Я хотела надеть юбку, но зайти так далеко не рискнула, поэтому остановилась на обтягивающих джинсах и новых босоножках на невысоком каблуке. Топ выбрала оливково-зеленого цвета, того же, что и плащ, с узкими бретельками, слегка спадающими с плеч. Бретельки и низкий округлый вырез декольте были обрамлены тонким кружевом.
Я изучила собственное отражение в зеркале и испустила тоскливый вздох. Сегодня я выглядела лучше, чем в ту ночь, когда встретила Кийо. Если бы он только меня сейчас видел!
Я обрызнулась капелькой «Виолетты ди Парма», взяла плащ, оружие и направилась к двери.
Тим едва не вывалился из кресла, когда увидел меня.
— Ты что делаешь? Куда собралась? Ты не можешь! Это после вчерашнего-то?
— Мне уже лучше, — наврала я.
На самом деле враньем это было лишь отчасти. Мне уже лучше? Нет. Мне уже лучше, чем вчера? Да.
— Ты рехнулась.
— Прости. Дела не ждут.
— Это в таком-то виде? — не поверил он.
Не обращая на него внимания, я поехала в пустыню, к нужной точке. Переход в Мир Иной в моем нынешнем состоянии вышел несколько жестким, но я справилась.
Когда я перенеслась, Волузиан и Нанди ждали меня на перекрестке. Финна поблизости не было. Вот один из недостатков того, что он не подчиняется мне.
Мы пошли по дороге, и вскоре я поняла, что каблуки оказались самой плохой идеей из всех возможных. Я сняла босоножки и всю дорогу несла их в руке. По пути я решила, что если собираюсь и дальше встречаться с Дорианом, то нужно будет оставить здесь свой якорь, чтобы облегчить переходы.
— Не входите в его владения, не попросив гарантий гостеприимства, — предупредил Волузиан. — Прежде чем вы войдете, вас обезоружат. Нельзя идти туда без защиты.
Я согласилась, хотя мысль о том, что у меня в первую очередь заберут оружие, мне не понравилась.
В этот раз никто на нас не нападал, и мы практически беспрепятственно подошли к воротам. Стражники узнали меня, обнажили клинки и с решительным видом заслонили вход.
— Наша повелительница идет с миром, — трагически заявила Нанди. — Она будет говорить с королем Дубового Царства и просить его гостеприимства.
— Думаете, мы идиоты? — спросил один из стражников, внимательно следя за мной.
— Не совсем, — ответила я. — Но мне кажется, будто именно вы были тут в прошлый раз и видели, что я никому не причинила вреда. Может, вы также обратили внимание на то, что я провела довольно много времени в спальне вашего короля. Поверьте, он будет рад меня видеть.
Стражники коротко посовещались и послали одного из своих в замок. Он вернулся через несколько минут с гарантиями гостеприимства и приема, но для начала они и в самом деле разоружили меня. Мы прошли по тому же коридору, что и в прошлый раз, но миновали двери тронного зала и двигались дальше, в глубь крепости, пока не оказались перед стеклянными дверями, за которыми виднелось что-то вроде сада или атриума.
— Его величество гуляет, — объяснил один из стражников, перед тем как открыть двери.
Волузиан преградил ему путь.
— Позовите герольда, чтобы объявить о приходе моей повелительницы. Она здесь не пленница. Не забудьте о ее титулах!
Этот человек взглянул на меня, поколебался, но все-таки послал за герольдом. Через несколько минут прибежал дородный мужчина, с головы до ног одетый в сине-зеленый бархат. Он осмотрел меня, нервно сглотнул, а потом открыл двери. Когда мы вошли в сад, несколько элегантно одетых джентри обратили на нас свои взоры.
— Ваше величество, позвольте представить вам Эжени Маркхэм по прозвищу Черный Лебедь Одиллия, дочь Тиригана, короля Бурь.
Я поморщилась. Черт! Я и понятия не имела, сколько всего приложится теперь к моему имени.
Негромкий разговор оборвался. Похоже, мне пора было привыкать к тому, что я производила такой эффект во время общественных мероприятий, проводимых в Мире Ином.
Снаружи сад, разбитый во внутреннем дворике, казался небольшим, но на деле он, похоже, тянулся бесконечно. Трава все еще зеленела, но у многих деревьев листва стала оранжевой, желтой и красной. Ни капли бурого цвета, характерного для поздней осени. Здесь были собраны лишь идеальные, великолепные оттенки, которые можно увидеть в самый расцвет этого времени года. Яблони, густо усыпанные плодами, стояли по углам, а в воздухе еле улавливался аромат костра и молотых специй. В отличие от Тусона, день здесь еще только начинал уступать сумеркам, небо переливалось оттенками золотого и розового, гармонировавшими с великолепием листвы. К длинным шестам, воткнутым в землю, были прикреплены горящие факелы.
Вельможи расступились, и навстречу мне вышел Дориан. Золотистые волосы струились за его спиной. Поверх простых рубашки и штанов было наброшено какое-то одеяние вроде халата, сшитое из шелка цвета красного вина и золотой парчи. Я пошла к нему, и мы встретились на середине полянки. Духи остались парить возле входа.
— Ну и ну! Какая приятная неожиданность. Не думал, что так скоро увижу вас.
Дориан потянулся к моей руке, и на этот раз я позволила ему ее взять. Он заметил мою уступку, и его глаза весело, с озорством, блеснули. Он, конечно же, был заинтригован.
— Надеюсь, вы не возражаете против такого моего морального падения.
Он поцеловал мне руку, в точности как Кийо вчера. Только поцелуй Дориана вовсе не сулил приятных переживаний. Он лишь предлагал представить эти губы на других местах моего тела.
— Вовсе нет. — Король выпрямился и сплел свои пальцы с моими. — Пойдемте. Присоединяйтесь к нам.
Двоих джентри, стоявших там, я помнила по обеду. Еще двое, околачивавшиеся поблизости, смахивали на слуг. Они встревоженно ждали чего-то, держа в руках какие-то длинные штуковины, похожие на молотки. Я поглядела на них, потом на воротца, расставленные на траве.
— Крокет? Вы играете в крокет?
Дориан усмехнулся.
— Да. Будете играть?
— Ни за что!
Джентри, играющие в крокет? Кто бы мог подумать! Наверное, выбор обусловлен тем, что крокет не претерпел технических изменений по сравнению с другими развлечениями. С игровыми приставками здесь не сложилось.
— Хотите попробовать?
Я покачала головой.
— Вы как раз на середине партии. Я просто понаблюдаю.
— Как пожелаете.
Дориан взял молоточек, протянутый слугой. Король стал целиться. Я видела, что он собирался ударить по своему шару и загнать шар противника в воротца. Еле уловимый ветерок колыхнул его волосы и полы одеяния. Дориану пришлось на мгновение остановиться, чтобы убрать ткань, мешавшую ему. Когда он наконец ударил по шару, тот ушел в сторону и прокатился далеко от шара противника.
