировка. Это орел. Он появился, когда мне исполнилось шестнадцать, и эта штука так болела, что хотелось орать.
Улыбнувшись, я про себя рассмеялась. Ему понравилась моя реакция, и он тоже улыбнулся. В его глазах появилась искорка радости, какой не было уже не помню сколько дней. Однако Калеб посмотрел на меня как-то странно.
– Ладно, ребята, – окликнул нас Питер. Я заметила, как Бек вытаращилась на него, одетого только в купальный костюм. Эти джейкобсоновские мужчины никогда не отличались строгостью в одежде. – Давайте-ка пойдем в дом, примем душ перед концертом Калеба.
Все согласились и побрели к дому. Мы с Бек переоделись в комнате, где стоял мой чемодан. Питер так и не сумел найти кого-нибудь починить душевую кабинку, но зато купил занавеску для душа. Я все еще переживала о случившемся, но он заверил меня, что все нормально.
После того как мы с Бек приняли душ и причесались, я мысленно услышала, что подруга хочет намекнуть: она знает, что у меня есть какая-то тайна. По ее мнению, это было связано с моим похищением, и Бек ждала случая поговорить со мной об этом. И вот дождалась.
– Знаешь, Мэгс, а ты ведь еще не рассказала мне, что с тобой случилось, когда тебя похитили, – непринужденно заметила она, делая себе укладку.
– Это были одни парни, – ответила я, крася ресницы. – Они меня выследили и отвезли в свой дом, а потом я убежала. Калеб с семьей прочесывали лес, и он нашел меня. Вот и все.
– Значит, ты спасла его, а он спас тебя. Вы, ребята, созданы друг для друга, – с восторгом произнесла подруга и засмеялась.
– Да, – улыбнулась я, – так оно и есть.
– И что… ты беременна?
– Что? Нет!
– Тогда ты ведешь себя как-то странно. И все у вас, ребята, кажется таким таинственным, и то, что вы приехали сюда, и вообще… Я уж подумала, что отец отослал тебя подальше от дома, чтобы ты родила ребенка.
