Верховной истончается, и вместе с тем сокращается дистанция её рывков.
Хех. Похоже, чьи-то магические силы здесь весьма ограничены. Хоть какая-то справедливость! Если не работают ни мои заклинания, ни зелья, то её тоже не должны!
Ну и как тебе на вкус здоровая конкуренция?
Верена издаёт очередной вопль, и, забив, видимо, на свой огонь, срывается на бег.
На моих губах расцветает улыбка.
Правильно, тушись, моя хорошая. Потому как гореть твоей заднице нафталиновой придётся долго.
Впереди начинает маячить знакомая поляна.
Да!
Вот оно.
Я успела.
Очередная угрожающая встряска. Однако на этот раз, помимо землетрясения, она приносит за собой ещё один неприятный сюрприз: земля начинает трескаться. Маленькие щели, появляясь на приличном друг от друга расстоянии, с поразительной скоростью разрастаются.
Чёрт, а вот это уже плохо. Очень-очень плохо.
Но кое-что куда более плохое ожидает меня впереди.
Добежав до поляны, я обнаруживаю на ней нескольких жителей. Они стоят полукругом, женщины и мужчины различных рас и возрастов. Их позы статичны, как, собственно, и всё здесь. Глаза широко распахнуты.
Я резко останавливаюсь. Тяжело дыша, осматриваю их, и сердце моё сжимается от ужаса, когда я пониманию: моей сестры здесь нет.
Но как…
Почему?!
Я же… я ведь была уверена, что она тут!
Куда они её дели?!
Что сделали с ней?!
— Где моя сестра?! — В моём голосе отчётливо слышится истерика, но мне плевать.
— Верховная дала приказ искать, — отзывается мальчик лет четырнадцати.
— Искать? — Неужели Верена действительно не знает, куда делась Анька?
Но как такое возможно?
— Я просил не… не возвращаться, — резко оборачиваюсь.
В каких-то пару метров от меня обрисовывается постепенно приближающаяся фигура… Парона Скотта.
Я сглатываю.
Что происходит?
Меня загнали в ловушку?
Господи, неужели Верена специально устроила весь тот спектакль в домике, чтобы я сама пришла туда, куда ей нужно?
Да нет, чепуха какая-то. Откуда ей было знать, что я пойду именно сюда?
— Зачем… вернулись? — Василиск останавливается возле меня.
Он в животной ипостаси, но только сейчас я обращаю внимание на его "волосы". Практически все из растущих прямо из его головы змеек мертвы. Малышки висят, открыв маленькие пасти, пока жалкие единицы их собратьев подёргиваются в странных конвульсиях.
К горлу подкатывает ком. Мне кажется, что совсем чуть-чуть, и меня вырвет от увиденного прям на Скотта, но я держусь.
Перевожу взгляд на его лицо. Оно выглядит таким же мёртвым и недвижимым, как и лица остальных, но в глазах проскальзывает что-то живое.
Какое-то понимание.
Будто он осознаёт всё происходящее.
— Я ищу сестру, — сглатывая, отвечаю. — Скажите, где она, и я уйду.
— Она… прячется, — отвечает василиск. — Верховная приказала искать.
Прячется…?
— Но где она может…
Сон.
Тот Анькин кошмар, из-за которого мы тогда переполошились!
Ривера сказала, что он вполне может оказаться вещим…
Ну, конечно! Как же я раньше не подумала об этом! Всё же сходится!
В том сне она была окружена мертвецами и пряталась… в стволе какого-то дерева!
— Парон, послушайте, — земля вновь содрогается.
Трещины увеличиваются сильнее, и я буквально физически ощущаю, как расходятся под ногами каменные плиты. Некоторые ели заваливаются набок — похоже, некоторые трещины открываются прямо посреди их корней.
Я нервно сглатываю, но продолжаю:
— Я привела ведьм на помощь, они скоро закроют разлом и всё закончится, — в глазах мужчины вспыхивает нечто, похожее на радость. Хотя, вполне возможно, что это — всего лишь самообман, и на самом деле ему абсолютно плевать уже на всё происходящее. — Но я… мы с сестрой живые… Мы не должны… не должны умирать здесь. Помогите мне. Я знаю, вы ещё сохранили рассудок. Вы можете помочь!
— Разлом закроют? — Глухо повторяет он.
— Да! Да, его закроют. Оглянитесь, это место уже рушится! Ещё немного и всё закончится: вы обретёте покой. Только помогите мне найти сестру, умоляю!
Некоторое время он стоит, вглядываясь в моё лицо.
Я нервно тереблю ворот моей форменной рубашки. По моим расчётам, Верена должна уже скоро появиться здесь, и тогда мне точно не сдобровать — она прикажет этому отряду послушных зомбаков напасть на меня!
Я не смогу отбиться от них всех!
— Хорошо, — наконец произносит Скотт. — Я… помогу.
— О, Прародительница, спасибо вам огромное!
Лес оглашается визгом Верены и я вздрагиваю.
Нет.
Она уже близко!
— Уходите! — Бросает василиск. — Я задержу их, а вы ищите сестру!
— Спасибо. Прощайте, господин Скотт.
Он кивает.
Не теряя не секунды, я вновь срываюсь на бег. За спиной раздаются возмущённые голоса других мертвецов и безумный смех Верховной.
Я ускоряюсь. Мои глаза жадно блуждают по округе в поисках заветного дерева.
Я же помню, что видела его раньше.
Мы видели.
Ещё когда только оказались здесь, мы с Анькой от нечего делать исследовали окрестности и находили много всяких странных деревьев, но как-то особенно врезалось в память.
Большое. С крупными, разросшимися корнями. Корни казались настолько массивны, что даже вырывались из земли, переплетаясь друг с другом. Не в пример им, листья были мелкие, совсем тоненькие. Они слабо качались при любом, даже самом незначительном порыве ветра.
Она просто не могла спрятаться нигде, кроме как в нём.
Треск.
Я едва успеваю отскочить, когда особо крупная трещина проходит совсем рядом.
Проклятье, времени совсем уже не остаётся! Да где же это чёртово… о, боже!
Дерево!
Это оно!
Я не верю, господи, не верю…
Хоть бы она была там!
Огибаю эту исполинского размера махину и негромко зову:
— Анька?
Шорох.
Из наваленной в выемке одного из корней листьев и травы доносится слабый писк:
— Варька?
— Да! Да, это я!
Плюхаюсь на колени и принимаюсь было разбирать пресловутую "дверь", но не успеваю: в следующую секунду сестра сама выскакивает из своего укрытия и бросается мне на шею.
Сжимаю её в объятьях.
Ну, наконец-то. Вот теперь точно всё должно быть хорошо.
Эпилог
Створки тяжёлых, украшенных позолоченным орнаментом дверей распахиваются, впуская решительно ступающего по мраморному полу Великого герцога Модсогнира Вату.
Он облачён в неизменно строгий, застёгнутый до самого подбородка чёрный камзол. Его высокие сапоги из дорогой кожи идеально начищены, а чёрные же брюки отглажены.
Собран и безупречен, как и всегда. Но на этот раз кое-что всё-таки выбивается из привычного образа будущего главы службы разведки Кархарской империи.
Улыбка.
Да-да, вопреки обыкновению, невозмутимое лицо дракона окрашено отпечатком веселья, чего молодой герцог себе до этого практически не позволял.
Но сегодня всё было по-другому.
Он выполнил задание императрицы.
Отыскал преступницу.
Раскрыл загадку, которую своим потомкам оставила императрица Урсула, бывшая регентшей при своём сыне — будущем императоре
